Секунды щелкали, и за дверями продолжали раздаваться стуки и голоса. Виктор уже не понимал смысл и последовательность происходящего и произносимого за стенами. Он судорожно думал. Он поднимал другой осколок побольше, и пробовал, пробовал получить коридоры.
– Нет! – с досадой положил он их на стол. Ничего не получается! – Постой! Зеркала должны быть разными. И у меня есть второй осколок! Который мне подарила та девочка, Клара Виктория. Доченька! – от сентиментальности у Виктора в глазах появились слезы.
Он достал второй осколок, и настроил их в нужном виде, глянув краешком глаза, в отражение их друг в друге. Он увидел длинный, бесконечный коридор, уходящий в туман, с подсвеченными, каким-то неземным светом, ответвлениями в стороны.
– Ага, попался! – обрадовался он, почему– то понимая, что идет в правильном направлении. – Что дальше?
От удачи, в голове, прояснилось, и Виктор четко понял, что, то, что попадает в пространство между двумя зеркалами, образующими коридор, может там затеряться, уносясь в это пространство!. Его самого сколько раз затягивало туда.
– Все понял! – радостно подумал он. По крайней мере, он чувствовал, что это и есть тот самый выход из положения.
Виктор развел руки и поместил между осколками мешок с холстами и драгоценностями. Он увидел как через секунду, мешок завибрировал и стал таять на глазах превращаясь в мираж, который исчез тоже.
– Разбросает по мирам, но чтобы потом собрать! – радостно вздохнул он.
Теперь он знал что делать. Он поместил второй мешок между рук с осколками зеркал. И второй мешок растаял. Виктор секунду смотрел на пустое место. Чудо привело его в восторг. Но шум за стенкой заставил его снова поторопиться. Виктор исчез третий мешок и принялся за столик, потом стеллаж, потом диван, на котором он спал, вскоре в комнате не осталось ничего. Она была пуста. Оставалось только разбитое зеркало. Виктор поместил и его. Теперь в комнате был только он.
– Улик нет! Даже если меня здесь найдут, то я придумаю, что сказать: «Было интересно, что здесь такое! У меня страсть к путешествиям по катакомбам…» Можно придумать еще кучу версий. Чудак, придурок, но не вор!
– И своего не отдам! – услышал он радостный внутренний голос. – Тебе нечего предъявить. Только то, что ты зашел в ресторан своего друга. Но это еще не преступление, ведь доказать, что ты нарушил чего-то без Ивана будет трудно.
– А! Точно, я придумал, что скажу им. – Это мне нужно было для изложения сущности переживаний героя моего романа! Вот так просто! Я просто писатель. Творческая прихоть! За это не сажают. Помучают в участке и все. А может быть мне разбросать по мирам самого себя?
– А кто собирать будет? – нет, собой, нами, – поправился внутренний голос рисковать не стоит. И так выкрутимся.
Виктор стоял около двери и думал открыть ему уже люк или нет. Но дверца сама слетела под ударами кувалды, сломав запор. И обозрению Виктора предстало лицо полицейского.
Виктора осенило! Он быстро развел руки и настроил осколки на голову полицейского. Он увидел, как и тот растаял где-то в параллелях пространства, вместе с помощником, который подсаживал его. Виктор отдышался от победного состояния и выглянул в туннель. Там стоял владелец соседнего магазина.
– Идите сюда мосье, – прокричал он. Помогите нам. Здесь никого нет.
Мужчина поднялся к проходу, и Виктор злорадно посмотрел на его вытянутое от любопытства и страха лицо.
– Получи фашист гранату! – сказал ему в лицо Виктор, и настроил руки с осколками на его голову. Она задребезжала между двух осколков, и владельца не стало.
Путь был свободен. Виктор поцеловал осколки и бережно сунул их в карман.
Он спустился вниз, не отягощенный ничем, и осторожно выглянул из-за двери ресторана. Там было пусто. Виктор крадучись прошелся к повороту, за которым была щель дома. Там стоял патруль в виде одного из полицейских. Его он отправил туда же.
– Лети, голубчик, лети, – подумал радостно Виктор.
* * *
Он весело прошелся к машине и, убедившись, что за ней никто не наблюдает, сел в салон и с облегчением завел мотор. Через двадцать минут он стоял в душе и расслаблялся под горячими его струями. Найдя удобную пижаму, Виктор лег на свою кровать и заснул спокойным сном.
– Документы в порядке. Осколки со мной. И завтра я снова приду к профессору, чтобы обсудить поездку в Дакар.
– Ты забыл про обещание не выезжать из страны, – напомнил ему внутренний голос. Как же теперь?
Обещал, но подписки не давал! – ответил, подумав, Виктор. Если бы были проблемы, то за домом наблюдали бы. А в нашем случае, видно проблем нет! Так? – спросил он сам себя. – Так, – ответил он сам себе.
– И будет лучше, если ты уедешь отсюда как можно быстрее, – услышал он совет внутреннего голоса.
– Завтра же пойду покупать билет, – подумал Виктор. – Главное добраться до Дакара. Если профессор еще будет не готов, скажу, что встречу его там, когда он прилетит. А если что, в аэропорту или еще где-нибудь, у меня есть осколки!
– Вооружен и очень опасен, – хихикнул голос.
– Спим?
– Пора!
* * *
Он проснулся рано и чтобы еще поваляться, перед тем как начать свой день, Виктор включил телевизор, как делал это всегда у себя дома, и налив себе стакан сока, устремился на экран. В окно врывался свежий ветер, и щебетали птички в парке под окном. Утро было еще туманным, каким оно бывает перед восходом солнца.
– Происшествия, – прочел он заставку.
Среди обзора нескольких аварий и других неинтересных мелких для него событий, его ум вдруг превратился в само внимание.
– Вчера, уехав по ложному вызову в район Мон-Мартра в магазин господина Шалере, пропали трое полицейских. Сам владелец магазина тоже исчез. Продолжение раскрытия преступления, его мотивы и место где может скрываться господин Шалере, а также судьба полицейских, будет освещено в наших последующих выпусках. Подозревается, что господин Шалере действовал не один. В этот же день из госпиталя святой Екатерины пропал пациент, бывший в травматологическом отделении. Версия исчезновения, правда, отличается от первого случая, потому что пациент имел амнезию, и в горячке мог уйти и потеряться. Но все возможно, и его болезнь могла оказаться симуляцией…Хотя во всех этих историях еще много вопросов. Просто какой-то день.
Диктор просто давился от возбуждения, вызванного пойманной им детективной истории передавая ее зрителям, которые уже с этой минуты стали истинными завсегдатаями передачи происшествия.
Дальше давался вид магазина и беседа полиции с жителями близлежащих домов и владельцев других магазинов и кафе. Имя владельца ресторана, в передаче не упоминалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
