— Ох… — выдохнула она, будто первый раз видит меня голым.
Я, как завороженный, слежу за каждым ее действием. Она плавно опустилась на колени. Горячее дыхание коснулось возбужденного члена. Моя грудь тяжело вздымается, сердце стучит в груди с бешеной силой. Провела пальцами по всей длине, невесомо касаясь моего желания. Подняла взгляд, и я утонул в этой синей бездне, напрочь теряя рассудок. Ее влажный язык коснулся головки, вызывая дрожь удовольствия во всем теле. Она, не торопясь, прошлась им по всему стволу, касаясь яиц и возвращаясь к головке. У меня уже ноги дрожат от острого кайфа, что приносит каждое прикосновение. Снова подняла на меня взгляд, убедилась, что я весь в ее власти. Раскрыла пухлые розовые губки и вобрала в рот мой немаленький орган так глубоко, как для нее это было возможно. До кончиков пальцем меня пронзило удовольствие, не сдержал стона. Положил руку на затылок, помогая, задавая нужный темп. Она послушно подчинилась и долго, долго сводит меня сума, до дрожи в ногах, до головокружения. Яркий долгий оргазм взорвал меня изнутри, пропитывая каждую клеточку удовольствием. Она поднялась и прижалась ко мне всем телом. Как же хорошо…
— С днем рождения… — прошептала Мира.
— Так это был подарок? — тихо рассмеялся.
— Неееет! — она легонько стукнула маленьким кулачком в мою грудь. — Подарок будет теперь. Садись. — отстранилась и убежала в ванную.
Вернулась с красивым конвертиком. Вижу, что волнуется. Комкает пальцами свободной руки подол короткого халатика.
— На… — опускает глаза в пол — Надеюсь, тебе понравится.
Принимаю конверт. Вскрываю и не сразу понимаю, что в нем. В комнате полумрак и он кажется пустым. А Мира стоит и сильнее волнуется, несчастный халат в ее руках стиснут так, что мне стало его откровенно жалко. Почувствовал себя идиотом и снова заглянул в конверт. Вторая попытка увенчалась успехом. Я вытащил из него тонкую бумажную полоску. Пригляделся и на моем лице расползлась счастливая улыбка.
— А такой подарок тебе нравится? — спросила она, все еще не поднимая глаз.
Вместо ответа я подскочил с кровати, подхватил ее на руки и закружил по комнате. Она завизжала от неожиданности и вцепилась обеими руками мне в шею.
— Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете… — шепчу ей и нежно целую в губы. — А ты? — заглянул в глаза- счастлива со мной?
— Да — выдыхает она в поцелуе.
* * *
Мирослава
Так не бывает! Так просто не бывает! Рядом с ним я задыхаюсь от счастья. Это невероятное ощущение — когда ты кому-то по-настоящему нужна!
Беременность стала неожиданностью для меня. Саша внимателен и аккуратен. Мы предохраняемся, а если нет, то у него все равно все под контролем. Я твердо была уверена, что все так и есть, пока в одно прекрасное утро меня не стошнило от любимого сока. Няня сразу заподозрила неладное, но я отмахнулась, мол ерунда, пройдет. Но когда это повторилось на следующий день… и на следующий. Тетя Поля сама принесла мне пачку тестов на беременность. Я несколько дней не решалась их сделать. Сильно переживала за положительный результат. Еще рано. Алиса маленькая. Ей внимание нужно. Как я буду справляться с двумя детьми? Няня помогает, но у нее возраст. Нагружать ее еще одним ребенком просто жестоко. Да и Алекс. Как он отнесется к этому? Я понимаю, что Алиска не его по крови, но он любит ее. И, если бы он хотел сейчас еще ребенка, не следил бы так за контрацепцией. Няня ворчит, что я дура. Она абсолютно права. Полная дура!
Утром в его день рождения я решилась и сделала эти тесты. Все. Результат ожидаем — две полоски и веселый смайлик на электронном. Волнение захлестнуло с головой. Тетя Поля снова ворчит.
— Да он счастлив будет! Сколько можно сомневаться?!
— Мне просто страшно! — нервы сдали, и я повысила голос на няню, но тут же осеклась. — Мне сложно поверить, что он вообще со мной, понимаете. Я за два года никак не привыкну быть нужной. К его рукам, к улыбкам. Я никак не могу надышаться им… Хочется впитать каждой клеточкой тела его запах, его эмоции, его тепло… как будто он может исчезнуть…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я и говорю, дура! — беззлобно отмахнулась няня. — Он любит тебя, а ты дурью маешься.
