Читаем без скачивания Получил наследство кот - Денис Дроздов

Номер был незнакомым. Но вот голос в трубке оказался знаком – молодой, женский, задыхающийся:

– Добрый день, Глеб Аркадьевич. Это Ирина Старикова. Мне нужно с вами встретиться. Прямо сейчас.

– Что ж, Ирина Витальевна, давайте встретимся, – доброжелательно ответил Звоницкий.

– Жду вас через пятнадцать минут на углу напротив вашей клиники. – И связь прервалась.

Глеб побарабанил пальцами по колену.

– Глеб Аркадьевич, вы похожи на довольного кота! – засмеялась Яна. – На кота, который только что получил в подарок миску сметаны.

Он тоже расхохотался и, пообещав, что скоро будет, вышел, прихватив ключи от машины.

Судя по всему, вдова Ильи находилась где-то поблизости. Так что вполне можно было бы поговорить и в клинике – комфортном и безопасном месте, где чужие любопытные уши им не грозят. Но девушка настаивала на конспирации – что ж, подыграем ей.

Спустя четверть часа «Паджеро» Звоницкого притормозил на углу, и стройная фигура в черном скользнула на пассажирское сиденье. Глеб тут же нажал на газ, и автомобиль рванулся с места. Правда, далеко он не уехал – до первой пробки, но все необходимые элементы конспиративной встречи были соблюдены.

Глеб бросил быстрый взгляд на Ирину. Вдова была в темных очках и, как обычно, выглядела так, будто вот-вот заплачет. Интересно, какими тайнами она решила поделиться с другом покойного мужа? И почему только сейчас, а не сразу после похорон Ильи? Что встревожило красавицу? Что заставило ее действовать? Что ж, посмотрим…

Помня о предыдущих встречах, он настроился на то, что информацию из Стариковой придется тянуть по крупицам буквально клещами. Но девушка его удивила. Ирина сняла темные очки, повернулась к Звоницкому и решительно заявила:

– Я люблю Эдуарда Ковалева.

Звоницкий слегка растерялся. Такого он точно не ожидал… Да и что можно было ответить на это смелое заявление?

– И он любит меня, – сообщила Ирина Витальевна. Вид у вдовы был непривычно деловитый.

– Э-э… я могу вам чем-то помочь? Или вы собирались мне что-то рассказать?

Выслушивать не относящиеся к делу истории о чужих амурных похождениях Глеб был как-то не готов. Со смерти Ильи прошло всего несколько дней, а его вдова уже нашла супругу замену. Оперативненько… Помнится, принц Гамлет упрекал свою мамашу в том, что она повторно вышла замуж, еще не износив башмаков, в которых шла за гробом первого мужа. Ну, в таком случае Ирина еще не доела бутерброды с поминального стола…

– Да! – решительно продолжала вдова. – Вы можете мне помочь. Вы знаете, что Эдуарда арестовали?

Глеб молча кивнул, ожидая, что же будет дальше.

– Так вот, он ни в чем не виноват! – заявила Ирина.

– Почему вы так уверены? Следствие располагает записью с мобильного телефона, на которой видно, как Эдуард Валентинович прячется в сарае. Вы можете объяснить, зачем он это сделал?

– Могу! – тряхнула волосами Старикова. – Эдик не убивал Илью. Он просто пришел поговорить с ним. Как мужчина с мужчиной.

Звоницкий внимательно изучал лицо красавицы. Ирина кусала губы и терзала в руках платок. Лжет? Или просто нервничает?

– А не могло случиться так, – осторожно начал он, – что в процессе этого… мужского разговора Эдуард вышел из себя и убил вашего мужа?

Неожиданно вдова звонко расхохоталась:

– Кто?! Эдик?! Да вы его просто не знаете, раз говорите такое! Эдик – тряпка, а не мужчина. Он не то что человека убить не способен – для него комара прихлопнуть проблема! Он их берет аккуратно за крылышки и выпускает! Говорит: «Не хочу портить свою карму!»

Что ж, самому Звоницкому Эд тоже не показался человеком, способным на насилие. Однако же яд – оружие таких вот слабовольных типов. Ударить противника они органически не способны, зато подлить яду в стакан и удалиться, чтобы не видеть агонии врага, – это запросто. Из гуманистических, так сказать, соображений…

– Ну хорошо. А о чем Эдуард Валентинович собирался беседовать с Ильей? – спросил наконец Глеб.

– Как это? – изумленно уставилась на ветеринара вдова. – Обо мне, конечно. О нас. О разводе, в общем.

Глеб молчал, и она торопливо добавила:

– Знаете, мы с Эдиком уже давно любим друг друга!

– Скажите, а почему разговор о разводе ваш… э-э… возлюбленный решил вести именно в день юбилея Ильи Петровича? – задал резонный вопрос Звоницкий. – Тем более ночью? Что, это дело не могло подождать до утра?

