Читаем без скачивания Последняя семья - Джон Миллер

– Вот, вы уронили, – сказал он, передавая ей книги.

Лаура со словами: «По-моему, это ваше», – вручила ему листок бумаги, повернулась и пошла прочь, зная, что он смотрит ей вслед. Она молилась, чтобы он не заметил, какое красное у нее лицо.

Над этой запиской Лаура промучилась несколько дней. В итоге получилось следующее послание: «Так что же, вы пригласите меня куда-нибудь, или я должна проглотить свою гордость и пригласить вас сама? Лаура Хиллари,382 – 6677».

Он позвонил в тот же вечер и спросил взявшего трубку отца, нельзя ли поговорить с Лаурой.

– С Лаурой? – переспросил отец, словно никогда не слышал о девушке, которую вырастил. – А кто ее спрашивает – Пол Мастерсон? Вы звоните с Олимпа? И как поживают остальные боги?

– Папа! – завопила Лаура и смущенно засмеялась. Отец передал ей трубку. – Пол? Простите папу. Он у нас сумасшедший, но совершенно безвредный, во всяком случае, пока.

– Понятно. Я звоню, чтобы узнать, не согласитесь ли вы сходить со мной в кино в субботу вечером?

– В кино?

– Да. Или в ресторан, если хотите.

– Кино – это хорошо. А на какой фильм?

– Выбирайте, – предложил он. – Мне все нравится.

– В «Притании» идет какой-то немецкий фильм.

– Немецкий? Я не говорю по-немецки.

– Там будут английские титры.

– Я пошутил, – сказал он.

Она засмеялась.

– Понятно. Но можно посмотреть и что-нибудь на английском.

– Нет-нет, немецкий фильм – это замечательно. Мы будем смотреть то, что вам хочется. А я выберу ресторан.

– Ну, на самом деле я не очень люблю иностранные фильмы, – призналась она. – Просто я пытаюсь произвести на вас впечатление.

– Вот как?

– Ага. Если мы хотим завязать отношения, по-моему, нам нужно быть честными друг с другом с самого начала.

– Отношения. Это было бы замечательно.

– Поэтому я хочу договориться с вами: мы будем всегда откровенны друг с другом. Не лгите мне из боязни обидеть, потому что я это ненавижу. Если вы встречаетесь с кем-то еще, так и скажите. Если у нас ничего не получится – я имею в виду психологическую несовместимость, – скажите мне сразу, чтобы потом никому из нас не было больно.

– Хорошо. Договорились, – согласился он. – Никаких игр.

И так оно и было. Они поженились, когда закончился семестр. После первого свидания они стали неразлучны. На втором свидании Пол поцеловал ее, а на четвертом они любили друг друга у нее дома – родители были в отъезде. И у нее, и у него это был первый опыт, и никому из них и в голову не приходило желать кого-то еще. Медовый месяц они провели в его хижине в Кларкс-Риволд. Они собирались завести детей, как только смогут это себе позволить, но потом пришли к выводу, что слишком долго ждать, и родили Эрин. Несколько лет спустя появился Реб, и они хотели завести по меньшей мере еще одного ребенка. Но...

Пуля, вошедшая Полу в глаз, убила их обоих. Врачи уверяли Лауру, что время залечит раны, душевные и телесные. Но муж изменился. После тех выстрелов он стал совсем другим человеком. С карьерой было покончено, потому что так захотел он сам. Еще бы одна успешная оперативная разработка, и он стал бы заместителем директора УБН. Но пуля выбила из него честолюбие.

Ранение наградило Пола эпилепсией, ослепило на правый глаз и повредило череп. Операции были болезненными, и страдал Пол немыслимо. Ему оставалось сделать последнюю, и изуродованное лицо стало бы выглядеть почти как прежде. Но он отказался, хотя Лаура не видела для этого причин – худшее он уже прошел.

Пол не стал обращаться к психиатру. Он неделями сидел в одиночестве в своей комнате, мылся нерегулярно, молчал и избегал детей. Эрин тоже стала избегать отца, очень его боялась – не столько из-за увечий, сколько из-за его внезапных приступов ярости. Пол взрывался по малейшему поводу, швырял вещи в стены, колотил костылем по телевизору. Он держал в страхе всю семью. Потом наступил кризис. Той ночью произошла безобразная ссора в спальне. Лаура наговорила много такого, чего не следовало, бы говорить.

На следующий день она вернулась домой и обнаружила, что Пол исчез, прихватив с собой немногие личные вещи. Он даже не оставил записки. Лаура поехала за ним в Монтану – Пол не впустил жену в дом. Она просидела на крыльце хижины несколько часов – просила, умоляла, ругалась. Он даже не выглянул в окно.

– Ну и черт с тобой!

Лаура вернулась в Арлингтон, собрала вещи и переехала в Новый Орлеан. Но несмотря на все дела и заботы, сердце все ныло и ныло.