— И я люблю… — вздохнула и вернулась к приготовлениям к празднику.
Неожиданный сюрприз удался на славу. Огонек в его глазах говорил гораздо больше любых слов. Он так заработался, что забыл про собственный День рождения. Но ведь у него есть я! Десертом в спальне мой муж тоже остался доволен, но уже пора вручать главный подарок, а я все оттягиваю.
Когда на его лице расцвела счастливая улыбка, я поняла, как же няня была права! Он кружил меня по комнате и счастливо смеялся. Затем опустил на кровать и осторожно поцеловал. Спустился ниже, к самому животу, погладил пальцами и подарил еще один поцелуй.
— Мир… — шепчет мне снизу.
— Что? — смеюсь. Его дыхание дразнит чувствительную кожу и становится щекотно.
— Спасибо тебе… — он резко оказался прямо передо мной и подарил невероятный поцелуй.
За поцелуем последовала невероятная ночь, полная нежности и любви.
Эпилог. Часть 2
Семь месяцев спустя…
Мирослава
— Уйди! — ору на него.
— Не дождешься. — отвечает он с улыбкой.
— Саша, я не хочу, чтобы ты это видел! — очередная схватка вырывает из меня жалобный стон.
— Я врач, не забыла? — он разминает мою поясницу, облегчая боль.
— И что? — всхлипнула в ответ. — Не хочу! Уйди, пожалуйста… Я прошу тебя, Саш! Я справлюсь.
— Нет! Я буду присутствовать на рождении своих детей! Не спорь со мной! — я снова застонала. Боль стала просто невыносимой.
В прошлый раз все произошло так быстро, а сейчас… Сейчас я уже больше шести часов кусаю в кровь губы, чтобы не орать. Алекс предложил кесарево. Даже не так. Он настаивал на кесарево. Но к моему категорическому “НЕТ!” прислушался и вот теперь мы тут. Он ужасно волнуется, хотя делает вид, что это не так. Я готова ползать по полу и умолять его об анестезии, но вместо этого спорю с ним. Нечего ему делать на родах. Своих пациентов пусть сколько угодно рассматривает и изнутри, и снаружи. А меня не надо!!!
Ирина Павловна буквально силой вытолкнула его из род зала.
— Не нервируй девочку! — ругалась она. — Ну не хочет она, чтобы ты тут был. — Иди, Александр Александрович. Все будет нормально!
Мой муж наконец сдался и вышел. Медсестра, которая пришла, чтобы помочь, сказала, что он там злющий ходит, до невозможности.
— Ничего! Переживет! — ответила Ирина Павловна — Тужься!
* * *
Алекс
Они выставили меня! МЕНЯ! Хозяина этой гребаной клиники!!! Выставили!!! Я метался по коридору огрызаясь на сотрудников, пока из родильного зала не раздался детский плач. Мое сердце замерло, а затем ускорилось в сотни раз. Голова закружилась, уперся руками о стену. Мимо пробегающая медсестра спросила, все ли у меня в порядке. Кивнул. Нужно просто отдышаться. Это еще не конец.
Минуты тянутся как часы. Второй детский плач резанул по ушам, отдавая в натянутые нервы. Я снова стал отцом! В этот раз сразу два раза. Моя Мира подарила мне близнецов!
Нервы сдали, и я вошел в род зал. Уставшая, бледная, мокрая от пота лежит на кресле и позволяет врачам закончить их работу. На пеленальном столике орудует опытный педиатр и молоденькая медсестра. Тихо подошел, крепко сжал ее руку. Сил ругаться со мной у нее сейчас нет, так что, пользуясь моментом, подарил ей короткий поцелуй и остался стоять рядом.
— Все хорошо. — подняла на меня глаза Ирина Павловна, закончив с Мирой, опуская ее ноги вниз. — У тебя хорошие, крепкие малыши. Мальчик и девочка. — она мне улыбнулась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Спасибо — наклонился и прошептал жене на ухо. Она устала и смогла только слабо мне улыбнуться. Ничего, мы отпразднуем позже.
Почти через неделю мы вернулись домой. Алиска с удивлением и любопытством заглядывает в кроватки к братику и сестричке. Мира переживала, что дочка будет ревновать, но она восприняла это событие спокойно. Только спросила, можно ли с ними играть и погрустила пару минут, получив отрицательный ответ.
