Я кивнула в знак одобрения и углубилась в меню, чтобы как-то заполнить нависшую вдруг паузу, да и есть, признаться, очень хотелось.
Выбрав блюдо посытнее, я, неожиданно для себя, впрочем, это была отнюдь не первая неожиданность за сегодняшний день, согласилась на пиво, которое по уверениям Лудовина, меню и официанта разливалось из бочек, и являлось наисвежайшим и изготовленным по старинным технологиям.
Покончив с заказом, мы снова погрузились в неловкое молчание, которое опять нарушил Лудовин.
— Я рад, что вы отложили свое срочное дело.
Выдался не занятый Ритой вечер, а тут нежданно-негаданно подвернулась директорша, не так ли?
— Неважно, хотела с вами поговорить, ну и не стала упускать возможность, а то дело подождет, — старательно сформулировала я.
— Понятно. И о чем вы хотели поговорить, Дарья Васильевна?
— Обо всем… что получилось. Чтобы разрулить сложившуюся ситуацию.
— Гм-м-м, и что же вы хотите разрулить?
— Ну… — я замолчала, не в силах продолжать разговор в этом направлении. А в каком направлении у меня хватит сил продолжать? Я уже собралась было удалиться под предлогом покурить и страшно обрадовалась официанту, который появился перед нашим столом, каким-то чудом держа одной рукой огромный поднос, заставленный тарелками и прочими атрибутами заказанного ужина.
— Давайте за встречу… — сказал Роман, приподнимая высокий пивной бокал и улыбаясь, словно, мы встретились по взаимной договоренности.
— За встречу, — эхом откликнулась я.
Не будучи любительницей пива, я, с неожиданным для себя удовольствием, опустошила половину бокала, наполненного аппетитно-золотистым, дышащим шапкой пены напитком, и с тем же удовольствием занялась своим блюдом. Опять наступила пауза в разговоре, на этот раз заполненная весьма приятным для оголодавшего организма делом.
— Как вам пиво? — спросил Лудовин. — Надеюсь, не очень разочарованы?
— Не слишком разбираюсь, но это понравилось, — без всякой логики ответила я.
Он поставил бокал на стол и спросил:
— И все-таки, какую ситуацию вы хотели разрулить?
— Ту, что сложилась между нами, — ответила я, осмелев от пивных паров и мясных ароматов. — Я не в праве судить вас, но дело коснулось и меня.
— Я ваших слов не понимаю…
— Не понимаете? Но вы мне столько наговорили в прошлую нашу встречу. Зачем?
— Зачем? — повторил он рефреном и замолчал.
— Не слишком ли это низко — ухаживать сразу за двумя женщинами? Мне не нравится, что я попала в подобную историю, благодаря вам, Роман…
Он уставился на меня, качнул головой, словно боднул неведомого противника. Кажется, растерялся. Неплохо притворяется, и неудивительно. А жаль.
— Дарья Васильевна, смысл ваших речей мне темен! Какие две женщины?
— Роман… Петрович, вы прекрасно понимаете, о чем я говорю! Вы умный человек, а строите из себя…
— …болвана? — продолжил он. — Я понял…
— Вы издеваетесь? — спросила я.
— Вы хотите, чтобы я понял вас, и я же глуп, когда вас понял! — отрезал он. — Если вы имеете в виду вашу сестру, то напрасно, совсем напрасно.
— Почему напрасно? Желаю вам успехов в этом деле, а за ней дело не станет!
Ну что же такое я говорю? Устраиваю какие-то разборки на уровне примитивного любовного романа! А ведь хотела подойти к вопросу конструктивно.
— Дарья Васильевна! Все не так, Рита здесь совершенно не при чем…
— Послушайте, Роман! Называйте меня просто Дарья! — рыкнула я, зверея от его нахальства и взгляда.
— Я… с удовольствием, Дарья!
— И вообще, пойду покурю! — объявила я, поднимаясь из-за стола.
Он смотрел на меня, пока я накидывала куртку и, уходя, я спинным и прочим мозгом чувствовала его взгляд.
Я рассмеялась вслух, напугав прохожего, который окинул меня изумленным взглядом и, кажется, даже шарахнулся в сторону. Мне стало смешно оттого, что все повторялось: я опять стояла под дождем у ресторана и держала в руке бесполезную сигарету, потому что у меня снова не было зажигалки. Постоять еще или вернуться? Вернуться, забрать вещи и уйти, чтобы не продолжать бестолковый разговор, который все равно ни к чему не приведет? Или вернуться, взять зажигалку и все-таки покурить? Над улицей спускались сумерки, медленно расцвел матовым светом фонарь напротив, замигала вывеска ресторана.
Трое мужчин прошли, спустились по ступенькам в пивную. Дверь за ними закрылась, чтобы тотчас же раскрыться, выпуская Романа. Он в пару шагов преодолел ступеньки и оказался передо мной.
— Не беспокойтесь, Роман, со мной все в порядке, — сказала я.
— А я почему-то подумал, что у вас опять нет зажигалки…
— Но у вас ведь ее тоже нет, — отрезала я. — Вы же не курите.
— Значит, у вас все-таки нет? — улыбнулся он.
— А у вас есть?
— Нет… — сказал он и засмеялся.
— Ладно, не буду курить, — я кинула сигарету в урну. — Согласна, это очень забавно, я как раз думала о совпадениях.
— Не знаю, совпадения или нет, но… но вы меня просто достали, Дарья…. — он шагнул вперед и навис надо мной.
— Я вас достала? Хотите сказать, что я вам надоела? Роман, да как вы смеете! — возмутилась я, ища пути к отступлению, но за спиной громадой возвышалась стена.
— Знаете, нет ядовитее сосудов для мужчины, чем эти женские глаза…
Его ладони обхватили мои плечи, я дернулась, но он не отпустил меня, а совсем наоборот.
— Вы опять говорите афоризмами… Вы всем женщинам такое говорите, Роман? — пробормотала я. — И отпустите меня сейчас же! Вы забываетесь!
— Да, забываюсь! И черт вас побери: отдайте мне самого себя!
С этими словами этот мерзавец наклонился ко мне и поцеловал в губы, вот так, посреди улицы, заполненной спешащим по делам народом. Хотя, признаться, улица не была столь уж сильно заполнена, да и я вдруг забыла о том, что стою на улице и почему-то ответила на его поцелуй. Это длилось долго или не очень, я не знала, но когда он отпустил меня, все так же моросил дождь, и мигал веселенький курсив «Гамбринус».
— Если я вас так достала, то отчего вы лезете ко мне целоваться? Что это значит? — задала я очень подходящий к ситуации вопрос и получила на него безмолвный, но практический и волнующий от макушки до пяток ответ.
— Роман, мы на улице… — напомнила ему я.
— Ах, да… забылся… вы же хотели покурить?
— Нет, уже не хочу. Хочу знать, что это значит…
— Разве непонятно? Я завяз с вами, это фол, ерунда, бред, но вы появились, как снег на голову! Вы меня забрали, затянули, не знаю, сам не знаю чем!