Вдова поднесла ко рту платок и впилась в него белыми зубками. Наконец она повернула к нему лицо в красных пятнах, и Глеб поразился произошедшей перемене. До этой минуты он видел в Ирине всего лишь милую кошечку, бывшую манекенщицу, декоративное растение без малейших признаков интеллекта. Сейчас, глядя в ее лицо, ставшее почти некрасивым, он впервые задумался, какую жизнь в доме его друга вела эта молодая женщина, какие мысли крутились в ее голове. Какие чувства она испытывала. И вдова, словно прочтя его мысли, заговорила о том же:

– Илья был вашим другом. Конечно, вы полностью на его стороне… Но вы напрасно думаете, что Илюша был таким уж ангелом.

Глеб бросил взгляд на часы. Времени у него было катастрофически мало – слишком много важных дел предстояло сделать сегодня. Но жалость к бедной бывшей манекенщице заставила его на время забыть о делах.

– Вы думаете, я была с ним счастлива? Эта красивая картинка, что вы видели на юбилее, – просто фикция. Страничка из глянцевого журнала. Илья любил пускать пыль в глаза, любил, когда ему завидовали… И никогда не признавался, если у него бывали серьезные неприятности, даже перед близкими делал вид, что, мол, «все хорошо, прекрасная маркиза». А потом срывал злость на мне или своей дочке…

– Вы не любите Арину? – спросил Глеб. Хотя ответ он знал и так – давно догадался.

– Я терпеть не могла эту богатенькую сучку! – нежно улыбнулась Ирина. – И она платила мне тем же. Презирала меня за то, что я вышла за ее отца ради денег… Заслуженно, это правда. Но она постоянно меня терроризировала. Унижала перед всеми. Выставляла полной дурой… – Ирина всхлипнула, но сдержалась. – Чего еще можно было ожидать, если мачеха и падчерица – ровесницы… Но в одном она не права – я вышла за Илью не потому, что он был богат. Да, кстати, не так уж много у него было денег… Он просто умел пускать пыль в глаза. Дорогая машина, дом… А мне приходилось самой перешивать себе платья, потому что появиться дважды в одном и том же наряде жена Старикова, видите ли, не может! Я вышла за него не из-за денег. Он вам, конечно, рассказывал, что «снял меня с подиума»? Он всем это говорил. Да еще таким тоном, будто не с подиума, а с панели снял… Вокруг меня всегда было достаточно состоятельных мужчин. И я могла бы выбрать кого-то помоложе и куда богаче старого адвоката. Но Илья умел пустить пыль в глаза. Он попросту вскружил мне голову, и я позабыла обо всем на свете. У меня были свои планы, моя карьера была на подъеме… но я бросила все и вышла замуж за этого старого борова. – Голос вдовы задрожал от жалости к себе. – Засела дома, вела хозяйство, терпела и его насмешки, и презрение его дочки, и снисходительное отношение его друзей и гостей…

Глеб подумал, что девушка вовсе не так глупа, как пытался представить это Илья.

– Вы ведь тоже решили, что я полная дура, признайтесь? – усмехнулась Ирина.

Глеб промолчал, и она продолжила с мрачным видом:

– Через неделю после замужества я поняла, что с Ильей у нас нет ничего общего! Цветы, подарки, Венеция – все это осталось в прошлом. Я обнаружила, что рядом со мной пожилой человек, с гастритом и запорами. Он постоянно поправлял ошибки в моей речи. Да, иногда я говорила «ло́жит» и «зво́нит», ну и что?! Зато я была самой перспективной моделью в нашем агентстве! А с Ильей нам даже не о чем было поговорить. Он слушал ужасную музыку – «Милая моя, солнышко лесное…» Чушь какая-то! И все время ставил мне в пример свою первую жену. И умница она, и красавица, и готовит как богиня… при чем тут я?!

Глеб снова взглянул на часы, стараясь делать это незаметно. Время утекало сквозь пальцы, а вдова, кажется, задумала рассказать ему историю всей своей непростой жизни.

– Ирина, я понимаю, что ваша жизнь с Ильей была не сахар… Но давайте вернемся к Эдуарду.

– Да-да! – спохватилась вдова. – Я давно собиралась развестись с Ильей и выйти за Эда. Просто я знала, как важен для Илюши этот юбилей… Еще одна глянцевая картинка – преуспевающий адвокат и его милая семейка… Я не хотела портить Илье удовольствие. Собиралась поставить его перед фактом на следующее утро – сообщить, что ухожу. Мне так не терпелось, что я даже подстерегла его в коридоре… Помните, вы встретили меня?

Глеб молча кивнул. Помнится, Стариков тогда сказал своей жене: «Зайка, мне некогда! Потеряйся где-нибудь…»

– Но Илья почему-то решил поговорить с вами, а меня даже не стал слушать! А накануне он меня ударил. Не по лицу – нет, боже упаси, могли остаться следы! Ударил за то, что я не смогла ответить, сколько именно гостей ожидается на его юбилее!