Полина тут же скользнула к Станиславу, едва не касаясь бедром его ноги, и подставила свое ушко к его губам.
Не ясно, что он ей поведал, но, судя по ошарашенному выражению лица Полины, она явно ждала другого ответа. Стас же с чувством выполненного долга глубоко затянулся и пустил несколько колец дыма, наслаждаясь наступившей в тамбуре тишиной.
— Вы… и впрямь… честный человек, — собравшись с духом, выдавила из себя Полина. — Впрочем, мне нравятся такие, как вы.
— Это какие же, позвольте знать? — осведомился Стас.
— Откровенные солдафоны!
— О как! Надо же, такой эпитет ко мне применяли нечасто. Впрочем, да, соглашусь, он весьма близок к истине.
Станислав вновь потянулся к трубочке. Полина, чувствуя, что инициатива уходит из ее рук, предприняла очередную отчаянную попытку завладеть его вниманием.
— Но раз уж вы признались мне, что мое тело будоражит ваше воображение, так что вам мешает перейти от слов к делу? — призывно заулыбалась она.
— Никак нет-с, — пародируя старые фильмы, отозвался Стас. — Антисанитария-с, — махнул он рукой на тамбур. — А я, извините великодушно, брезглив, да и к процессу сему привык относиться с чувством, толком, расстановкой, а не тяп-ляп, привет мадам.
— Думаю, это будет не так сложно устроить, — прищурилась Полина. — А то, по правде говоря, мне здесь тоже не слишком уютно. Видите ли, любовь в подворотне также не мой стиль.
Станислав ничего не ответил, лишь пожал плечами, что можно было трактовать как угодно.
— И все же: неужели вы не подарите мне даже простого поцелуя? В знак нашей обоюдной симпатии, так сказать, — продолжила Полина.
Стас иронично прищурился:
— Куда целовать? В щечку или в лобик?
— Фи, глупенький! Разумеется, в губы!
С этими словами Полина прижалась к Станиславу, обхватила его руками и подставила лицо, оставив несколько растерявшемуся мужчине минимум свободы для маневра.
На смену растерянности пришла злость. Эта сучка хочет, чтобы ее поцеловали? Что ж, сейчас она дождется «горячего поцелуя»!
Стас провел тыльной стороной ладони по щеке Полины, а затем, схватив ее за волосы и запрокинув голову назад, впился в ее губы требовательно и жадно.
Полузадохнувшаяся Полина тем не менее горячо отвечала ему, постанывала, извивалась телом, и Станислав с некоторым неудовольствием понял, что его тело помимо воли хозяина отвечает на поцелуй, взбудоражено и жаждет разрядки, а перед глазами так и стоит та картинка получасовой давности: стройные ноги, юбчонка и неведомо куда девшиеся трусики. Стоит только руку протянуть — и вот она, сокровенная добыча, изнывающая от еле сдерживаемого возбуждения…
Что же получается, эта маленькая дрянь обыграла его! Она добилась того, к чему стремилась. А он остался в дураках: решил ее наказать, а в итоге сам остался без сладкого.
Станислав неожиданно оттолкнул Полину и, тяжело дыша, спросил ее:
— Значит, ты этого хотела?
Полина томно облизнула губы, призывно глядя на Стаса.
— Так вот заруби на своем прелестном носике: это было в первый и последний раз! Я не любитель дорожных интрижек, и уж тем более не потерплю, если какой-то вертихвостке взбредет в голову манипулировать мной. Уясни себе это хорошенько!
— Разве тебе не понравилось? — хрипло спросила Полина. — Впрочем, я, кажется, уже понимаю, какие игры тебе по душе. Любишь, когда тебе подчиняются, не так ли? Когда женщина распростерта перед тобой и совершенно беззащитна, и в твоей власти сделать ей больно или приятно! Да ты у нас, оказывается, садист, милый…
— Замолчи!
— А с какой это стати? — осведомилась Полина, и в ее взгляде зажегся прежний хищный огонек. — Я говорю то, что есть. И не моя вина, если правда тебе глаза колет. Ты хочешь меня и бесишься из-за этого, потому это идет вразрез с твоими высокими моральными принципами. Хотя, скажу откровенно, все твои принципы — миф! Ты — самый обыкновенный мужик со стандартными мужскими тараканами в голове. И похоже, этот факт тебя жутко расстраивает. Еще бы, такой удар по самолюбию! Ты не крутой супер-пупер боец, спецназовец или кем ты там еще себя мнишь, ты такой же примитивный мужик, как все! Только позволь полюбопытствовать: перед кем ты выпендриваешься? Передо мной? Смешно, я тебя в первые же пять минут знакомства раскусила. Или перед этой идиоткой Санькой? Надеешься, что она предложит тебе то же, что и я? Зря. Это не в ее стиле, не удивлюсь, если она в своей жизни, кроме миссионерской позы, ничего и не пробовала.
— Она по крайней мере ведет себя прилично и не вешается мне на шею в отличие от некоторых.
— А с каких это пор мы интересуемся примерными девочками? — всплеснула руками Полина. — Вот только мне лапшу на уши вешать не надо, лады? Не на ту напал! Это вы только на словах все из себя правильные, а стоит вам только бабу посмазливее увидеть, вмиг штаны трещать начинают!
— Слушай, доморощенный психолог, я тебя не просил ко мне в душу лезть и рыться там своими наманикюренными коготками! К тому же это ты за мной охотишься и что-то там из-под меня хочешь, а не наоборот, так что не вали с больной головы на здоровую!
— Было бы желание! — фыркнула Полина. — Да и не смеши ты меня, Христа ради! Стоит тут, праведным гневом пышет, а была бы хоть единая возможность, тут же в койку бы завалил, чтобы свою крутость продемонстрировать. Хочешь доказательств? Да на, подавись!
Прежде чем Стас сообразил, что собирается сделать Полина, та рванула юбку вверх, насмешливо глядя на то, как пунцовеет его лицо. Затем медленно — очень медленно — опустила подол обратно и, покачивая бедрами, вышла из тамбура, насвистывая сквозь зубы какой-то веселый мотивчик.
Станислав едва не взвыл от бессильной злобы. Столь глупо он себя уже давненько не чувствовал. Похоже, эта дрянь твердо уверена в том, что он еще до прибытия в Москву зажмет ее в укромном уголке, и даже мысли не допускает, что может быть иначе. Сплошные провокации самого грубого толка, в расчете на то, что он доверится низменным инстинктам. И он ведь почти повелся! Но черт побери, чего она добивается? Если ей так хочется секса, то почему она выбрала именно его? Только потому, что его поселили в их купе? Или это делается исключительно назло второй попутчице, Саше? А может быть, всему виной переизбыток алкоголя? Полина играет с огнем, и то ли не отдает себе в этом отчета, то ли, напротив, смела до безрассудности. Авантюристка и циничная тварь, вот она кто!
Стас выбил трубку, осторожно сложил ее обратно в кисет. Чистить будет завтра дома, сейчас не до того. Странно, не ожидал, что его так просто вывести из себя, но Полине это удалось просто виртуозно. И как же ему быть дальше? Может, от греха подальше попросить проводника отселить его в другое купе?..
