Противник опять захотел нас удивить и использовал весь взвод в качестве Мобильных Штурмовых Подразделений. Причем, подошел он к этому с выдумкой. По опыту, они уже понимали, что таким образом выключат наше чудо-оружие «Овца» из игры. Попадать по быстрым «блохам» у нее получалось плохо. Пока. Про Клоуна они тоже помнили, поэтому находиться на земле, также, долго не собирались.
Сегодня МШО попытались стать бомбардировщиками. Навесив на себя кучу гранат, хлопцы хаотично сигали взад-вперед, справа-налево, пытаясь внести хаос в наши ряды прицельным бомбометанием. Честно говоря, идея неплохая.
Не ожидая от них такого подвоха, я действовал по старой схеме, отправив к нашим «артиллеристам» всех свободных стрелков, во главе с Клоуном. Сам остался за пулеметом. Ну и Овца тренировалась в стрельбе по быстро-прыго-движущимся мишеням. Не уверен, что есть такое слово. Но цели именно такими и были.
Когда коварный замысел врагов стал ясен, и мы начали нести потери, я приказал всем отступать в здание барака. Дошли не все, но мы спрятались внутри, отстреливаясь через окна. После нашего унижения товарищами из 425-го полка, мы, используя наши новые связи с Мусорщиками (еще до конфликта с «трофейной командой) заложили все проемы до состояния бойниц. Это ограничило обзор, но резко уменьшило попадание посторонних предметов летального назначения, не говоря о целом штурмовике.
Не оценив наш перфоманс, противники немного поматюкались в эфире вызывая «трусливых крыс» на «честный бой», но увидели лишь несколько средних пальцев и получили несколько пуль. Деваться им было некуда, «болванчик» в виде Сержанта Кнута находился внутри, поэтому они попытались просочиться внутрь. Входа было всего три — два внизу и один на крыше. Внизу стояли два пулемета, а наверху Клоун и Овца. Не считая многочисленных помощников. Атака захлебнулась кровью, мы перешли в короткое контрнаступление, и скоро последний враг был повержен. Мы, собственно, собирались закругляться, но системного уведомления об окончании боя все не было. На карте красные точки, при этом, отсутствовали.
Я зашел к Сержанту, который напряженно вглядывался в пространство, читая одному ему видные уведомления. Голосовой эфир был чист.
— Сержант, а что происходит, вы не в курсе?
Кнут поднял на меня глаза, в которые вернулся разум.
— В курсе. Жопа, — и опять «ушел в себя».
Эта немногословность и без эмоциональность была настолько не свойственна Сержанту, что я немного оторопел.
— Че-как, Илай? Когда на Базу? — это нарисовался Дрыщ.
— Без понятия, — я кивнул на замершего Сержанта. — Сейчас, он отомрет, и мы все узнаем!
— Ну лады, маякни тогда! — он собрался было уходить, но передумал и как-то неуверенно спросил. — Слышь, чувак! Там… это… топорик зачетный у пацанов был! Может… я захвачу? Типа, в последний раз? А?
— Ты не Дрыщ, ты дебил! Тебе мало неприятностей?!
— Да че ты начинаешь?
— Да потому что херню порешь ты, а страдает все Отделение!
— Да ладно, я только спросить…
Я сделал шаг и постучал по надписи на его шлеме.
— Не дай бог ты что-то возьмешь с трупов — я тебе эту надпись на лбу напишу. А лучше татуху набью! Попрошу Нобеля, доплачу, и он внесет изменение в программу твоего воскрешение. И будет у тебя во всех новых телах на лбу эта чудесная надпись!
Дрыщ попятился к выходу.
— Да успокойся, все ровно! Я понял!
А меня понесло.
— А лучше хер с крылышками!!! Так еще лучше будет!!!
Дрыщ ускорился, и свалил наружу.
ВНИМАНИЕ!!! Новая цель! Уничтожить АСХ-320ми.
— Это что за хрень? — спросил я сам себя.
Тут пришел в себя Сержант.
— Внимание, взвод! Принимаю командование на себя! — тут же начал он по голосовой связи.
— Илай? — это был Фант.
— Что случилось? — Это была Пакля.
