В начале пути мы вяло переговаривались, настроения не было ни у кого. Парни явно злились, Катя периодически пускала слезу, все никак не могла успокоиться, а я… я просто смотрела в окно и ни о чем не думала.
Голова была совершенно пустая. Такое чувство, что там, в ледяной воде, я переродилась. Не было никаких тревог и переживаний, страхов и обид. Рассматривая картинки за окном, я и сама не заметила, как провалилась в глубокий сон, в котором мне почему-то не снилось ничего, но было безумно хорошо.
Глава 30
Дима
Я был зол. Нееет. Я был в ярости.
Думал, что испугался, когда понял, что девушек нет на базе. Телефон Алины принесла Маша, которую разбудили наши звонки. Одна забыла телефон в номере, второй телефон был не доступен.
Подумали, что они ушли в лес. Но сделать это с ногой Кати было невозможно. Про лодку даже не подумал никто. Как можно быть такими идиотками!
А потом увидел ее в воде — раздетую, всю синюю, без сознания. Подруга в слезах, что-то кричит. Еще немного и мое сердце выпрыгнуло из грудной клетки, так быстро оно билось. Вот тогда-то я и прочувствовал весь ужас ситуации.
Алина быстро пришла в себя, вон, дрыхнет на заднем сидении, а вот я с Женей и Катериной не мог прийти в себя до сих пор. Как подумаю, чем могло все закончиться…
Дорога успокаивала, и поток мыслей перестал нестить в голове с бешеной скоростью.
— Куда их повезем? — тихо спросил Женя.
Девчонки на заднем сидении спали.
— Едем в клинику моего дяди. Я ему написал, нас там уже ждут, — ответил я.
У брата моего отца своя частная клиника с круглосуточным травмпунктом и стационаром, которая выручала нашу семью уже много раз и уверен, на этот раз поможет также.
— Отлично, — кивнул друг.
Всю оставшуюся дорогу провели в молчании, Женя думал о чем-то своем, периодически поглядывая назад. Я тоже размышлял о событиях этих выходных и моих чувствах к Русалке. Девчонки спали.
Что-то изменилось в эти сумасшедшие выходные. Еще никогда в своей жизни я не испытывал такую гамму чувств за каких-то два дня. Я понимал, что так, как было раньше в моей жизни, уже не будет никогда.
Не знаю, куда приведет нас дорога с Алиной, но хотелось бы, чтобы в “долго и счастливо” и я сделаю все возможное для этого.
Вчера ночью, когда засыпал дико тянуло к моей Русалке, которая была так близко от меня, но в то же время и так далеко. Расстояние одного этажа — немыслимое испытание для парня, который вот уже несколько месяцев грезит прекрасной девушкой.
Пока копался в своих мыслях, понял, что сейчас настал тот момент, когда пришла пора съезжать из привычного родительского дома на вольные хлеба в новую жизнь и новое жилище.
У меня есть достаточно сбережений, да и зарплаты, которую получаю сейчас, хватит на то, чтобы снять приличную квартиру и перевезти туда Алинку, даже со всеми ее многочисленными растениями.
Не за горами защита, диплом и полноценная работа в родительской фирме с совершенно другим окладом, плюс никто не отменял шабашку.
В общем, пока Алина будет доучиваться последний курс, мне вполне хватит заботиться о нас двоих и грамотно откладывать средства на покупку своей квартиры.
Вот так, собственно, не имея никаких официальных подтверждений отношений со стороны Русалки, я спланировал наше будущее.
По правде говоря, они мне и не нужны, даже если она будет сопротивляться, я не отступлюсь. Тем более, что вижу, что не безразличен ей.
— Рота, подъем, — не громко сказал Женя, но сзади услышали, начали открывать глаза и смотреть по сторонам.
— Куда мы приехали? — чуть хриплым ото сна голосом спросила Алина.
— В больничку. По одному на выход, — буркнул Женя.
— Вас осмотрят врачи, — я обернулся назад и кивнул.
— Я не пойду, — сказала Алина.
— Я за это платить не буду, — пискнула Катя, одновременно с подругой.
— Вы за это и не будете платить, — начал я. — Но осмотреть надо обоих. У тебя, Алина переохлаждение было, у Катерины вообще, будто слоновья болезнь, так ногу разнесло. Так что, не поднимаем нам давление, а молча, выходим и идем за Женей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Подруги под нашими гневными взглядами переглянулись и вышли.
