Читаем без скачивания Крещение Руси – благословение или проклятие? - Михаил Сарбучев

Соответственно русский царь подавался пропагандой исключительно как «Царь Православный». И тут мы имеем еще одного фанатично верующего христианина на троне, тишайшего и благолепнейшего Николая (II) Александровича Романова, и хотя его реальная жизнь мало соответствовала образу «благочестивого», и тому есть множество свидетельств, но, в конце концов, какое это имеет значение? Для нас важен не реальный «гражданин Романов», а тот миф, который создан из него и который сегодня, хотим мы того или нет, работает на создание образа российской государственности.

Трех царей я знал…

Нет ничего удивительного в том, что, говоря о завоевании власти, о государе и государстве, я буду ссылаться на примеры величайших мужей. Люди обычно идут путями, проложенными другими, и действуют, подражая какому-либо образцу, но так как невозможно ни неуклонно следовать этими путями, ни сравняться в доблести с теми, кого мы избираем за образец, то человеку разумному надлежит избирать пути, проложенные величайшими людьми, и подражать наидостойнейшим, чтобы если не сравниться с ними в доблести, то хотя бы исполниться ее духа.

Никколо Макиавелли. Государь

Нам грозит катастрофа. Приближаются великие несчастья. Лик Богоматери стал темен, и дух возмущен в тишине ночи. Эта тишина долго не продлится. Ужасен будет гнев. И куда нам бежать? В Писании сказано: «О дне же том и часе никто не знает». Для нашей страны этот день настал. Будут литься слезы и кровь. Во мраке страданий я ничего не могу различить. Мой час скоро пробьет. Я не страшусь, но знаю, что расставание будет горьким. Одному Богу известны пути вашего страдания. Погибнет бесчисленное множество людей. Многие станут мучениками. Земля содрогнется…

Григорий Распутин. Последнее письмо

Император Николай II – фигура, безусловно, трагическая и печальная, возможно, если бы это был просто человек, ему бы можно было посочувствовать. Но это не вполне человек, это монарх, то есть без пяти минут Бог, а на монархе ответственность особая. И соответствует или не соответствует деятельность монарха его статусу – это вопрос, который народ вправе задавать. Власть от Бога? Пусть так! Так будь же достоин сего Божественного прикосновения!

Еще византийская традиция позволяла отказать государю в повиновении, если он покушается на основы веры… Если государь отступничает, то он – «ложный государь». Но кто олицетворял эти основы веры при императоре? Был такой человек. Имя его – Григорий Распутин. Пожалуй, если говорить об исторической несправедливости и мифах, которые мешают взглянуть на историю непредвзято, то миф о «старце» лидирует в этой гонке с большим отрывом. Что мы, по существу, о нем знаем? Авантюрист, бабник, алкоголик, наркоман, умело манипулировавший недалекой и жадной до власти царской семьей, – карикатурный персонаж, символ агонии «прогнившего царского режима». Все эти качества ярко воплощены, в частности, Алексеем Петренко в фильме, который так и назывался «Агония» (реж. Элем Климов). О Распутине написано много разного, умного, глупого, запредельно глупого, но все это не выходит по большому счету за рамки указанного дискурса…

Заговор педерастов

В один из промозглых осенних дней 1904 года в Санкт-Петербургской семинарии появился ничем не примечательный крестьянин. Он пришел туда как обычный паломник. Студенты, решив посмеяться над «неотесанным мужиком», пригласили его для «теологической дискуссии». Не тут-то было! Полуграмотный мужик с таким знанием и так убедительно толковал Писание, что вскоре к дискуссии присоединились профессора, но и их этот «грязный мужик» затыкал за пояс. Этим неотесанным мужиком и оказался Григорий Распутин. (Распутин – это вовсе не прозвище, а настоящая вполне частотная русская фамилия, происходящая от «распутье», «распутица». Новых или Новый – это, по сути, псевдоним.) Наконец в зале появился ректор семинарии отец Феофан. Вот как эта сцена описывается у французского исследователя Алена Деко: «Отец Феофан спросил его мнение по поводу какой-то выдержки из Святого Писания. На мгновение Распутин погрузился в раздумье. Потом прозвучал ответ, сформулированный без колебания, «очень четко, кратко и точно». Отец Феофан кивнул головой: «Совершенно правильно, батюшка, ты говоришь истину!» Последовали новые ответы и новые вопросы. Под конец беседы отец Феофан, как и каждый вечер, благословил семинаристов. Когда же очередь дошла до Распутина, то Феофан обратился к нему: «Благослови меня, батюшка!» На следующий день Распутин был представлен епископу Гермогену» [59] .

Француз немного напутал. В 1904 году в Санкт-Петербургской духовной академии не было ректора отца Феофана. Был Сергий (Старогородский). С 1943 года – патриарх Всея Руси. Был отец Феофан (Быстров), но с 1909 года [60] . Тоже человек в Церкви, прямо скажем, не случайный. Он лично знал Иоанна Кронштадтского и неоднократно совершал с ним богослужения. Епископ Гермоген и вовсе впоследствии был причислен к лику святых [61] . Мы сейчас не будем разбираться в этической подоплеке отношений сталинского патриарха с режимом большевиков и канонизации Гермогена. Важно то, что, как бы к ним ни относиться, это были духовные лица первого ряда. В их обязанности, можно сказать, входило просто хорошо разбираться в людях – свойство, без которого приходской-то священник профнепригоден! А уж у столь высоко стоящих иерархов это свойство должно быть на грани ясновидения. Предположить, что «старец» их попросту одурачил? Всех троих разом? Оч-ч-чень сомнительно!

