Читаем без скачивания Рекламный трюк - Мушинский Олег

– И какой в этом смысл? – спросил Антон, подходя. – Фильтр ведь не пропустит ничего из того, что выделяет ваша сигарета.

– Смысл не в результате, а в процессе, – задумчиво ответил Георгий.

– Процесс без результата не имеет смысла, – заметил Антон.

– Жизнь тоже не несет полезного результата, но все живущие упорно цепляются за сам процесс.

Повисла неловкая пауза.

– Или вот ваша идея добраться до Кронштадтского конгломерата, – направил Георгий беседу в более конструктивное русло.

Дядя Ваня удивленно посмотрел на Антона, но ничего не сказал.

– Формально, конечно, сектор экономической зоны, хотя и не из самых богатых, – продолжил свою мысль Георгий. – Дважды сильно пострадал в войну. Вначале при борьбе с европейцами, потом при выбросе мутагена из Финского залива.

Располагается на острове, быстро и незаметно покинуть который в случае чего практически нереально. Половину острова занимает военная база, вторая половина по большей части работает на первую. По сути – контрольная зона посреди ядовитого залива. И я определенно не понимаю, какой результат может быть у этого процесса?

– Полагаю, положительный, – усмехнулся Антон.

– И я вам верю, – кивнул Георгий. – Да вот нюанс: сам процесс связан с определенным риском. Причем не только для вас, но и для меня, и для моих людей.

У меня их, кстати, не так много осталось. Поймите меня правильно: я не боюсь рисковать, но я всегда знаю, ради чего я это делаю.

Антон неуверенно оглянулся на своих спутников. Дядя Ваня ничего не понимал, и потому хранил стоическое молчание. Елена, как обычно, переложила решение проблемы на плечи Антона и просто терпеливо ждала, пока он не разберется с ситуацией. Георгий продемонстрировал небольшой приборчик, успокаивающе подмигивающий парой зеленых огоньков:

– Нас не подслушивают, можете мне поверить.

Антон вздохнул. После ограбления закусочной ему уж точно следовало убираться подальше отсюда, не считаясь с затратами. Правда, шансы отвязаться впоследствии от Георгия сильно уменьшались, но при кризисе решать проблемы лучше в порядке поступления. Что-нибудь придумается. Георгий терпеливо ждал. Антон кивнул и кратко изложил ему всю имеющуюся информацию по Строганову, благоразумно умолчав об отведенной ему роли.

– Откуда такая информация? – поинтересовался Георгий.

– Сожалею, это наша коммерческая тайна. Источник надежен.

Георгий недоверчиво хмыкнул.

– Не нужно быть предсказателем, чтобы сообразить, что вам о нем рассказал кто-то из контрабандистов… Такой человек, если он, конечно, существует, действительно, может представлять для нас большую ценность. Хотя, быть может, ему просто повезло… Да. Но если он действительно может проходить в закрытые зоны, риск можно считать оправданным.

– Он, наверное, совсем старый, – не вовремя вылезла со своим благоразумием Елена, но Георгия это ничуть не расстроило.

– Молодых в грязи ползать я всегда найду. А вот знание: где, как и куда ползти дорогого стоит. Воистину, прекрасен наш союз.

– Союз?

– С системой бороться лучше вместе, вы не считаете?

– Если систему нельзя победить, какая разница? – вопросом на вопрос ответил Антон.

– А это мы еще посмотрим, – оптимистично заметил Георгий, и бросил взгляд на экран нанокомпьютера. – Через полчаса здесь проползет тяжеловоз. Поедете без особого комфорта, но в относительной безопасности – их не так шерстят, как наземный транспорт. Посмотрим, что это за человек.

Башня управления конгломератом, 42-й надземный этаж, кабинет Хранителя Безопасности.

– Ну и что это за человек? – спросил Пал Палыч.

– Строганов Аркадий Борисович. Родился в тридцать шестом году до нашей эры, то есть сейчас ему уже семьдесят семь. Так… Родился, учился, женился… В годы Великой войны был черным рейдером.

– Надо же, – покачал головой Пал Палыч. – Неужели до сих пор жив?

– Да. Здоровье, понятное дело, уже не то, но за жизнь цепляется крепко.

– Других в черных рейдерах и не держали, – заметил Пал Палыч.

Подразделения черных рейдеров появились уже во второй половине Великой войны и формировались из самых живучих смертников. Вот такой вот парадокс. До ядерного апокалипсиса враждующие стороны дело не довели, но бились сурово. Ядерное, химическое, бактериологическое оружие – на головы врагов сбрасывалось все, что нашлось в закромах родины.

