Читаем без скачивания Распятие невинных - Каро Рэмси

— Сейчас составляются подробные фотороботы, — продолжал Андерсон, — тем более что Майклз хорошо запомнил обоих. Подростки, обнаружившие труп, отпадают. У нас остается только эта сладкая безымянная парочка. Нам нужно узнать, была ли брюнетка потенциальной жертвой, которой удалось уйти, или приманкой. Женщины склонны доверять друг другу… так что отнеситесь к словам Мика Баттена внимательно.

— Мужчина, который, по словам свидетеля, был ирландцем и говорил с жертвой за несколько минут до убийства… — начал Литлвуд. — Свидетель не может описать его внешность, но у него сложилось впечатление, что тому около сорока лет. Он был в темной куртке и шляпе — значит, шел не с вечеринки. Судя по тому, как они общались, свидетель считает, что они знакомы. Мы так и не нашли его до сих пор. — В комнате заметно похолодало. — Обратите внимание на сходство с описанием человека, с которым Линзи уехала с вокзала. Мы или знаем теперь, как он действует, или, как я уже говорил, это просто свидетель, которого пока не нашли. Да, и еще, для полноты картины. Арлин в тот день не работала. Она праздновала. Отмечала новоселье — получила ключи от муниципальной квартиры на Норвал-стрит. Мы съездим туда, как только освободимся. Костелло собирается поговорить с Трейси, подругой Арлин, как только та протрезвеет. — Литлвуд улыбнулся: получился каламбур. — Протрезвеет Трейси, не Костелло.

— А если она никого не снимала, тогда как оказалась на Вислерз-лейн? — поинтересовался Малхолланд.

— Это нам предстоит выяснить.

— Может, по той же причине, по которой Элизабет-Джейн пустила убийцу в свою квартиру? — не выдержала Костелло, глядя на Литлвуда. — По той же причине, по которой Линзи поехала на Виктория-лейн?

— А какого она была вероисповедания, если занималась проституцией? — неожиданно вмешался Баттен. Все с недоумением переглянулись, но психолога это не смутило. — Есть ли здесь связь? Я имею в виду, какое вероисповедание было у предыдущих жертв?

— Пока такой связи не установлено.

— Это хорошо, — уверенно констатировал Баттен.

Дверь открылась, и вошла Ирвин с пачкой листов.

— Фотороботы составлены. Это максимум, чего удалось добиться. — Потянулись руки, и все листы были розданы.

Макалпин прихлебывал холодный кофе. Он выпрямился и внимательно посмотрел на прикрепленный к стене рисунок, сделанный на компьютере. На листках, которые передавали сотрудникам, его взгляд неожиданно выхватывал знакомые черты. Он взял фоторобот, чтобы разглядеть получше.

Через несколько секунд он вспомнил.

— Мне кажется, я могу его опознать, — тихо сказал Макалпин. — Шон Джеймс Мактайернан.

В комнате стало тихо.

— Он есть в моем списке! — почти радостно выкрикнула Костелло. — Вышел из тюрьмы «Пеннингхэм» десять дней назад. — Она стала рыться в бумагах.

— «Пеннингхэм»? — переспросил Баттен.

— Тюрьма открытого типа.[12] Его туда поместили, поскольку последний адрес проживания был Эр, — объяснила Костелло.

— А за что его посадили?

— Признан виновным в убийстве. Убил местного бандита по имени Молки Стил несколько лет назад. Его надо было наградить, а не давать срок.

— Зарезал?

— Нет, смерть наступила от удара ногой. И если мне не изменяет память, он попал в лицо.

— Вероисповедание?

— Наверное, католик. Кем еще может быть человек по имени Шон Джеймс Мактайернан?

— С ним можно поговорить?

— Боюсь, что нет. Законы Шотландии. Мы имеем право его задержать всего на шесть часов. Так что это оставим на самый крайний случай. — Макалпин говорил тихо, но властно. — Особенно учитывая, что Молки Стил был убит на Вислерз-лейн. Я не хочу, чтобы кто-нибудь даже близко к нему подходил, пока не получит от меня прямых указаний. Я не шучу. Костелло? Нам надо поговорить в кабинете, когда Мик закончит, договорились? — Костелло покраснела, услышав свое имя. Она была на ногах уже четырнадцать часов и настроилась на горячую ванну и рыбный ужин. Не повезло. — Слово вам, доктор.

Майкл Баттен пересел со стула на стол и, прикидывая что-то в уме, посмотрел на Макалпина. Потом бросил сигарету в стаканчик с диетической колой и обернулся к собравшимся. Его куртка распахнулась, и на футболке можно было прочитать надпись «Обними меня — я трезвый».

В комнате воцарилась мертвая тишина.

Он помолчал, обвел всех взглядом и сунул руки в карманы джинсов.

— Могу я считать, что все смотрели «Молчание ягнят»?

По залу прокатился смешок, означавший «в кино все просто».

