Читаем без скачивания Злая судьба - Глен Кук

Требилкок возложил одну ладонь на висок чародея, а другую на челюсть, принялся вращать его голову настолько энергично, что раздался громкий треск позвонков.

– Эй! Ты мне шею сломаешь!

– Не шумите, сэр чародей. Что-то вы здесь очень сильно разволновались. Может быть, мне лучше вернуться назад и возобновить пешеходную прогулку? Это даст вам возможность подготовиться к торжественной встрече. Даже парад по случаю моего возвращения можно будет устроить.

– Страшно рад тебя видеть, Майкл, – пробормотал Рагнарсон. – Рад, что ты жив остался. Куда, к дьяволу, ты запропастился? Мы прождали тебя всю ночь.

– Нерожденный нашел меня перед самым рассветом. Затем ему вздумалось затеять игру с саван делажами. До чего же приятно летать, если бы вы знали! Надо будет ещё раз попробовать. Сверху видно полмира. Когда смотришь вниз, кажется, что перед тобой открывается совершеннейшая карта.

– Когда ты в следующий раз услышишь таинственный зов, – потирая шею, произнес Вартлоккур, – будь так добр, извести нас. Таким образом ты избавишь своих друзей от волнений и печали.

– Я хочу как следует потолковать с тобой, Майкл, – прорычал Рагнарсон. – Попробую ещё раз вколотить в твое сознание одну простую мысль. Брось свою треклятую секретность. На сей раз тебе повезло. Твой голубь вопреки всему долетел до цели. Но если бы он этого не сумел сделать? Вся твоя контора померла бы вместе с тобой. Никто, кроме тебя, не знает, из кого она состоит и что в ней происходит.

Майкл вздохнул и, повернувшись к Нерожденному, спросил:

– Как насчет того, чтобы отвезти меня обратно? Давай повторим это торжественное возвращение завтра.

– Что ты имел в виду, говоря об играх с саван делажами? – спросил Вартлоккур.

– Он отгонял их от меня вплоть до восхода солнца. Когда рассвело, он посадил меня на вершину каменного столба, затем выковырнул одного монстра из укрытия, отлетел миль на десять и вернулся с такой скоростью, что я бы его не заметил, если бы он не мчался на меня. Мне пришлось лечь рожей вниз, чтобы ветер не сдул меня со столба, когда он пролетал надо мной. Чуть не долетев до меня, он бросил саван делажа. Тварь ударилась о скалу с такой силой, что я попрощался с жизнью – мне показалось, что каменный столб рухнет. А затем…

– И что же? – спросил Вартлоккур.

– Эти твари ужасно прочные, но все же не достаточно прочные для того, чтобы выдержать такой удар. Чудовище не сдохло. Оно разбилось в лепешку, но все же пыталось уползти в тень.

– Норат одаривает своих монстров большой жизненной силой. Тварь оправится и через несколько месяцев снова приступит к делу. Однако прими мои поздравления, Рейдачар. Ты изобрел весьма эффективный метод. Гораздо лучше всех тех, что мы применяли во время войны.

Браги со стоном поднялся на ноги.

– Что скажете, если я предложу вам позавтракать? – спросил он. – Может быть, набив брюхо, мы с большим энтузиазмом будем приветствовать твое возвращение. А ты тем временем поведаешь нам обо всем с самого начала. То есть с того момента, как и от кого ты узнал, что Аль-Ремиш является именно тем местом, где следует копать.

Требилкок отреагировал на слова монарха кислой миной. Судя по физиономии шефа шпионов, можно было подумать, что он готов немедленно и с радостью вернуться в пустыню.

Рагнарсон проспал шесть часов кряду. Спал он крепко и снов не видел. Чувствовал он себя прекрасно и поэтому весьма слабо обругал Дала, когда тот явился, чтобы поднять монарха с постели.

– А ты уверен, что Непанта уже рожает? – проворчал он. – Тебе не кажется, что все началось слишком рано?

– Не знаю, сир, – пожал плечами Хаас. – Но я слышал, будто они ждали родов недели через две.

– Разница небольшая. Элана всегда рожала чуть раньше срока. Так бывает с крупными младенцами, а мои все были громадинами. Да, кстати, сегодня у Айнджара день рождения, и в честь его сегодня же вечером устраивают празднество. Не мог бы ты подыскать для него что-нибудь подходящее. То, что ему может понравиться. Пока не знаю, смогу ли я там быть. Если прийти не смогу, то мы пошлем ему подарок.

– Хорошо, сир. Я найду подходящую вещь.

– Только не надо одежды. Детишки не любят получать её в подарок. Давным-давно, когда мы все вместе жили ещё в Итаскии, Элана подарила Рагнару комплект одежды. Прекрасный синий наряд. Дьявольски дорогой. Сшитый в городе по специальному заказу. И знаешь, что он сказал?

– Это были по-настоящему счастливые дни. Разве не так? – грустно протянул Дал и тут же добавил: – О, простите меня, сир… Нет, я не знаю. И что же он сказал?

