об этом думает. А я больше не хочу его расстраивать. Он рядом, живой и горячий. А я его хочу. Мне нравится его радовать и удовлетворять. Он никогда не обделял ласками мое тело, всегда жарко набрасывался и выбивал искры.
Поворачиваюсь к нему, сажусь и рассматриваю его спящее тело. Внизу порхают бабочки. Во рту собирается слюна и я нервно сглатываю, когда нежно провожу ладошкой вверх и вниз. Оголяется головка, большая, мощная, а мой кончик языка ее игриво ласкает. Дёргается, становится железным этот налитый член. Я меня между ног простреливает очередным спазмом желания.
Целую основание, яички, кончик языка вновь скользит по стволу вверх, а с губ слетает стон вожделения. Меня заводит этот процесс.
Боюсь что-то сделать не так, но я же только учусь. Нежно сосу член, стараюсь осторожно, но уверенно выбирать его в себя настолько позволяет мой опыт.
Его дыхание учащается, стоны становятся все громче, и я понимаю, что он уже не спит. Наблюдает за мной потемневшим взглядом, поощряя то, что я с ним делаю. Кайфует, а потом вдруг резко отстраняет мою голову. Я сперва недоуменно застываю, а затем понимаю, в чем дело. Перехватывает член своей рукой, пару раз интенсивно проводит по нему и обильно кончает на мою грудь.
– Я помню, что в прошлый раз тебе не понравился финиш, – улыбается кривой ухмылкой, которую я обожаю.
– Эй, ты все обучение испортил, Стрельцов! – смеюсь и наблюдаю, как по груди стекает его сперма. Меня это доводит до сумасшествия. Ехидно толкаю его на спину и ладошкой сжимаю пульсирующий член, вижу капельки спермы и слизываю их, а потом беру головку в рот и посасываю. Мне нужен зачёт. Причмокиваю и наблюдаю за его реакцией.
– Высосала до капли, моя девочка, – ухмыляется как довольный котяра. – У тебя вся жизнь впереди, чтоб играть с этой штукой в свое удовольствие, куда ты торопишься?
– Я всю жизнь старалась быть прилежной ученицей и идти до конца к победе, а ты мой первый полноценный раз едва не испортил, мужчина, – мурлычу и губами скольжу по его животу, не разрывая нашего зрительного контакта.
Виляю попой, его пальцы кладу себе на складочки и жду его ласк.
– Она соскучилась, – выдыхаю ему в рот и жадно целую.
– У нас нет презервативов, – говорит и внимательно смотрит мне в глаза.
– И ты сможешь без секса? – смеюсь и падаю на спину, бесстыже разводя ноги, а пальчиками лаская свой клитор.
– Почему же без секса сразу? У меня есть руки, язык и твоя дерзкая попка, – хмыкает, резко подавшись вперед и оказываясь между моих ног. Выглядывает оттуда, смотрит плотоядно, – а еще теперь мне всегда есть чем заткнуть твой вздорный ротик.
Мы выбрались из постели часа полтора спустя. Этот хохочущий Дьявол совсем меня измотал, оставив после себя сладкую негу во всем организме.
А спустя еще час приехал Беляев и ошарашил нас новостями.
– За твою голову выставлен ценник в миллион долларов. На тебя идет охота, Рус. И я не знаю, как тебя спасать.
Глава 34
Я сижу в кабинете приятеля и жду вердикта. Володя вышел, чтоб обсудить нюансы с начальством. Нужно инсценировать мою смерть. На это нужно получить много особых разрешений, гласных и негласных. А мне не остается ничего кроме ожидания. Ждать я очень и очень не люблю. Но Вова, когда был у нас, объяснил все подробно.
Если получится изобразить мою гибель, как уже получилось с моей девочкой, то нас обоих вывезут из страны, и мы начнем новую жизнь. С новыми документами, в новой стране, с чистого листа. Да, мне придется присмирить свое эго, придется привыкнуть к скромной жизни, и, как советует Вова, осесть и завести потомство.
Я скептично отношусь к идее, но сделаю все, что от меня потребуется, чтоб быть в безопасности со своей малышкой. Лиса заслуживает тишины и покоя. Я никогда не забуду ее метания во сне, когда она проснулась и просила себя не насиловать. Так же резко, как проснулась, уснула. А я еще долго не мог. Еще долго подавлял звериную агрессию и желание убивать. И я винил себя в том, что с ней случилось. Теперь я должен сделать все, чтоб это исправить.
– Стрельцов, следуйте за мной.
Я даже не слышал, как открылась дверь. Поднял голову, увидел парня в форме из отряда Белякова, поднялся на ноги.
– Куда?
– Добро дали. Выходим через черный ход, там ждет Беляков с дальнейшими инструкциями.
Киваю, следую за ним. Идем коридорами, выходим в задний двор, а затем меня резко оглушают, и я проваливаюсь в черноту.
Очнулся через какое-то время. Голова раскалывается, все жжет, тела не чувствую. Понимаю, что избит. Профессионально, сильно. Понимаю, что это был не человек Белякова, а я как салага, поверил, повелся и, по ходу, мне пиздец.
Пришли какие-то люди. Никаких лиц не узнаю, слабо различаю в принципе, как и не понимаю где я нахожусь. Выберусь. Без вариантов. Я обещал своей лисе.
– Итак, Стрельцов. У тебя есть два варианта развития событий. Хороший и плохой. Какой предпочитаешь?
– В каком я останусь жив?
– Ни в каком.
– Славно. Тогда какая разница?
– В хорошем твоя пизда не погибает.
Напряг все мышцы. Какого, блядь, хуя.
– Ну допустим хороший.
– Хороший мальчик.
У меня дергается скула. Ненавижу, когда со мной так разговаривают, ненавижу ультиматумы, и ненавижу чувствовать эту горечь во рту, когда понимаешь, что сам проебался. И в твоих бедах виноват ты сам.
– Сейчас придет человечек. Принесет документики. Все подпишешь. Твой автомобильный бизнес, доля в банке, особняк, квартира, все машины отходят нам. Тебя найдут мертвым, пизду увезут из города копы и пусть валит на все четыре стороны. Смотри, если ты не подписываешь, то ее найдут так же как сестричку. Только шалаву-сестричку мы просто кокнули, а с твоей поиграем перед смертью. Все уяснил?
– Если я не подпишу?
– То мы начнем с того, что поиграем с ней на твоих глазах. Мои люди есть везде, даже в окружении славного Белякова. Мы найдем норку, где лису прячут, привезем сюда и выебем всем отрядом у тебя на глазах. Когда мы с ней закончим, если будешь послушным мальчиком, разрешим тебе тоже ее трахнуть напоследок. А потом мы вас завалим.
– И не получите ни шиша.
