Геннадий подъехал к перекрестку. Сашка Горчаков, сидевший на пассажирском сиденье, толкнул его в бок:
— Ген, смотри, Ротов! — Санька ткнул пальцем в серебристую «Тойоту», собиравшуюся сворачивать.
— Точно!
Из-за тонированных стекол не было видно того, кто сидел за рулем. Дождавшись, пока «Тойота» тронется, Генка надавил педаль газа.
Анна, выругавшись, успела до пола утопить тормоза, когда перед ее носом промелькнула темно-синяя «Мазда», и каким-то чудом она не задела заднее крыло машины. Она могла поклясться, что водитель сделал это специально! «Мазда» остановилась и припарковалась на правой стороне дороги.
— Этого я так не оставлю! — горячо воскликнула девушка, и, перебежав через дорогу, с силой открыла водительскую дверцу злополучной машины.
— Ты что, совсем рехнулся?
Санька и Генка, посмеиваясь, сидели в машине, ожидая появления Ротова. Но, когда дверь распахнулась, и неизвестная девушка обрушила на их головы свои претензии, на которые имела полное право, то оба раскрыв рты, тупо уставились на нее.
— Тебе не говорили, что слепым разрешается только сидеть за рулем и ничего не трогать? Или ты только вчера вылез из берлоги? — Анна замолчала, чтобы набрать в легкие воздуха.
— Я… — пролепетал Генка и взглянул на своего друга, который немигающим взглядом уставился в вырез на ее блузке.
— Что я? Купи себе игровую приставку, и там можешь ездить, как тебе заблагорассудится, а не лезь на дорогу, где кто-нибудь нечаянно может поцарапать твою симпатичную физиономию!
— Простите, но я думал…
— А-а, так значит, все-таки ты иногда умеешь думать?!
Санька, придя в себя, хохотнул.
— Извините, я был не прав, но может быть… мы сумеем договориться, — наконец, сумел выдавить Генка, глядя в ее глаза сногсшибательного серо-синего цвета.
— Конечно же, можем! — воскликнула Анна. — Подари свои права пятилетнему ребенку. Они ему больше пригодятся! — И захлопнула дверцу перед Генкиным носом.
— Да она просто куколка! — сказал Санька, с восхищением глядя вслед удаляющейся Анне.
— Да… уж… — сказал Геннадий, сурово взглянув на Саньку.
— Слушай, а ведь она назвала тебя симпатичным…
— Слепым медведем… — продолжил друг.
— Да, ладно, тебе! Интересно, с каких это пор Ротов стал давать свою машину? Даже таким милым крошкам.
— Не знаю. Она свернула к его отчему дому.
— Ну-у, тогда ясно! — усмехнулся Санька. — Завтра мы сможем узнать, всегда ли она такая горячая.
— Отстань, — сказал Генка, и включил зажигание.
Анна, кипя от злости, плюхнулась на сиденье. Ей чудом удалось избежать аварии, да к тому же на чужой машине! А ее владелец! Анна задохнулась от возмущения. Он спал!
— Может, все-таки сообщишь мне адрес! — спросила она.
Николай молчал.
— Знаешь, мне сейчас не до игры в молчанку. Скажи, куда тебя отвезти?
Подождав несколько секунд, и не дождавшись ответа, Анна начала тормошить Николая:
— Ты меня слышишь?
— Ну, — Николай мотнул головой, чуть не стукнувшись о переднюю панель.
— Куда нужно ехать?
Он открыл глаза и посмотрел на Анну туманным взглядом.
— Николай, скажи, куда тебя нужно отвезти?
— Зачем?! — он уставился на нее, с трудом открывая веки.
— О, господи! — прошептала Анна, — мне нужно узнать твой адрес!
— Угу.
— Так скажи мне!
— Зачем? — его язык заплетался.
— Чтобы отвезти тебя, черт тебя побери!
— Угу!
Анна устало навалилась на руль, стараясь немного успокоиться. Николай тут же провалился в сон, так как от него наконец-то отстали.
И что ей теперь делать? Не бросать же его, пьяного, здесь, в машине! Позвонить Григорию? И что она ему скажет? Что сын пьян, и спит на улице. Да и номер его телефона был у нее дома. Она еще раз попробовала разбудить его, но безуспешно. Он только бурчал в ответ.
«Ну, и почему я не поехала сегодня на дачу?! Решила отдохнуть. Хорошенький отдых. Ничего не скажешь!»
