монашкой из монастыря делла Челеста, в самый решительный момент он поинтересовался, что значит кольцо, которое монашка, как и ее товарки, носила на пальце. Услышав в ответ, что это знак их обручения с Христом, он искренне устыдился своих намерений, отказался от того, что совсем уже собрался осуществить, и с извинениями оставил девушку. Пока он плыл обратно в гондоле, крест на крыше монастыря поклонился ему в знак признательности. В этот самый момент Контарини ясно увидел, что ему суждено быть дожем.
В конце калле Контарина ее пересекает калле Сан-Франческо да Паула (calle San Francesco da Paula). Сверните на нее направо. Еще несколько метров – и вот вы на виа Гарибальди (via Garibaldi), одной из самых оживленных улиц сестьера. Поверните налево и пройдите по ней еще несколько десятков метров. Справа улица расширяется, образуя обсаженную деревьями площадь. Посреди нее стоит внушительная статуя – монумент, которым Венеция решила почтить Джузеппе Гарибальди, с оружием в руках объединившего итальянский народ.
Обойдите памятник кругом. Фигура часового с ружьем, которую вы видите, была добавлена позднее. После необыкновенной истории, герой которой —
Солдат, верный за гробом
В сентябре 1921 года один гражданин, некто Виничо Сальви, заявил, что, когда он находился рядом с памятником Гарибальди в Кастелло, на него напал призрак – что-то вроде быстро промелькнувшей красной тени. Через пару дней это странное сообщение отошло на второй план, но неделю спустя супружеская чета, прогуливавшаяся возле монумента, была поражена «красной тенью, похожей на вспышку молнии», а на следующий день некий рыбак пострадал от «сверхъестественного создания, вроде красной тени» – он схлопотал огромную шишку на голове, слишком близко подойдя к статуе генерала.
Районными властями была быстро собрана экспертная комиссия. И на следующий вечер по меньшей мере пятнадцать человек расположились на аллее в непосредственной близости от монумента. Все было спокойно до часу ночи, когда двое экспертов решили обследовать статую. Красная молния поразила их быстрее, чем они успели ойкнуть. Пока остальные хлопотали над пострадавшими, тень замерла на месте и стала приобретать человеческие очертания. Она была в полном одеянии краснорубашечника и насторожено глядела на собравшихся, не говоря ни слова. Все с изумлением поняли, что перед ними призрак Джузеппе Золли, «Бепи-гарибальдийца», только заметно помолодевшего. До самой своей смерти, приключившейся несколькими неделями ранее, старый солдат говорил во всеуслышание, что всегда прикрывал спину своего генерала, а когда его не станет, не оставит его и в раю.
Родившийся в Венеции в июле 1838 года, он десятилетним ребенком застал революционные бури, всколыхнувшие Европу и пробудившие в нем сильные патриотические чувства, а уже юношей сделался одним из легендарной тысячи участников гарибальдийского броска на юг[78]. И пронес верность итальянскому герою через всю свою жизнь.
Эксперты удалились, сохраняя спокойствие. И через несколько недель, со всеобщего одобрения, к величественному монументу был добавлен еще один элемент: статуя гарибальдийца, который, стоя за плечами генерала, казалось, обеспечивает его безопасность. И лицу этого солдата были приданы черты юного Золли, венецианского гарибальдийца.
Что же касается его бренных останков – они до сих пор покоятся на кладбище Сан-Микеле. «Верный идеям Мадзини, – гласит эпитафия, – и вдохновленный своим вождем Гарибальди, он умом и сердцем был предан родине». Рядом с его урной – урны его сыновей, Эуклиде и Мамели[79].
* * *
Вернитесь от памятника на виа Гарибальди и пройдите ее до конца. Там, где начинается канал, она переходит по правую сторону в фондаменту Санта-Ана (fondamenta Santa Ana). Пройдите по ней до второго моста, носящего то же имя (ponte Santa Ana). Перейдите его и повернитесь, чтобы осмотреть то, что осталось от древней церкви и монастыря Святой Анны.
Здесь провели свою монашескую жизнь две дочери Тинторетто, Альтурия и Перина. Которые, чтобы украсить алтарь своей церкви, долгие годы вышивали гобелен с изображением распятия – точно таким же, какое их отец создал для Скуолы Сан-Рокко. Рассказывают также, что, едва закончив работу, одна из женщин окончательно ослепла. В этих же стенах жила молодая девушка Арканджела Таработти, монашка по принуждению. Желая выразить свое несогласие с правилами монастырской жизни, установленными священником, она написала два сочинения: «Об отцовской тирании» (вышло посмертно со смягченным названием «Обманутая простота») и «Монастырский ад». Почувствовав наконец вкус к религии благодаря увещеваниям Федерико Корнера (ставшего патриархом Венеции в 1631 году), эта монахиня завершила свой жизненный путь сочинениями, посвященными аскезе.
Но задолго до нее жила еще одна девушка, по несчастью вынужденная принять монашеские обеты против своей воли. Но ее жизнь сложилась печальнее. И потому вот уже шесть веков по этим местам бродит привидение. Это призрак Кьяретты Лоредан, известной также как…
Несчастная монахиня
Одна юная девушка, дочка Лоренцо Лоредана, влюбилась в бедного плотника с Арсенала и решила во что бы то ни стало с ним обвенчаться, хотя бы против отцовской воли. Придя в ярость, патриций силой доставил ее в монастырь Святой Анны в Кастелло. «Если уж вам непременно хочется выйти за плотника, – заявил он, – то это может быть только Иисус Христос». Но девушка не успокоилась и, снесясь тайком со своим возлюбленным, решилась бежать. Не зная о том, что сестры, сжалившись, уже послали за отцом, чтобы уговорить его изменить свое суровое решение и забрать девушку домой.
Подплывая вечером к монастырю в гондоле, отец как раз застал свою дочь перебирающейся через боковую стену монастыря, чтобы спрыгнуть в объятья возлюбленного, поджидающего ее в маленькой лодочке. Выхватив шпагу, разъяренный отец пресек жизнь собственной дочери, произнеся над ней проклятье: «Блуждай по этой обители, пока она не сравняется с землей». С того-то момента и начались скитания призрака девушки по садам, коридорам и ближайшим окрестностям монастыря. А через несколько десятилетий в этом же районе произошел подобный случай. Неподалеку от монастыря жила красивая, но бедная девушка, которая любила и была любима сыном богатого ремесленника. Отец мечтал о блестящей партии для сына и твердо запрещал ему жениться на этой девушке.
Доведенная до отчаяния, она решила наложить на себя руки и как-то вечером собралась выпить яду. Но не успела она донести до рта склянку с отравой, как рядом с ней возникла тонкая бесплотная фигура. Это была Кьяретта Лоредан. Она вырвала из рук у самоубийцы склянку и бросила ей под ноги какую-то сумку. Придя в себя от изумления, девушка раскрыла сумку и обнаружила, что она полна золотых монет. И в этот самый момент в комнату