Нас и вправду ждали, администратор встретил и повел Катю с Женей в один кабинет, а нас отправили в смотровую.
Алина села на кушетку, начала болтать ногами и улыбнулась мне:
— Со мной не скучно, правда?
— Мне с тобой замечательно, Русалка, — искренне ответил я, а Алина облизнулась и начала заливаться румянцем.
Вспышкой вспомнился поцелуй в лесу, неистовый, невероятно сексуальный и в штанах мгновенно стало тесно.
— Так-с, молодые люди, на что жалуемся? — зашедший доктор лет пятидесяти не дал разогнаться моей бурной фантазии.
— Ну, я в речке плавала… — начала несмело Алина, а сама на меня косится.
Нет уж, рассказывай о своих приключениях сама, малышка.
— Деточка! — воскликнул врач, сдвигая очки на нос. — И как долго провела в воде?
Алина замешкалась, и вместо нее ответил я.
— Двадцать три минуты.
Доктор поднял на меня шокированный взгляд, затем перевел на Алину и сказал той:
— Раздевайся.
Алина нахмурилась и глянула на меня, а я лишь закатил глаза и отвернулся.
Через несколько минут мне с барского позволения было разрешено повернуться обратно, и я уже наблюдал, как врач осматривает ее горло, уши и все остальное.
— Ну что ж. Пока ничего критичного нет. Легкие чистые, нос и уши тоже, а вот горло красное. Возможно, будет повышение температуры. Но это все совершенно не точно. Как поведет себя организм после гипотермии предсказать невозможно, все зависит от индивидуальных особенностей каждого. Нам лишь остается надеяться, что молодой организм защитит себя сам, и мы отделаемся лишь красным горлом и испугом. Проведите пару дней в кровати, в тепле и уюте, пейте больше теплой жидкости, отдыхайте. Ну а я пропишу вам лечение для горла. В случае ухудшения самочувствия приезжайте сюда, ну или вызывайте неотложку.
Врач начал что-то писать, а Алина встала с кушетки и подошла ко мне:
— Спасибо.
— За что? — удивился я.
— За все. За заботу, за это, — она провела рукой, как бы охватывая помещение.
— Не благодари, — я притянул ее к себе и поцеловал в висок, а в ответ Алина обняла меня руками за талию. Я на секунду прикрыл глаза, получая удовольствие от момента. — Пойду, проверю, как там наши друзья.
Ребята нашлись в коридоре, неподалеку от смотрового кабинета.
— Как дела? Что сказали врачи? — задал я вопрос.
— Пока не понятно, но точно ничего хорошего. Ждем, когда пригласят на рентген, — ответил Женя и посмотрел недовольно на Катю.
— Хорош на меня косо смотреть, — возмутилась девушка. — Это не я себя сюда притянула. Сейчас могла бы уже в своей кровати дрыхнуть и не видеть твою недовольную физиономию.
Женя с силой выдохнул из легких воздух. Эти двое как кошка с собакой.
— Да, конечно, Бука. Вперед домой. Только вот поспать у тебя врядли получится, думаешь не вижу, как ты скрипишь зубами от боли? Да у тебя ногу разнесло так, что она ни в одну обувь не влезет, то-то мне приходится таскать твой кроссовок. Спать она собралась.
— Что насчет Алины? — спросила Катя, пропустив мимо ушей тираду моего друга, и попыталась выхватить у него из рук свой кроссовок.
Но не тут-то было.
— В целом пока все в порядке, прописали постельный режим и отдых, — ответил я, а девушка лишь кивнула, сдавшись отвоевывать свою обувь.
М-да, характер у девчонки не сахар, но это уже не мои проблемы. А вот с ногой действительно как-то все не очень радужно. Она действительно сильно опухла и Катя не могла на нее наступить.
— Димон, отойдем? — сказал друг.
— Конечно.
Мы отошли недалеко и Женя спросил:
— Скажешь мне потом, сколько нужно заплатить?
— Жек, расслабься. Я с дядей сам разберусь и уж точно не сейчас.
— Ок. Тогда, ты отвези Алину, организуй ей там долгожданный постельный режим, — подмигнул мне и продолжил. — А я позабочусь о Кате.