— «Риллингтон-плейс, 10»?[13] «Бостонский душитель»?[14] Мы насмотрелись этого дерьма выше крыши, и нас всех от него тошнит. Мы все здесь знаем свое дело. — Он помолчал. — Только ублюдка еще не поймали. А пока мы этого не сделаем, он не остановится.

Он показал на висевшие в ряд фотографии женщин. Их имена на доске были написаны круглым почерком Костелло: Линзи, Элизабет-Джейн, Арлин.

— Мы до сих пор не поймали его, потому что его трудно поймать. Обычные правила здесь не работают. Этот парень придумывает их сам. Я подготовил небольшой список. — Он достал листок. — Примерное описание Кристофера Робина. А почему Кристофер Робин?

— Кристофер от слова «крест»? — предположил Малхолланд.

— Неплохо, но не угадал. — Баттен взял со стола экземпляры «Дейли рекорд», «Сан» и «Ивнинг таймс» и показал всем. — «Убийца с распятием». Мы не можем идти на поводу у газет и наделять ублюдка какими-то сверхъестественными способностями, которыми он не обладает. Он ест, спит, ходит в сортир. — Он замолчал, чтобы все поняли, что он хочет сказать. — Так давайте назовем его по имени маленького приятеля Винни-Пуха. Я собираюсь дать вам психологический портрет этого человека, чтобы составить о нем представление. Ирвин сделала распечатку. Это система заполнения клеток, с которой все знакомы со школы. Имя каждого человека, с которым вы сталкиваетесь по ходу следствия, заносится в те клетки, которые ему подходят. И в конце мы сосредоточимся на том, чье имя упоминается чаще всего. Все три жертвы были выбраны заранее. У Кристофера Робина на очереди уже есть следующая. Время — это роскошь, которую мы не можем себе позволить.

Литлвуд взглянул на потолок, давая понять, что устал слушать весь этот бред.

— Важно, чтобы все поняли: это обычный мужчина с необычным прошлым.

— Значит, это мужчина? — спросил Малхолланд. — А откуда мы это знаем?

— Это мужчина. И я думаю, что убивает он в одиночку, хотя нельзя исключить, что для приманки использует сообщницу. Доверие, которое он вызывает у женщин, просто поразительно. — Баттен посмотрел на Андерсона, который кивнул в знак согласия. — Я знаю, что попыток сексуального насилия не было, но наш убийца — мужчина. Он может удовлетворять свою похоть с сообщницей. Если она действительно существует, то он сильно привязан к ней, вплоть до импотенции с другими женщинами. Если ее не существует и он действует в одиночку, то я уверен, что он вырос в семье, где доминировала мать. Это доминирование могло быть ненавязчивым, но оно было, а могло принимать и явно выраженные формы. Проще говоря, спросите подозреваемого, что он делал в День матери,[15] и посмотрите на его реакцию. — Глаза Баттена сверкали, и Костелло видела, что все слушают его как зачарованные.

— Извините, я не понял, — решил уточнить Малхолланд. — Как это может согласовываться: «ненавязчиво» и «ярко выражено»?

Баттен кивнул.

— Кристофер Робин мог при семейных скандалах вставать на сторону матери, стараясь защитить ее, но был слишком мал для этого. И он вырастает с чувством вины и неполноценности. Если он боготворил ее, то у его женщин, которые ей не соответствуют, большие проблемы. Или она наказывала его своим невниманием, оставляла одного или запирала в подвале, и с тех пор он мстит за это и ей, и всем остальным женщинам. Как ни взглянуть — у него большая внутренняя связь с матерью. — Баттен ухмыльнулся. — А с другой стороны — у кого ее нет?

Раздался одобрительный смех. Настроение улучшилось, все почувствовали уверенность в своих силах.

— Он идет по нарастающей, как все серийные убийцы? — спросил Малхолланд.

— Он не идет по нарастающей, — ответил Баттен, откидывая волосы назад. — В случае с Арлин насилия было больше, но он по-прежнему все держит под контролем. — Их взгляды встретились. — Назовите мне хоть одну его ошибку, — попросил Баттен и, не дождавшись ответа, продолжил: — На самом деле одну ошибку он совершил — нож слишком близко подобрался к кости. Он нанес удар инстинктивно. Этот человек чувствует, что не может любить объект своей страсти и быть ею любимым. Есть идеи? Хоть какие-нибудь? Ну что ж, если я понадоблюсь, то буду в кабинете старшего инспектора.

Костелло взяла листок, который ей передали. Текст был напечатан с одной стороны обычным шрифтом с двойным интервалом, а на другой стороне были клеточки для букв, которые могли сканироваться компьютером. На нее это произвело впечатление. Большинство сотрудников потянулись в кафе, как стадо на водопой. В комнате остались только она, Баттен, Макалпин и Андерсон. Малхолланд собрался было выходить, но передумал, налил из автомата холодной воды и сел на прежнее место. Баттен продолжал сидеть на столе и раскачивать ногой, посматривая на всех как заботливый отец.