СекуверДункан посмотрел на Джо. Тот взглянул на него в ответ. Дункан сел, забыв закрыть рот.
ВьетнамФильм показывали на натянутой в одном из школьных классов простыне. Запись, сделанная с плохонькой копии, присланной чьим-то родственником с Тайваня, была мутной. Но Хуинх был уверен, что вовсе не качество записи заставило трех бывших вьетконговцев, которые всегда охотились вместе, вскрикнуть в унисон. Всякий раз, когда эти трое появлялись в деревне, Хунху становилось не по себе. На этот раз он встревожился еще больше — они приставили ему к горлу меч и заставили крутить фильм снова и снова, далеко заполночь.
Секувер— Ручка есть? — громко прошептал Дункан.
Рядом раздался торопливый шорох.
— Нет, — ответил Джо и все равно полез в карман, зная, что найдет там лишь корешок билета и алюминиевое колечко от газировки.
МомбасаВ маленьком арт-деко-кинотеатре, расположенном недалеко от рынка, царила удушающая жара. Зал был забит до отказа, но даже детишки, рассевшиеся на полу перед экраном, сидели тихо, завороженно наблюдая за сюжетом. Крик госпожи Ясбет переполошил всех. Госпожа Ясбет была крупной женщиной, облаченной в брюки из батика, вроде тех, какими она торговала на рынке. Ее голос разнесся по помещению как из треснувшего громкоговорителя, висевшего в новой мечети. Сидящий рядом Бено начал обмахивать госпожу оказавшимся под рукой экземпляром «Дейли нейшнл» и, не желая упускать возможность, прижался к ее восхитительно пышным формам.
Он очень удивился, когда она открыла глаза и ему в горло уперлось острие ножа.
Секувер— Достань ручку, — сказал Маклауд, не отрывая взгляд от экрана. Джо никогда не слышал, чтобы его друг говорил таким тоном. Он молча встал и пошел искать ручку.
ПарижАманда смотрела фильм в маленьком кинотеатре на Монпарнасе, где днем показывали порнографические короткометражки. Одно лишь пребывание здесь будоражило ей кровь не хуже бокала хорошего красного вина, что она держала в руке, и сидящего рядом Ника. Хотя бы в этом она была готова отдать должное французам — они понимали толк в хорошем времяпрепровождении перед экраном, не опускаясь до так называемых «здоровых» стандартов и пива в пластиковых стаканчиках.
Сорок минут спустя, когда она промакивала разлитое вино с саржевой юбки сидящей рядом матроны, отмахиваясь от остреньких зубов соседкиного пекинеса, ей было уже не так приятно. Хуже того — им пришлось сидеть там, облитым вином и пристыженным, до самых титров.
Нью-ЙоркРенн очень удивился, когда его подопечный бессмертный внезапно снялся с места, бросил небольшой уютный коттедж в Cомерсете и перебрался в Нью-Йорк. Наверное, решил, что пришло время сменить обстановку. Или что прожить тридцать лет, ни капли не изменившись, слишком странно. Ренн наблюдал за ним с момента выпуска из академии, и задание было совсем не сложным, поэтому сейчас его просто распирало от возбуждения. Однако Ренн очень скоро обнаружил, что метро совершенно ему не по душе, что понять, как люди в Нью-Йорке умудряются ходить на свидания, совершенно невозможно, и ужасно соскучился по своему саду и соседскому коту, который всегда встречал его у ворот. И ему совершенно не понравилось, когда однажды его бессмертный ринулся из огромного кинокомплекса прямо в аэропорт. Он едва успел развернуть вторую шоколадку.
СекуверДжо принес две салфетки, выпрошенные у продавца хотдогов, и две ручки, ради которых очаровал билетершу — та обожала Дункана и знала, что где Дункан, там можно найти и Джо. Он взял на себя вторую половину титров, и они с Маклаудом принялись торопливо записывать в полутьме.
