Егор окинул взглядом толпу роботов.
— Ладно, но если этот аргумент перебросил нас сюда, значит, путь к ИскИну лежит через Робополис?
Их ушей достигли треск и щелканье суставов Рипы.
— Нашел! П’шли! — весело проскрежетал робот.
Вскоре проход стал спиральным. Несколько раз Егор пытался отмахнуться от прозрачных чешуек, но пальцы проходили сквозь них. Чешуйки казались неприятными и стесняли дыхание... хотя ведь теперь он не дышал.
Они съехали по наклонному желобу, пробрались сквозь сломанную железную диафрагму и наконец очутились снаружи.
Сколько Егор не глядел, так и не заметил дерева или каких-то других природных материалов — только гладкий бетон, металл и пластик. Все светилось, поблескивали стальные поверхности, перемигивались разноцветные огоньки, иногда вспыхивали красные и синие лазерные лучи... Робополис был ярким и шумным — чумовым.
— У вас есть правительство? — прокричал Егор. — Кто управляет всем этим?
Вокруг толкались роботы разных конструкций и размеров. Троечка пихнула Адаму локтем в бок, показывая на почти точную копию R2D2 из ‘Звездных войн’. У некоторых прохожих не хватало конечностей либо они были прикручены к корпусу проволокой. На стенах сквозь блеск металла нет-нет да и проглядывали пятна ржавчины.
— Ваще-та у нас Конклав, — Рипа, зажав обрезок трубы подмышкой, уверенно вел их сквозь толпу. — Мы его выбираем. Но на деле п’ханом давно Резидент.
— Резидент?
— Да, с’стренка. Никто его не видел, он ж’вет где-то... — робот неопределенно махнул рукой вверх. — Теперь его цензоры прессуют простых п’рней навроде меня. О!
— Что ‘о’? — спросил Егор.
— Во! — Рипа показал куда-то вперед, заозирался, потом приказал: — Ждите м’ня там... — и уковылял в толпу.
— Где? — Адама оглянулся.
— Вон. Идем.
Троечка потянула его в глубокую полутемную нишу между стенами двух магазинов. Они встали там, наблюдая за роботами, что проходили мимо проема. Ли сказала:
— Ну хорошо, давай разберемся. Слышал, что Рипа болтал про Резидента? Наверняка это как-то связано с вакханками. Если Резидент там... — они поглядели на ползущие вверх и вниз лифты, на металлические арки и коридоры...
— Думаешь, на верхних ярусах... — начал Егор, и тут в нишу, быстро переставляя негнущиеся ноги, ввалился Рипа.
— Есть! — робот воровато оглядывался. Он держал железную коробочку с парой блестящих контактов, изображением черепа и перекрещенных молний. — А ну п’держи, п’ратуха, — робот отдал Егору обрезок трубы.
— Что ты собираешься делать?
Рипа неопределенно качнул головой.
— Послушай, а что находится вверху? — спросила Троечка.
— Центровые кварталы для б’гачей. Простым п’цанам вроде меня там делать нечего, — робот поднял левую руку, несколько раз согнул и разогнул ее так, что наружу вылез провод с содранной изоляцией.
— Нам надо наверх, — сказал Егор. — Поможешь подняться туда?
— Ты чё, п’рателла? — удивился Рипа. — Л’гавые нынче оборзели. Не, я конечно, п’лагодарен, что вы помогли в Отстойнике, но... Ни-ни, наверх не пойду. Так, а ну, посуньтесь ч’ток назад...
— Зачем?
— Отойди, отойди, г’рю.
Егор с Троечкой попятились в глубь ниши. Рипа примерился и вонзил контакты на коробочке в неизолированный сгиб локтя. С треском сыпанули искры. Коробочка полетела на пол, робот присел на расставленных ногах, качнувшись, широко развел руки...
— ЙО!!!
Его фотоэлемент покраснел.
— Как торкнуло! — он стал заваливаться на бок, и подскочивший Адама схватил робота подмышки. — Неф’вый приход, п’ратишка... — счастливо скрипнул Рипа.
Сквозь царящий на площади шум донеслись звуки сирены.
— Опять л’гавые... — в голосе Рипы появились отрешенные нотки, будто теперь появление цензоров его не очень-то и тревожило. — Перекемарим п’ка здесь.
— Нам надо наверх, — повторил Егор, отпуская робота.
Рипа пошатнулся и привалился плечом к стене.
— Я ж тебе уже сказал. Тут д’же старик Меркюри не поможет.
— Кто такой Меркюри?
— Босс нижних уровней.
— Как босс уровней? Так, значит, это все же игра?
— Ты чё, п’ратан? Какая игра? Если это игра, то она интереснее жизни!
— А что значит ‘босс’?
— То и значит: п’хан нижних районов Роп’ополиса. Переменным током пр’торговывает, стволами, роболярв держит, тот еще с’тенер... Но я здесь тусуюсь, наверх к этим п’дикам ни ногой.