Первой на европейском театре военных действий раздраконили территориальное образование под название Польша. Некоторые историки утверждают, что такова была традиция, но имелось и более практичное разъяснение. И до начала Великой войны Восточный альянс, Демократическая коалиция и Арабский халифат не сильно жаловали друг друга, готовясь к предстоящей схватке и поливая противников грязью по каждому поводу и просто под настроение. На территории Польши, входившей в состав Демократической коалиции, были размещены тактические ядерные ракеты. По планам демократического командования эти ракеты должны были поразить ряд ключевых центров противника. Альянс в ответ развернул свои ракеты в нынешней Калининградской контрольной зоне. Когда началось, Альянс оказался быстрее, и на мировой карте появилась первая радиоактивная пустыня.

Позднее на этой карте еще много пятен появилось. Радиоактивные пустыни, зоны химического и бактериологического заражения, заваленные трупами сектора эпидемий.

Пятна расползались, пересекались, сливались друг с другом. Так появились чумные зоны. Проходившие там армии теряли до трети личного состава, гражданские конвои просто исчезали без следа. Эффект был оценен по достоинству.

Спустя пару лет удачно срежессированная гражданская война разорвала пополам территориальное образование Украина. Восточная часть примкнула к Альянсу, западная, с небольшой помощью стратегической авиации Альянса, – к чумным зонам.

Образовавшаяся полоса полностью разделила Восточный альянс и рассыпающуюся Демократическую коалицию. Война зашла в тупик.

Балтийское и Черное моря, как и многие другие, цвели такой вязкой заразой, что не то, что в них плавать, к ним близко подходить никто не решался. На юге Арабский халифат храбро сражался со всеми, кто рисковал влезть на его территорию, а при отсутствии противника – сам с собой. Наверное, чтобы не потерять форму.

На севере скандинавский блок хранил вооруженный до зубов нейтралитет. По крайней мере, до тех пор, пока там кто-то не догадался обстрелять ракетами пролетавшие над ними стратегические бомбардировщики, что везли какой-то особый гостинец соседям. Что там намешали военные химики, ученые до сих пор гадают, но вокруг двух упавших самолетов образовалась самая жуткая чумная зона, поглотившая ударный корпус Монтгомери в полном составе. Большая часть боевых машин корпуса была обнаружена планерами разведки на подступах к Турку, но людей – ни живых, ни мертвых – там не было. Восточный альянс, не стесняясь, приписал победу себе и отправил спецгруппу для выяснения истинных причин своей великой победы.

Предположительно, поиски увенчались успехом – назад никто не вернулся.

Тогда-то и появились черные рейдеры. Солдаты, которые все уже потеряли.

Небольшими группами они проходили через чумные зоны, чтобы внезапно вынырнуть в тылу противника, сея смерть и хаос.

Глава 9

"Не игнорируйте интересы социума – источника и опоры вашего благосостояния"

Откровение Маммоны, девятая заповедь стяжателя

Тяжеловоз был похож на здоровенную металлическую гусеницу. Огромными передними винтами он прогрызал себе дорогу, не менее крупными задними – проталкивал себя вперед. Спереди, прямо над винтами, нависала небольшая кабина экипажа. На корме деловито фырчала мощная двигательная установка. Развернувшись боком и усиленно загребая винтами, тяжеловоз начал подтягивать себя к пристани. Крыша ангара раскрылась и вверх выдвинулась стальная лапа портового крана.

Тяжеловоз остановился в метре от пристани. Лопасти винтов замерли. Выдвинувшиеся из бортов механические захваты жестко зафиксировали тяжеловоз на месте.

Металлическая гусеница сверху расползлась по шву, открывая темное нутро. Лапа нырнула в трюм и вытащила длинный серый контейнер. Задержавшись на миг, она резко повернулась и перенесла груз в ангар. Потом пришел черед второго контейнера, третьего… Опустошив трюм, лапа снова начала наполнять его. Ближе к концу погрузки в борту открылся люк, выдвинулся трап и на пристань спустился один из техников в сером комбинезоне. Постоял, наблюдая за работой, потом неспешно направился к ожидающему неподалеку Георгию. Короткие переговоры привели к тому, что обратно на борт техник поднялся в сопровождении еще трех человек.

Внутри процесс погрузки сопровождался глухими ударами и металлическим лязгом.