Историю пишут победители. Это непреложный факт. Все, ну или почти все, что мы знаем о Распутине, мы знаем из мемуаров его убийц. А именно – Владимира Митрофановича Пуришкевича и Феликса Феликсовича Юсупова. Доктор Лазовер, третий в этом деле, не оставил воспоминаний. Все трое личности в высшей степени примечательные. Пуришкевич, наверное, первый в истории, но уж в XX веке – точно, в полной мере воплотивший образ, известный нам хорошо по современности, образ политика-клоуна, политика-эпатажника. Как следствие – политика без принципов, в полной мере претендующего на ленинское определение «политической проститутки». Не в последнюю очередь благодаря ему было дискредитировано националистическое движение в России. Именно он стоял у истоков раскола «Союза русского народа», именно он прославился множеством провокационных антисемитских заявлений, позволивших обвинить русских в «великодержавном шовинизме», что потом так ловко использовали большевики-ленинцы для обоснования «позитивной дискриминации» русских в будущем СССР. При этом никакой особой идеологии за ним не стояло – эпатировать любой ценой – вот и вся идеология. «Моя любовь в политике – Пуришкевич. Ибо над его речами, воззваниями, возгласами, воплями я сразу смеюсь и плачу», – отмечала в своем дневнике Марина Цветаева. Речь не о том, что поэтесса может выступать тонким знатоком политики. Это скорее показательный «электорат» данного депутата ГД – экзальтированные девицы артистической богемы. Пуришкевич всю свою политическую карьеру был героем анекдотов и фельетонов (автором некоторых был молодой Маршак). Победившие большевики поступили с «реакционером и черносотенцем» просто-таки фантастически мягко. В январе 1918 года он был арестован ВЧК и по приговору революционного трибунала был осужден… к четырем годам исправительных работ (!!!), это в то время, когда одного только происхождения было достаточно для того, чтобы получить пулю! Более того, его отношение к «черной сотне» ни для кого не было секретом, а с черносотенцами, на руках которых была кровь далеко не одного большевика, у новой власти были особые счеты. Спустя несколько лет аналогичное противостояние в Германии прольет реки крови. (Kam‘raden, die Rotfront und Reaktion erschossen,/Marschieren im Geist in unsern Reihen mit.) [62]  Осатаневшие от кормления вшей в окопах «красные фронтовики», по логике должны были бы разорвать в клочья закоренелого «буржуя» и «царского опричника», но вместо этого фактически «пожурили» своего политического противника, поскольку и этого феноменально мягкого наказания он не отбыл, а уже всего лишь через 4 месяца был отпущен под амнистию на все 4 стороны. И благополучно отбыл в белый тогда еще Новороссийск, где в 1920 году и умер от тифа.

Другой «борец за чистоту рядов», известный в Петербурге гей, князь Феликс Юсупов. Проблемы с половой ориентацией у него начались еще в пажеском корпусе, откуда его чуть было со скандалом не вышибли. Но дело удалось замять. Больно уж близко тот находился к царю. Ему нашли «бороду» красавицу жену – и не кого-нибудь, а Великую княжну Ирину Александровну, племянницу Николая II. Покровителем Феликса Юсупова был не кто иной, как Великий князь Дмитрий Павлович, двоюродный брат Николая II (намеренно не пишу «любовником» – все-таки родственник канонизированного «царственного страстотерпца» – будем считать этот факт «недоказанным», хотя в петербургском обществе тех лет никакой «теоремой» это не считалось). Старший брат Феликса – Николай Юсупов был убит на дуэли с графом Арвидом Мантейфелем, жена которого – Мария Мантейфель, урожденная Гейден, была любовницей Николая II. Ну, это так, к слову, что называется, чтобы было представление о нравах при дворе «новомученика» и «отменного семьянина» Николая Романова. Так что если уж говорить об «агонии», то не Распутин был ее причиной – уж точно. Похоже, что все приписываемые Распутину «распутства», скорее всего, фантазии первертов. Ибо нет для извращенца более жуткого и шокирующего зрелища (даже чисто умозрительно), чем традиционный секс с женщиной. Сознание извращенца сразу же «умножает на 5, на 10, на 20». Это ж каким нужно быть сластолюбцем, чтобы вздумать иметь сношение с ЭТИМ … Точка зрения очень подробно изложена в фильме Фр. Феллини «Казанова» (Il Casanova di Federico Fellini, 1976). Автор, похоже, тоже недоумевал, но в отличие от Юсупова итальянец был еще и значительным кинорежиссером и пытался просто по-художнически честно разобраться в проблеме. Информация об оргиях Распутина не подтверждается данными полиции, которая внимательно за всем этим шоу наблюдала, но не вмешивалась.