Растроганная чувством, скрывавшимся за словами Люка, Джей-Джей, сжав луку седла, повлажневшими глазами смотрела вперед. Ей на спину легла рука и так быстро исчезла, будто это была игра воображения. Отвернувшись от Люка, она тщательно вытерла слезы, катившиеся по щекам.
Где-то за их спиной послышалось гудение трактора. Маленькая птица под цвет земли перелетела с проволочной ограды в низкие кусты. Солнце катилось на запад к облакам. Над ранчо сгущались сумерки.
Большая серая лошадь смотрела на них и покачивала головой.
— Ни за что. — Джей-Джей повернулась спиной к Люку. — Я никуда не поеду, если надо сесть на это чудовище.
Когда он давал ей футболку, пару стеганых штанов и овчинную куртку, обещая показать сюрприз, о лошадях не было сказано ни слова.
— Я собиралась провести полночи, отмокая в горячей ванне. А мне удалось только принять душ перед обедом.
Джей-Джей повернулась к дому и сделала один поспешный шаг. Но Люк успел схватить ее за воротник куртки и потащил ее. Не веря своим глазам, она увидела как ее сапоги пропахивают в снегу две борозды.
— Люк Ремингтон, сию же минуту отпусти меня, а то пожалеешь.
— Что ты сделаешь, леди-адвокат? Нападешь на меня с рогами лося?
— Лучше бы я позволила мужу Берди сделать из тебя котлету. — Она схватила две пригоршни снега и бросила через плечо. Ничего не случилось. Если не считать его смеха. Тогда Джей-Джей изогнулась и схватила Люка за ноги.
Потеряв равновесие, он покачнулся и отпустил воротник куртки. Джей-Джей упала, как камень. Быстро опомнившись, она откатилась в сторону и встала на четвереньки. Люк оказался проворнее — не успела она подняться, как он схватил ее, оторвал от земли и перекинул через плечо. Джей-Джей приготовилась пинаться, как вдруг почувствовала позади что-то похожее на скалу. Большую скалу, которая фыркала и подрагивала. Джей-Джей замерла.
— Мудрое поведение, О'Брайн. Ведь ты не хочешь раздражать Солдата.
— Я не хочу иметь с Солдатом ничего общего, — прошипела она.
Люк поставил ее на ноги и зажал между своим телом и лошадью.
— Что ты предпочитаешь: ехать в седле верхом или быть перекинутой через круп, как попона? — В свете фонарей ранчо она ясно видела искры смеха в его глазах.
— Я не поеду верхом… ладно, в седле! — почти взвизгнула она, когда Люк поднял ее. Перебросив правую ногу Джей-Джей, он посадил ее на спину Солдата. Она протянула руки, чтобы схватиться за луку, и сделала ужасающее открытие: — Люк, здесь нет седла, за что я буду держаться? — В следующую секунду она съехала к шее лошади и в отчаянии обняла ее. Люк легко вскочил и сел позади нее.
— Не беспокойся, О'Брайн. — Взяв поводья, он тихонько тронул лошадь. Потом расслабил руки Джей-Джей, смертельной хваткой вцепившиеся в гриву, притянул ее к себе и обнял за талию. — Расслабься. Я не дам тебе упасть. Солдат — лошадь для прогулок. Ехать на нем все равно что сидеть в кресле-качалке.
Он оказался прав. Шаг Солдата не отдавался ударом молота во всем теле, но Джей-Джей не собиралась этого признавать.
— Грубой силой ты можешь усадить меня на любое чудовище. Но, Люк Ремингтон, мне это не нравится, и заставить меня радоваться прогулке тебе не удастся.
Люк остановил Солдата, едва она замолчала. И через секунду повернул назад. Перед домом он снова остановил лошадь.
— Возвращайся домой, если ты так боишься.
— Что? — Джей-Джей обернулась и посмотрела на Люка. — Ты хочешь сказать, что позволяешь мне слезть с этого чудовища и вернуться домой?
— Да.
— Почему? — с подозрением спросила она.
— Если ты не хочешь ехать со мной, я не собираюсь силой заставлять тебя. Я не хочу, чтобы ты соглашалась потому, что я больше и сильнее. Я не хочу, чтобы ты ехала потому, что боишься меня.
— Я не боюсь тебя, — запротестовала она. Солдат переступил задними ногами. От удивления Джей-Джей сползла на одну сторону. Рука Люка немедленно крепче обхватила ее талию. Это движение вызвало из подсознания Джей-Джей удивительное открытие: с того момента, как Люк Ремингтон столкнул ее с дороги, по которой неслась лошадь, она инстинктивно доверяла ему.
Вот и нашлось объяснение ее поспешному браку. Спустя столько времени. С Люком, совершая импульсивные поступки, она чувствовала себя в безопасности. С ним она могла не быть сверхделовой, практичной, трезвомыслящей, расчетливой. В его объятиях она безопасно и уверенно исследовала мир, не считаясь с границами, установленными мужчинами. Чего ни с кем другим позволить себе не могла.
И так же хорошо, как свое имя, она знала, что ей ничего не стоит остановить его. Но она не могла допустить, чтобы он заявлял, будто женщинам-юристам не хватает стойкости и отваги. И кроме того, любопытство, ее вечный грех. Джей-Джей вздернула подбородок и скрестила руки на груди.
— Я не трус и никогда не боялась дерзкого, хвастающего силой ковбоя. Если у тебя есть что показать мне, покажи. А потом я вернусь и приму горячую ванну.
Без понукания Солдат тронулся в путь.
Привыкнув к шуму движения на дороге и безумным огням города, Джей-Джей вначале побаивалась абсолютной тишины и полной тьмы. Постепенно она приспособилась к ночи. На темневших вдали горах таинственно поблескивал бледно-голубой снег. Словно бриллианты на черно-синем бархате, сверкали над головой звезды. Повернув голову, она нашла Большую Медведицу и Полярную звезду. Долина купалась в бледном свете месяца. Тени, словно траурные ленты, скользили по снегу.
С ближайшего поля донеслось мычание коров. Солдат принюхивался. Ритмичный топот копыт смешивался с позвякиванием уздечки. Шуршание по обочинам дороги говорило о присутствии полевых зверьков.
Джей-Джей вдыхала запах лошади, шалфея и холода. И когда Люк случайно пошевелился, она, поддавшись искушению, расслабилась, прижалась к его груди и озадаченно подумала, почему он вначале повернул было к ранчо.
В голове мелькнул ответ, ошеломивший ее.
— Ты знаешь, я сейчас поняла, что общего и в чем разница между тобой и Эдом Паркером.
— Мне было бы неприятно думать, что у нас есть общее, — ровным голосом ответил Люк.
— Эду Паркеру нравится, если люди его боятся. Возможность пугать других возвышает его. Это похоже на состояние, которое дают наркотики. Глубоко внутри он трус и поэтому должен подавлять других — тех, кто меньше и слабее. Унижая их, он возвышает себя. — Когда Люк не ответил, Джей-Джей добавила: — Он никогда не отпустит лошадь на пастбище, чтобы та наслаждалась своими последними днями. И он не будет успокаивать женщину, которую ночью мучают кошмары.
Люк направил лошадь к воротам на пастбище.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