– Но, мама, у меня уже есть одни штаны! – с громким смехом произнес Рагнарсон. – Представляешь? У него уже есть штаны! Вообще-то со своей точки зрения он был прав. Если бы мать не заставляла его менять портки, он не снимал их до тех пор, пока они бы на нем не развалились.

– Вам их очень не хватает, сир?

– Да, Дал, – сразу став серьезным, ответил Рагнарсон. – Мне очень не хватает их всех. Включая твоих маму и папу.

– Ведь от нас тех почти никого не осталось.

– Да. Но теперь идет новая жизнь. Я постоянно пытаюсь внушить себе это. Поэтому нам с тобой повезло и мы живем две жизни. Как ты относишься к прошлому, Дал?

– Стараюсь как можно реже вспоминать, сир.

– Тебе приходилось встречать мою сноху, Дал?

– Я знаком с ней, сир. Но это лишь шапочное знакомство.

– Не хочешь пойти со мной, если я туда отправлюсь? Посмотришь на неё поближе.

Ему вдруг пришла в голову забавная мысль. В то время как Кавелин страдает от недостатка холостых мужчин, вокруг короля трется множество завидных женихов. Дал. Гжердрам. Арал Дантис. Майкл. И даже Дерел. Из всей компании только у Гжердрама была постоянная связь, да и та тоже дышала на ладан.

– Не знаю, стоит ли, сир. Мне кажется, что это будет недостойно по отношению к…

– Недостойно? – оборвал Дала Браги. – Да она же живая женщина… Ты, Дал, меня иногда просто ставишь в тупик.

– Весьма сожалею, что огорчил вас, сир.

– Что за дерьмо?! Огорчил, будь ты проклят… Впрочем, забудь. Иди скажи королеве, что я скоро у неё буду, чтобы попросить об одной милости.

Дал слегка поклонился и на прямых ногах отправился к выходу.

– Похоже, я его немного зацепил, – пробормотал Браги. – Сдается мне, что в сердце у него кто-то крепко засел.

Десять минут спустя он уже стоял у дверей, ведущих в покои Ингер.

– Привет, Тоби. Не хочешь сказать им, что я явился?

– Слушаюсь, сир. – Часовой постучал, обменялся несколькими словами с женщиной и, обращаясь к королю, сказал: – Просят минуточку подождать, сир.

– Как жизнь, Тоби? Не очень тебя колотит?

– Жизнь вполне приличная, сир. Хм-м… Неужели мы откажемся от права на реванш, пропустив очередной матч?

Тоби числился в запасе команды «Гвардейцев».

– Мне ещё предстоит разговор с коллегией судей. Может быть, они дадут согласие на перенос встречи. Ты согласен, что мы ради матча не можем позволить того, чтобы кого-нибудь из нас убили?

На лице Тоби появилось сомнение. «Захват» в его жизни играл большую роль. «Гвардейцы» до сих пор потерпели лишь одно поражение, да и то пытались опротестовать результат.

– Но если мы откажемся от права на реванш, общий счет будет в их пользу на одно очко. Эти наглецы будут смеяться над нами.

– Такова жизнь, Тоби. Иногда нам приходится делать очень трудный выбор.

Дверь открылась, и Рагнарсон, минуя часового, переступил через порог. Еще через секунду он уже шел через комнату навстречу Ингер, чтобы пожать протянутые к нему руки. На лице королевы сияла одна из её самых обольстительных улыбок.

– Видимо, я веду себя очень хорошо, – сказал она. – Ты навещаешь меня за эту неделю вторично. И приходишь каждый раз среди дня.

Он расцеловал её в щеки, а затем изумил, влепив смачный поцелуй в губы.

– Мне очень нравится тот зеленый цвет, который ты в последнее время предпочитаешь. Сюда меня тянет именно он, а вовсе не похоть. Впрочем, я могу и пересмотреть свои позиции.

– Тельма, оставь нас, иначе ты сможешь узнать о том, сколько людских слабостей остается у монархов. Итак, умоляю, скажи, что же привело тебя ко мне? – спросила Ингер, забавно вскинув брови.

– У Непанты сошли воды. Мне кажется, что роженице будет приятно, если ты предложишь ей свою помощь.

Ингер сразу помрачнела. Ей крайне не нравился процесс деторождения.

– Но что я могу сделать?

– Морально поддержать. Это для неё будет очень много значить.

– Понимаю. Очередной взнос в уплату твоего долга.

– Возможно, – недовольно скривившись, ответил он. – А может быть, потому, что я хочу видеть вас подругами.

– А ты у меня в большом порядке. Тебе это известно? – В её глазах снова зажглись лукавые огоньки.

– Кто мог сказать тебе такое?

– Человек, с которым я спала в госпитале в Итаскии.

– Как же, как же. Помню. Раненый солдат. Он был в горячке, что, возможно, и повлияло на его суждения.