— Разбираюсь. — бросил я в эфир и повернулся к Сержанту. — Что происходит!
— Гребанные яйцеголовые! Опять напортачили!
— А конкретней?
Сержант замер, оценивая информацию. Потом неохотно кивнул.
— Ладно, Рекрут. Есть еще время. А ты же не отстанешь? Просто выполнять приказы это не про тебя?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Типа того, — кивнул я. — Рассказывайте.
И он рассказал.
Во Вселенной-13 введен абсолютный запрет на боевой искусственный интеллект. Любые попытки сделать что-то подобное натыкались на абсолютное неприятие Системы. Понятие «боевой искусственный интеллект» четко не было обозначено для понимания. Четкого описания «запретности» Система не давала. Поэтому люди экспериментировали на свой страх и риск.
Автоматизированные системы управления кораблями, работая в качестве вычислительных мощностей для человека-навигатора успешно функционировали. Автоматизированные корабли, следующие по запрограммированным маршрутам, успешно существовали уже много лет. А вот автоматическое исследовательское судна, которые несколько раз пытались создать для исследования новых Систем, отказывались функционировать, натыкаясь на запрет Системы.
Автоматизированные огневые комплексы прекрасно работали в рамках программы, выбирая те или иные цели, по тем или иным характеристикам. Этими системами комплектовались все военные звездолеты и множество наземной боевой техники. Но попытки сделать системы самообучающимися, для большей эффективности, также не увенчались успехом — системы не работали.
При явном преимуществе вычислительных мощностей в скорости реакции и точности стрельбы, никому так и не удалось создать Абсолютное Оружие. Поэтому, несмотря на огромный технический потенциал, в нынешних войнах все равно проливалась человеческая кровь. Ну, по крайней мере, человеческие тела были недорогими.
Однако, военные и ученые все равно пытались «хакнуть» Систему. Исследования не прекращались никогда. Одним из «разрешенных читов» было объединение человеческого разума и техники. Этот симбиоз существовал уже давно. И использовался во многих родах войск — от пилота истребителя до навигатора, либо оружейника линкора. В этом случае, разум человека был ведущим, а машинный — ведомым. Получилось эффективно.
Но было оно «но». Человеческая плоть, хоть и недорога, но слаба. В интересах военных было минимизировать ее количество, входящее в разнообразные Орудия Разрушения. Нашлись добровольцы, чей мозг помещали в недра боевой машины и снабжали минимальным оборудованием для выживания. Однако у Вселенной и на это были свои соображения. В случае смерти, сознание человека не «захватывалось» Системой. А, если и «захватывалось», то обратно не отдавалось. Все нужно было начинать сначала. Методом проб и ошибок, пришли к определенному «консенсусу», когда часть органов, обычно, конечности, органы чувств и защитная оболочка могли быть заменены на механические. Так появились киборги. По-своему уникальные, но в массовом производстве очень дорогие. А война — это, в первую очередь, экономика.
Но военные и ученые не оставляли попыток продавить Вселенную. И одна из таких попыток собиралась появиться у нас на поле боя. И Система приказала ее уничтожить.
— Что конкретно с этим АСХ-320ми не так? — поинтересовался я у Сержанта, когда он закончил рассказ. — Справка показывает, что это АСХ-320 — это штурмовой шагоход. Про модификацию «ми» нет никакой информации.
— Если бы модификация «ми» была в Справке — это значило бы, что Система о ней знает и принимает. А тут это, явно, не так.
— Хм… А вот это вот все — вес двадцать две тонны… рост семь метров… стандартно комплектуется двумя автоматическими орудиями либо боевыми лазерами… Ракетные установки… противопехотные пулеметы… Это все про эту штуку, которую нас попросили уничтожить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Гхм… Ну, в стандартной триста двадцатке все так и должно быть. А тут — хер его знает!
— Отличный ответ! Просто восхитительный! А ваш «хер» не знает, чем ее уничтожать?
— Обычно, тяжелой техникой.
— Сержант, вы нормальный? Оглянитесь — вы видите здесь тяжелую технику? Вот и я не вижу!
— Ну, он уже прошел несколько полигонов. Испытательный Полигон довольно далеко отсюда. Его должны были потрепать.