Лос-АнжелесМайкл О’Мара был очень удивлен, а такое случалось нечасто. Он по праву гордился годами наработанной прозорливостью и в своем деле был как рыба в воде. Нужны билеты на послеоскаровскую вечеринку «Вэнити Фэйр»? Спросите Майкла. Надо шепнуть что-то на ухо Лукасу? Запросто. Но он и представить не мог, что первый же фильм его последнего контрактника вызовет такой отклик. У парня была крошечная роль! Да, его персонаж упомянули в титрах отдельно, но роль все равно была почти эпизодической. Но, несмотря на это, все телефоны в офисе просто разрывались. Из-за долговязого парня, который заявился с улицы и развел Майкла на контракт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
О’Мара нахмурился и опустил трубку. Он многое повидал в жизни, но даже ему некоторые вопросы показались очень странными. В порыве великодушия он подумал, что надо бы организовать его новому подопечному охрану. Хотя тот и настаивал, чтобы его адрес давали всем желающим по первому требованию. Тут прибыл курьер с макетом статьи из «Нэшнл Инкуайер», и Майкл забыл обо всем.
Секувер— Питер Уингфилд, — сказал Дункан ткнув в салфетку со списком. — Это он.
— У него должен быть агент, — сказал Джо, но Маклауд уже поднял трубку.
Барселона — Нью-Йорк — Лос-АнджелесЕще в самолете, обмениваясь коротенькими сообщениями с другими наблюдателями, Мерседес с удивлением обнаружила, что многие из них будут в Нью-Йорке тем же вечером, что и она. Она стояла в очереди на три человека позже Кассандры, и ей удалось забронировать номер в «Шератоне». Когда та сразу же по прибытии купила билет на ближайший рейс в Лос-Анджелес, Мерседес ужасно разозлилась. И снова удивилась, когда оказалось, что двое друзей, с которыми она планировала, но не смогла пообедать, летят тем же рейсом.
СекуверПосадив Маклауда на самолет и вернувшись из аэропорта, Джо понял, что опоздал. На огромных, от пола до потолка, картах мигали красные огоньки, жужжали телетексты, факсы выплевывали длинные полосы сообщений, а в спертом воздухе витал запах черного кофе и тестостерона.
А Мак был в воздухе, с выключенным телефоном.
Аэропорт Лос-АнджелесаСэнди был уверен, что наступил худший день его жизни. Когда рентгеновский сканер высветил первый меч, он проверил документы и разрешение владельца и благополучно его отпустил. Увидев второй меч, он удивился, а когда появился третий, заподозрил неладное. Когда через сканер поехал пятый, служба безопасности сообщила о двух странных происшествиях в разных частях аэропорта.
Сэнди проглотил таблетку от головной боли и подозвал следующего пассажира с мечом, чей бесстрастный взгляд напомнил ему взгляд богомола — он мельком видел такого накануне в передаче о дикой природе.
Когда дело дошло до двенадцатого меча, Сэнди сидел, откинувшись в кресле под мерцающими лампами, и бездумно таращился на ксерокопии документов. Жена вечно твердила ему, что иногда он не видит то, что лежит у него прямо под носом. В этот момент Сэнди был бы рад согласиться.
Секувер — Лос-АнджелесЛетя на высоте тридцать тысяч футов над Огайо, Маклауд размышлял, по-прежнему ли Митос бредет в ванную по утрам, выходит оттуда с торчащей изо рта или заткнутой за ухо щеткой и неторопливо направляется варить кофе. Он не встречал больше никого, кто умел бы так хорошо прикидываться сонным, и совершенно точно знал, как быстро того может разбудить легчайшее прикосновение к гладкой коже на бедре или к маленьким соскам и каким требовательно-нетерпеливым тот становится. Он улыбнулся и стиснул зубы. На этот раз он не упустит свой шанс, чего бы это ни стоило.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Беверли Хиллс, отель «Софитель»Митос с комфортом расположился в ванной. Как и отель, ванна была роскошная и очень большая. С пурпурной кромкой и золотыми кранами, с маленькими полочками, на которые удобно ставить масла, класть мыло или ножи. Старейший бессмертный слушал, как щелкает в спальне автоответчик, улыбался и что-то насвистывал.