— Но мы...
— П’ратан! — Рипа начал сердиться. — Я Меркюри на глаза п’казываться не хочу. Ты чё, не п’нял? Отвянь, наверх не п’йду.
Сирены над площадью надрывались. Выглянув из ниши, Адама узрел нечто, напоминающее помесь осы и большой кофемолки, с узкими крыльями и единственным выпученным фасетчатым глазом на лбу. Оно промчалось низко над разбегающейся толпой и исчезло из поля зрения. Егор взглянул на Троечку. Та пожала плечами и кивнула. Тогда Егор, взяв обрезок трубы обеими руками, широко размахнулся и ударил робота по голове.
* * *
Лифт поднимался быстро. Площадь внизу была видна как на ладони.
— Как болит...
Стоящий у прозрачной покатой стенки Егор оглянулся.
Агриппа обеими руками держался за голову.
— Повторите еще раз, что я вам обещал, пока... пока верх взяла моя другая личность?
— Ты сказал, что поможешь нам проникнуть в верхние ярусы, — пояснила Троечка, пряча глаза. — Дал слово.
— Слово дал? — уныло переспросил робот.
— И еще перед этим, в Отстойнике, сказал, что приложишь все усилия, чтобы помочь нам.
— Да, это я п’мню... чего не сделаешь в сиюминутном порыве.
— Сказал, что почтешь за честь помочь тайным борцам против тирании Резидента.
— А вы — тайные б’рцы?
— Не сомневайся. Пока ты был Рипой, мы предоставили тебе неоспоримые доказательства.
— Что, совсем не’споримые?
— Абсолютно.
— Ох... А... я что-то делал при этом?
— Да, у тебя была такая коробочка с двумя контактами, и ты пустил себе ток в руку.
Робот помрачнел.
— Ясно. Это был переменный ток, вызывающий всплеск нелинейных флуктуаций. Моя вторая личность — грубое, м’лоразумное существо. Он п’лучает удовольствие, а у меня потом голова кружится и отнимаются к’нечности. Но как же я смогу п’мочь вам?
— Ты упомянул какого-то Меркюри, — подал голос Егор. — Кто это?
— Местный босс. Занимается оружием, наркотиками и прочим в таком же роде.
— Он может помочь нам?
— П’нятия не имею. Его логово выше.
Снаружи мелькнул силуэт цензора. Егор попятился. Цензор пролетел вниз и скрылся из виду.
— Тот всемогущий, вот и они! — взвизгнул Агриппа.
Егор присел, осторожно выглядывая. Цензор опустился к площади — он явно кого-то искал.
— Откуда они вообще берутся? — спросила Троечка у робота.
— Они п’явились давно. Их хозяин Резидент.
— И сколько этот Резидент у вас командует?
— Долго уже.
Егор с Троечкой переглянулись.
— Как это — долго? — спросил Егор. — Ведь все начало происходить только что?
— Может, это потому, что в разных играх время течет по-разному? — предположила она. — Не все ведь реал-таймовые. Может, по местному времени уже прошли года с тех пор, как ‘Кабалион’ схлопнулся...
Описав несколько кругов вокруг памятника, цензор взлетел. Он пронесся мимо лифта, резко затормозил и повис в воздухе. Егор отскочил в глубь кабины, прижался спиной к стене, но это не помогло. Цензор словно почувствовал их и подлетел ближе. Сквозь колпак лифта фасетчатый глаз просканировал кабину. Цензор взмыл вверх и пропал из виду.
Егор повернулся к Агриппе.
— Надо выбираться отсюда. Долго еще ехать?
— До второго уровня минут десять! — простонал робот. — Он п’летел за п’дмогой!
— А какие-нибудь промежуточные этажи есть?
— Да здесь сплошь технические ярусы! Но чтобы остановить лифт, нужен специальный допуск.
Возле раздвижной двери был щиток со светящимися цифрами этажей, кнопками и горящей зеленым лампочкой. Егор заколотил по кнопкам, но кабина продолжала двигаться с той же скоростью.
— Может, здесь есть аварийная остановка... — начал он.
Оттолкнув его, Троечка обеими руками вцепилась в крышку и рванула.
— Дай мне... — она склонилась над обнажившимися контактами — и тут же лифт встал.
— Быстро ты... — удивился Егор.
— Это не я. Я еще ничего не успела сделать...
— Отключили дистанционно! — Агриппа показал наружу, и Егор оглянулся.
Теперь их стало трое. Выпученные фасетчатые глаза заглядывали в кабину. Одновременно в трех брюхах разъехались щитки, из отверстий выдвинулись узкие дула.
— Э, Ли... — начал Егор.
— Что там? — стоя спиной к нему, Троечка лихорадочно копалась в контактах панели.