Лаура посмотрела на Волка. Пес спал на боку и во сне сучил лапами – видно, гонялся за кем-нибудь. Она перевела взгляд на часы. Половина третьего. Семь с половиной часов за мольбертом. Лаура выключила радио, которое тихонько мурлыкало что-то из классики, пес перекатился на брюхо и зевнул.

– Тебя разбудила тишина, да, Волк?

Он подошел и ткнулся носом ей в ногу, выпрашивая ласку. Лаура почесала у него за ушами, и Волк несколько раз махнул задней лапой, как будто хотел почесать бок. Когти царапнули пол.

– Эй, так ты мне весь паркет испортишь.

Лаура направилась к парадной двери и вышла на крыльцо проверить, нет ли почты, но ящик был пуст. Она оглядела улицу, но подозрительных машин не заметила.

Рейд уехал в Нью-Йорк на деловую встречу. Волк решил, что теперь он главный защитник в доме, и все утро не спускал с Лауры глаз. Когда она пошла проверить почту, пес выбежал следом и, пока хозяйка изучала окрестности, обновил свои метки на кустах и клумбах.

За тридцать минут до конца уроков Лаура погрузила Волка в машину и отправилась к школе, где учился Реб. Она остановилась в двух кварталах от школы и принялась наблюдать за вереницей автобусов. Красная «вольво» появилась незадолго до звонка. Машина повернула с улицы во двор с автобусами и остановилась.

Лаура чертыхнулась – не сообразила захватить бинокль. Минут десять спустя раздался звонок, и вскоре дети высыпали на улицу и вытянулись в цепочку в ожидании автобусов. Когда автобус Реба проехал мимо «вольво», машина пристроилась сзади. Лаура пропустила ее, дождалась, пока между ними вклинилось несколько других, и поехала следом. Одной рукой управляясь с рулем, другой она набрала номер Аллена Уайта, полицейского, с которым разговаривала накануне вечером.

– Аллен, это Лаура. Машина, красный седан «вольво», следует за автобусом.

– Держитесь сзади. Постарайтесь, чтобы вас не заметили, – проинструктировал Уайт. – Я буду ждать у дома.

Когда автобус остановился и выпустил Реба, красный автомобиль притормозил у обочины почти напротив дома Алисы Уолтерс. Он остановился под шатром виргинского дуба, раскинувшимся над тротуаром. Лаура пристроила машину за фургоном в сотне метров от дома, вышла и выпустила Волка на газон. Собака держалась рядом, так что поводок провис и едва не волочился по земле. Лаура подождала, пока Реб скроется в воротах, и направилась к «вольво». На перекрестке показался одинокий бегун трусцой.

Детектив Аллен Уайт, одетый в серый тренировочный костюм, поравнялся с красным седаном, замедлил ход и нагнулся, делая вид, что собирается завязать шнурок. Присев на корточки, Уайт выхватил пистолет из кобуры на лодыжке и направил оружие в голову водителя. Лаура прибавила шагу, Волк навострил уши. До них донесся голос Аллена:

– Ну-ка, приятель, положи руки на руль, чтобы я их видел.

Волк повернулся и гавкнул, Лаура проследила за его взглядом и увидела вооруженных людей, бегущих по дорожке Алисиного дома к машине. Их пистолеты были направлены на детектива. Аллен Уайт на долю секунды отвлекся и в то же мгновение был обезоружен. Водитель «вольво», оказалось, тоже был не лыком шит. Тихая улочка огласилась криками:

– Ни с места – УБН!

– Брось пушку!

– Оружие на землю! Быстро!

Когда первое потрясение прошло, Лаура поняла, что человек, идущий по подъездной дорожке от черного хода соседского дома, ей знаком.

– Торн, это полицейский! – закричала она. – Убери своих парней.

– Здравствуй, Лаура, – подойдя, с улыбкой сказал Торн и махнул вооруженным парням. Те отступили от распластанного на тротуаре детектива.

– Торн, какого дьявола вот этот привязался к Ребу? – властно осведомилась Лаура, показывая на Вуди Пула.

Агенты попрятали пистолеты, Аллен Уайт встал. Водитель «вольво» протянул детективу отобранный пистолет рукояткой вперед.

– Что за чертовщина здесь происходит? – буркнул Аллен, нагибаясь и пряча пистолет в кобуру на лодыжке.

Торн повернулся к Аллену Уайту. Детектив одернул брюки и выпрямился.

– Извините. Мы присматриваем за Лаурой и детьми. Наблюдение в целях защиты.

– За мной? – Лаура опешила. – С какой радости, Торн?

– Мы все из УБН. – Торн показал на автомобиль, только что затормозивший позади машины Лауры. Незнакомый агент в неброской одежде вышел из кабины и направился к группе. – Он ехал следом за тобой, но...