Сделала рывок вперёд медицина. Дети теперь и болеют реже, и болезни переносят легче. Притом замечено, что крупные, «акселерированные» дети как раз чаще и тяжелее других болеют многими болезнями, в том числе воспалением лёгких. Но если раньше дети от воспаления лёгких нередко умирали, то теперь врачи умеют с ним справляться. Получается, что когда-то крупных детей умирало сравнительно больше, а сейчас они остаются шить — и человечество от этого, понятно, подрастает.
И ещё минимум два десятка причин называют учёные, пытаясь объяснить акселерацию. Видимо, тут правы все или почти все авторы самых разных гипотез.
У акселерации много причин. Много и следствий.
А для себя стоит сделать вывод: надо постараться умнеть так же быстро, как расти, постараться стать сразу и сильным, и настойчивым, и высоким, и самостоятельным.
МАЛЬЧИК И ДЕВОЧКА, МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА
Трудно быть мужчиною!
Тебе ещё и двух лет нет, а родители уже плакать не велят, ссылаясь именно на то, что ты мужчина. Дальше — хуже. И тяжесть за девочек надо носить, и в дверь их пропускать, и за косички их не дёргать. Трудно! Но надо.
А почему? Потому что мужчина и женщина, мальчик и девочка равны только по уму и правам, но не по своим физическим возможностям.
Всё начинается буквально со дня рождения: мальчики в среднем чуть тяжелее девочек. И обычно на сантиметр выше (хотя лучше сказать не «выше», а длиннее — ведь ни те, ни другие стоять ещё не могут).
Целых десять — двенадцать лет требуется девочке, чтобы нагнать своего ровесника по росту. Мало этого — годам к тринадцати девочки уже не ниже, а выше мальчиков. Но — ненадолго. Ещё год, два, три — и мальчики, стремительно вытягиваясь, снова обгоняют девочек. Те к восемнадцати годам часто и вовсе перестают расти, а юноши продолжают тянуться вверх.
Мужчины не только выше, но и крупнее, массивнее, тяжелее. В них немного быстрее бежит кровь, в их теле химические реакции идут быстрее, им нужно больше еды и воды. В теле мужчины сравнительно большую долю места занимают мышцы и кости. В среднем женщина ниже мужчины на 9 сантиметров, а легче — на 8 килограммов.
Кстати, у обезьян мандрилов самцы весят в три, четыре, даже в пять раз больше самок; у горилл разница тоже очень велика. Но у наших прямых предков на протяжении последних сотен тысячелетий внешняя разница между мужчиной и женщиной скорее не уменьшалась, а увеличивалась. (И не мудрено. Ведь первой специализацией людей, первым разделением их по труду было, не считая возрастного, распределение обязанностей между мужчиной и женщиной, закрепление за каждым полом своей доли дел сверх дел, общих для всех.) Словом, не случайно мужчин называют сильным полом и по праву на мальчика возлагают заботу о его более слабом товарище.
Впрочем, более слабым товарищем девочка становится не сразу. И далеко не во всём она слаба.
Больше десяти лет — с первых классов — следили учёные за физическим развитием 87 девочек и 89 мальчиков. В год несколько раз тщательно измеряли силу, с которой каждый из них мог сжимать кулак, ударять, натягивать эспандер.
До тринадцати лет мальчики и девочки шли наравне. А в шестнадцать-семнадцать только очень немногие девушки могли повторить средние результаты юношей. И это при том, что учёные специально позаботились об одинаковом питании и сходных играх для тех и других.
Но и силой разница в пользу юношей не исчерпывается. Вот сцена из «Приключений Гекльберри Финна» Перечитай-ка её ещё раз, в сокращённом мною виде.
Гек Финн отправляется «на разведку» переодетый девочкой и заходит в дом к женщине лет сорока. Они разговаривают о судьбе беглого негра Джима, которая очень волнует Гека. И вот...
«Мне стало до того не по себе — просто не сиделось на месте. Надо было чем-то занять руки, я взял со стола иголку и начал вдевать в неё нитку... Женщина замолчала... смотрела на меня как-то странно, с любопытством и слегка улыбаясь». А потом... «она начала говорить, какие нынче тяжёлые времена, и как им плохо живётся, и что крысы обнаглели и разгуливают по всему дому, словно они тут хозяева... Одна то и дело высовывала нос из дыры в углу. Женщина сказала, что она нарочно держит под рукой всякие вещи, чтобы бросать в крыс... Она показала мне свинцовую полосу, скрученную узлом, заметив, что вообще-то она попадает метко, только вывихнула руку на днях и не знает, попадёт ли теперь. Выждав случая, она швырнула этой штукой в крысу, но не попала и охнула, так больно ей было руку. Потом попросила меня швырнуть ещё раз... Я взял эту штуку и, как только крыса высунулась, нацелился и швырнул — и если б крыса сидела на месте, так ей бы не поздоровилось. Женщина сказала, что удар первоклассный и в следующий раз я непременно попаду. Она встала и принесла обратно свинцовую полосу, а потом достала моток пряжи и попросила, чтобы я ей помог размотать. Я расставил руки, она надела на них пряжу, а сама всё рассказывает про свои дела. Вдруг она прервала рассказ и говорит:
— Ты поглядывай за крысами. Лучше держи свинец на коленях, чтобы был под рукой.
