– Господин председатель, мистер Бейли коснулся и этого вопроса. А он инженер высокой квалификации.
Дженни настаивала:
– Но он не гидроинженер.
Шульц слегка пожал плечами, словно говоря: «К чему эти придирки?»
– Он достаточно опытен, я полагаю, чтобы ответственно говорить об этом. Мы и не думали, что столкнемся здесь с… я мог бы назвать это довольно мелочными придирками. Мы ожидали, что будем встречены с большим энтузиазмом, но я верю, что так и будет, потому что мы собираемся улучшить жизнь этого городка, и большинство его жителей с пониманием относятся к этому.
Дженни, продолжая смотреть на председателя, покачала головой.
– Но есть некоторые граждане, которые оценивают все это по-другому. Они не столь доверчивы и не позволят пускать себе пыль в глаза. Есть еще сомневающиеся, кроме тех, чье письмо мы только что слышали: письма в газеты…
Резкий голос, громко прозвучавший в зале, перебил ее:
– Они говорят не от моего имени, так же, как и вы! Все повернули головы. В третьем ряду стоял мужчина с вызывающим видом, словно он только что бросил мяч и хотел увидеть, кто его поднимет. На вид ему было около сорока пяти лет, у него было мужественное, довольно приятное лицо, густые черные волосы и небритая черная щетина на подбородке. На нем была черная кожаная куртка, которую обычно носят мотоциклисты, из-под куртки виднелась запятнанная рубашка и могучая грудь.
Озадаченный председатель сделал ему замечание:
– Обращайтесь только к председателю, пожалуйста, и ни к кому другому.
– Прекрасно. Я только скажу то, что думаю. Они со своим комитетом по охране! И кучка чужаков из Нью-Йорка. Они не хотят, чтобы кто-нибудь заработал на этом и цента, да? Уверен, они получат все, что хотят, и кому какое дело? Что беспокоиться?
С разных сторон стали раздаваться голоса.
– Чужаки? С каких это пор Нью-Йорк стал другим государством?
– Спокойствие!
– Он знает, о чем говорит!
– Он прав!
– Выгнать его, дурака!
– Молодец, Брюс!
– Да заткнитесь!
– Спокойствие! Имейте уважение!
– Вы нарушаете порядок, мистер Фишер. Пожалуйста, успокойтесь и займите свое место.
Молоточек ведущего яростно стучал по столу. Порядок был восстановлен, и посыпались новые вопросы. Кто-то спросил об оздоровительных комплексах, на что мистер Шульц ответил, что планируется построить клуб, поле для бейсбола, а на озере будет сооружено все необходимое для занятий водными видами спорта.
– Все будет платным? – поинтересовалась Дженни.
– Ну да, это будут своего рода общества при клубах. Клубы же будут основаны на тех же принципах, что и везде.
– Но сейчас, – мягко произнесла она, – земля доступна для отдыха каждому, всем гражданам. По вашим проектам, они будут лишены этой земли, я прошу вас обратить на это внимание.
Грубый голос раздался снова. Фишер стоял и кричал:
– Каждому! Горстке сумасшедших любителей природы, вот для кого. Кучка коммунистов из города приехала сюда и разглагольствует о природе. Да они сову от хорька не отличат, если увидят. Коммунисты, вот они кто. Против прогресса, против частной собственности. Люди хотят вкладывать деньги. Они имеют право вкладывать свои деньги. Страна была построена такими людьми, как эта компания «Баркер».
Молодой мистер Шульц изобразил на лице признательность за столь высокую оценку. «Сплошное сумасшествие», – подумала Дженни.
Председатель повысил голос:
– Я предупреждаю вас снова, мистер Фишер, сядьте. Фишер проигнорировал его замечание.
– Вы не что иное, как наемное орудие, мисс Белуски, или как вас там. Я даже не могу произнести ваше имя. Я не такой богатый человек, как те любители природы, что наняли вас.
Раздались крики: «Позор!», а некоторые зааплодировали.
– Немедленно прекратите, – закричал председатель, его добродушное лицо покраснело, он был явно озадачен.
– Я представляю группу заинтересованных граждан, меня так же наняли, как и мистера Шульца. – Стараясь соблюдать протокол, Дженни ответила не Фишеру, а председателю.
– Наемное орудие! – повторил Фишер с явным пренебрежением.
Председатель поднялся со своего кресла.
– Мистер Фишер! Мы вынуждены будем удалить вас из зала, если вы не сядете на место и не будете вести себя тихо.
Фишер сел. Краешком глаза Дженни наблюдала за ним. Она видела, что он прямо дышал ненавистью. Но почему? Этот голос… Он был около двух метров ростом. А черная кожаная куртка казалась просто каким-то символом насилия. Она непроизвольно вздрогнула. Глупо… Он был всего лишь обычным грубияном, возможно, с некоторыми умственными отклонениями. Она встречалась с такими в своей повседневной работе.
– Уже поздно, – произнес председатель. – Осталось время только для короткого заключительного слова каждого из адвокатов. После этого совет внимательно изучит вопрос и представит свое заключение к концу месяца. Мистер Шульц?
Речь Шульца была краткой.
– Мне больше нечего добавить к уже сказанному. Компания «Баркер Дивелопмент» пользуется хорошей репутацией и имеет намерение вложить значительную сумму в развитие этого города, проявляя таким образом заинтересованность в его будущем, в том, чтобы город – как и все мы – был готов войти в новый век. Мы надеемся, что никакие призывы к сохранению окружающей среды не станут препятствием для улучшения благосостояния человека. Это сентиментальное, элитарное отношение, когда дикая природа – будь то олень или перелетные птицы – почитается выше человека. Я выражаю свою благодарность совету за оказанное мне внимание, – не без угодливости добавил он, – и покидаю собрание с уверенностью, что вы проголосуете за прогресс.
Дженни намеревалась выступить кратко, опираясь лишь на факты. Но столь явное самодовольство ее противника, сменившее открытую враждебность, поразило ее, и, когда она начала говорить, ее голос немного дрожал.
– Господин председатель, это исторический момент для вашего города. Я верю, что каждый из сидящих здесь будет иметь веские причины для того, чтобы помнить, как вы решили вопрос, поставленный перед вами сегодня вечером.
Я прекрасно понимаю те противоречивые мысли, которые владеют многими из вас. Вы хотите иметь работу, и эти люди предлагают создать новые рабочие места. Но я только хочу напомнить, что работа будет временной. Они не смогут разрешить всех ваших проблем. Эти застройщики придут и уйдут через пару лет.
– Я также понимаю, если Грин-Марч будет разрушен, это не станет концом света. Но это будет частично концом окружающего вас и привычного вам мира.
Зал молчал. Люди слушали. Члены городского совета наклонились вперед, глядя на Дженни.