Анна подъехала к своему дому и, оставив Николая в машине, поднялась домой, чтобы позвонить Григорию. Она нашла его номер телефона, но все еще не решалась набрать его. Она не знала, что скажет. Пока она размышляла, в дверь позвонили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ой, тетя Маша!
— Здравствуй, Анечка, как дела?
— Ужасно, — честно призналась девушка.
— Что такое?
— Ой, тетя Маша, и не спрашивайте!
— А, ну-ка, садись и все по порядку расскажи.
Они сели на диван в гостиной, и Анна рассказала о том, как познакомилась с Николаем Ротовым у Ирины. Как их сосед по даче оказался отцом Николая, как встретила его сегодня возле «Ивушки», спасла его от инспектора ГИБДД, как чуть не попала в аварию, и как Николай успел вырубиться, пока она срывалась на горе-водителе. Анна лишь умолчала о тех коротких встречах, когда они были наедине, и о том, какое место занимает Николай в ее мыслях.
Мария Сергеевна очень быстро догадалась, что Анна что-то не договаривает, и даже поняла почему.
— Вот и все. И я не знаю, что скажу Григорию Андреевичу. Вернее, я не хочу ему говорить все. А как тогда объяснить ему, зачем мне нужен его адрес, я не знаю. Да и, вообще, я не знаю, есть у Николая ключи, или нет.
— Да уж… Так, значит, твой знакомый спит в машине?
— Да.
Мария Сергеевна подошла к окну.
— Знаешь, а ведь у него, действительно, может не оказаться ключей от квартиры, поэтому не стоит зря волновать отца.
— Я это понимаю. Но что делать?
— И ночевать в машине тоже не безопасно…. А почему бы тебе не предложить ему переночевать здесь? — она повернулась и посмотрела на Анну.
— Тетя Маша!
— И что в этом плохого? Он ведь не станет буянить, тем более он не чужой человек…
— Я уже думала об этом, — честно призналась Анна. — Но я не знаю, как его вытащить из машины.
— А, ну, это не такая уж проблема.
— Вы думаете? Он невменяем…
— Ладно, пойдем, спустимся и посмотрим, что можно сделать для твоего друга.
— По-моему, его легче прибить, — еле слышно прошептала девушка, выходя следом за своей соседкой.
— Бог ты мой! — воскликнула Мария Сергеевна, когда Анна открыла дверцу, — интересно, как он выглядит в нормальном состоянии?
Она посмотрела на Анну и покачала головой.
— Эй, эй, — Мария Сергеевна осторожно потрясла Николая за плечо. — Николай, пойдем спать в дом.
— Угу, — он повернул в их сторону голову.
— Ты пойдешь спать? — спросила Мария Сергеевна, взглянув на Анну, которая стояла рядом.
— Угу, — Николай мотнул головой.
— Так пойдем, — она потянула его за руку.
— Угу, — снова буркнул Николай, оставаясь сидеть на месте.
— Я же говорила вам, что это бесполезно, — сказала Анна.
— Аня? — Николай попытался сфокусировать взгляд на ней, но ее образ почему-то расплывался.
От звука ее имени, произнесенного Николаем, у Анны странно защемило сердце.
— Да. Аня, — мягко сказала Мария Сергеевна, — пойдем в дом, ты замерзнешь в машине.
— Угу, — кивнул Николай и поставил ногу на асфальт.
— Вот и хорошо, вставай. — Мария Сергеевна помогла Николаю выйти из машины.
На ногах он стоял твердо, вот только голова ужасно кружилась, а перед глазами все плыло. Он оперся на чье-то плечо, повиснув чуть ли не всем своим весом, и Мария Сергеевна ахнула.
— Ты закрыла машину?
— Да.
— Тогда помоги мне. Хорошо, что все-таки кто-то догадался изобрести лифт.
— Куда его положить? — спросила Мария Сергеевна, когда они вошли в квартиру.
— Не знаю. Может, в комнату?
— Давай в комнату. Сними с него пиджак и рубашку, иначе он их помнет.
Анна послушно сняла их, и они уложили Николая на кровать в ее комнате.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну вот, теперь можно за него не волноваться. Вот и все твои проблемы решены.
— А, по-моему, как раз совсем наоборот, только начинаются, — со вздохом сказала Анна, тихонько прикрыв дверь.