И она тут же бросила мне кусок свинца. Я сдвинул колени и поймал его. А она... сняла пряжу у меня с рук, поглядела мне прямо в глаза очень ласково и говорит:
— Ну, так как же тебя зовут по-настоящему?.. Билл, Том, или Боб, или ещё как-нибудь?»
А потом сама объяснила Геку, как она его разоблачила:
«Господь с тобой, сынок, разве так вдевают нитку в иголку? Ты держишь нитку неподвижно и насаживаешь на неё иголку, а надо иголку держать неподвижно и совать в неё нитку. Женщины всегда так делают, а мужчины — всегда наоборот. А когда швыряешь палкой в крысу или ещё в кого-нибудь, встань на цыпочки и занеси руку над головой да постарайся, чтобы это вышло как можно нескладней, и промахнись этак шагов на пять, на шесть. Бросай, вытянув руку во всю длину, будто она у тебя на шарнире, как бросают все девочки, а не кистью и локтем, выставив левое плечо вперёд, как мальчишки; и запомни: когда девочке бросают что-нибудь на колени, она их расставляет, а не сдвигает вместе, как ты сдвинул, когда ловил кусок свинца. Я ведь заметила, что ты мальчик, ещё когда ты вдевал нитку, а всё остальное я пустила в ход для проверки».
Вот как попался умный и смелый Гек. Ну, а почему все эти вещи мальчик и девочка делают по-разному?
Понятно, почему мальчик ведёт себя иначе, чем девочка, когда ему бросают на колени какую-нибудь вещь. Девочка ведь в юбке, а поймать что-нибудь в юбку очень удобно, растянув её. Мальчику приходится полагаться только на собственные обтянутые брюками ноги. Что касается иголки и нитки, то прежде всего приходит в голову такое объяснение. Неопытному человеку кажется, что вдевать нитку в иголку лучше «мужским способом». На самом же деле «женский способ» рациональнее. А шьют-то женщины, поэтому они лучше разбираются, что и как тут надо делать. Ну, а насчёт меткости и манеры кидать камнями? С одной стороны, здесь та же история, что с шитьём, только в киданье опытнее и умелей мальчики. А с другой... Дело, может быть, не только в умении. Да, мальчики обычно куда лучше девочек умеют кидаться камнями. (Это не значит, что среди читательниц этой книги нет особо меткой девочки; я ведь говорю о средних результатах.) Почему?
Толщина и форма костей ног и рук у мужчин и женщин не одинакова. Ловкость мальчиков не случайна. Мальчики не только мускулистее девочек. Похоже, что у них 1 грамм мышц способен на большее усилие — иначе говоря, у мальчиков больше «удельная сила» (как бывает удельный вес).
В крови мужчины в среднем больше гемоглобина и эритроцитов (красных кровяных шариков), чем у женщины. Когда мальчик становится подростком, его кровь постепенно приобретает способность поглощать без вреда больше ядовитых продуктов, вырабатывающихся при работе мышц. Лёгкие мальчика вбирают теперь больше воздуха и забирают из него больше кислорода. Даже сердце бьётся у отрока реже, чем у отроковицы.
Вот по всему по этому и установлены разные нормы для мужских и женских спортивных разрядов. И спортивные требования к мальчикам и девочкам тоже предъявляются разные.
Но и силой, и ловкостью, и прочим ребятам особо хвастать всё-таки не приходится.
Гек лучше девочки кидал камни, но шить-то не умел. У «слабого пола» есть свои преимущества. Скажем, обычно гораздо точнее движения. Мальчики куда более неуклюжи — начиная с раннего детства и кончая старостью. Девочки внимательнее, осторожнее, терпеливее. Может быть, из-за этого они раньше начинают сами есть и одеваться, говорить — особенно, когда дело касается уже не отдельных слов, а целых фраз.
Английский учёный Барнетт, подводя итоги всевозможных сравнительных испытаний мальчиков и девочек, говорит: «... У мальчиков лучше развиты технические и математические способности... у девочек лучше развито эстетическое чувство; например, они точнее и быстрее различают цвета. Считают также, что девочки обладают лучшей памятью, особенно в детстве, у них более развиты способности к языкам».
