поздоровался.
— Привет. Как дела?
Моворт в испуге вытаращил глаза, узнав мой голос.
— Тишка?!
Едва слышно прохрипел старик.
— Ага.
Согласился я.
Старик не зря занимал свою должность и мгновенно сообразил, что на груди у него сидит очень недружелюбный герой.
— Если дёрнешься или закричишь, я выйду из фургона и убью всех твоих родных, а после сломаю тебе хребет и оставлю умирать.
Моё предупреждение дошло до старшины, по крайней мере он расслабился и перестал сопротивляться. Поняв, что никто убивать его прямо сейчас не собирается старик, вернул себе свою прежнию уверенность и успокоился.
— Чего ты хочешь?
Я ухмыльнулся, хотя в кромешной темноте мой оскал было и не видно.
— Денег конечно.
— У меня немного…
Начал было старик, я же молча положил ему шкуру на лицо и прижал её, подержав пока Моворт не стал колотить меня своими ручищами, ослабил нажим, дав ему вздохнуть.
— Сколько говоришь у тебя денег?
Старшина быстро понял правила игры и пережив ещё пару удушений раскололся, сдав свои нычки, через пять минут я стал обладателем здоровенного мешка медных монет и среднего, но тоже не маленького, мешка с серебром, и одного дуката, тщательно его обнюхав убедился, что это не та монета которую маг передал старику.
Ничего не спрашивая вернул шкуру ему на лицо, на этот раз сопротивление было более ожесточённым и если бы старик не лежал на добром десятке шкур, то скорее всего кто нибудь из родственников, спящих под фургоном мог услышать, как его пятки стучат о дно фургона. Он даже схватил меня за волосы пытаясь сбросить со своей груди, я же почти не ощущал его усилий. Выждав положенных две минуты освободил его, лицо старика было багровым, а судя по синющним губам он был в шаге от инфаркта.
Дождавшись, когда Моворт придёт в себя и начнёт соображать, наклонился к его уху и произнёс.
— Следующим будет твой внук.
На этом старик сломался и выдал мне тайник с ещё двумя золотыми.
— Твои года твоё богатство.
Выдав эту пошлятину, снова набросил шкуру на бородатое личико, но на этот раз держал до тех пор пока душа не покинула тело. Правда мне она не досталась и ушла в домен какого-то бога.
Я уже было хотел возвращаться обратно, как вдруг вспомнил о леденце, что я выдавил из Моворта, во время демонстрации своих умений.
"Уверен, что есть ещё".
Используя свой нюх, как ищейка стал метаться по фургону и в одном из мешков всё же нашёл десяток леденцов.
"Прости пиздюк, но мне нужнее".
Мысленно попросил я прощения у внука старика.
Никем не замеченный выбрался из фургона, покинул лагерь и пять минут спустя влез в окно номера мага.
Корсерер продолжал спать, а я успокоенный его сопением, убрал деньги в свой мешок, засунул леденец за щеку и улёгся на место.
Немного беспокоила мысль о том что объём денежной массы растёт и скоро его станет трудно скрывать в мешке.
***
Халифат.
Секретная лаборатория в пустыне.
Архимаг Энхюмаин абу Алькваталь, не любил когда его отвлекали от исследований, но ещё больше Алькваталь не любил приезда всевозможных проверок, обычно пользуясь своим авторитетом маг просто "забивал" на очередных проверяющих и даже не выходил встречать "высоких гостей", скидывая эту неприятную обязанность на своего заместителя, но этого гостя пришлось встречать лично и даже дружелюбно при этом улыбаться, так как от визиря Ваиза абу Тхабана второго человека в Халифате зависело будут ли выделены деньги и другие ресурсы на проекты архимага.
После долгих цветистых приветствий и пожеланий, которые архимаг на дух не переносил, предпочитая имперский стиль общения, перешли непосредственно к делу, ради которого визирь собственно и приехал.
— В отчёте вы писали об удачном завершении проекта "Дар Небес", причём обоих его направлений, хотелось бы ознакомиться более детально.
Энхюмаин мысленно поморщился, больше всего чародея раздражало, что ему одному из величайших магов Эридана приходилось отсчитываться перед простым человеком. Спрятав свои эмоции поглубже архимаг откашлялся и неспешно начал доклад.
— Как я уже докладывал ранее, мной при поддержке группы магов-учёных был разработан ряд эликсиров, полагаю о свойствах которых вам уже известно. Все препараты прошли испытания и признаны пригодными для использования.
Визирь довольно щурил глаза и благожелательно кивал словам мага.
— Также в своей докладной записке я упоминал, что партия препарата которую мы синтезировали на прошлой недели последняя.
Ваиз перестал благостно жмуриться и открыл глаза.
— В чем проблема, нужны ещё деньги? Другие ресурсы?
Резче чем хотел бы спросил визирь.
Архимаг покачал головой.
— К сожалению выкачивая эссенцию из "объекта" мы взяли слишком много и теперь придётся ждать несколько десятилетий, пока он восстановиться, в противном случае мы рискуем его потерять.
Визирь недовольно пожевал губы и распорядился.
— Весь препарат сдать, проект "Дар Небес" заморозить до полного восстановления "объекта".
Отступление вниз.
Под кабинетом архимага на километровой глубине в шарообразном зале густо исчерченным рунами, прямо на полу лежал бледный белокурый юноша лет семнадцати. Глаза его были закрыты, а лицо расслабленно и безмятежно, казалось, что он спит и совсем не опасен, а мягкие черты лица указывали, что это добрый и весёлый человек,
но на самом деле всё было ложью, существо, что притворялось юношей, не нуждалось во сне и было пожалуй самой опасной тварь на планете сравнимой с Азатотом и вообще не являлось человеком. Когда-то очень давно люди знали его как Наиченгеру, младшего Бога покровителя бродячих менестрелей.
Из за личного присутствия в тварном мире бог, по незыблемым законам мироздания, был воплощён в материальное тело, что и стало его ловушкой из которой он не мог выбраться уже почти два столетия в довершении всех бед обессиленный схваткой с золотыми героями Наиченгеру был вынужден бежать в пустыню, в итоге попал в расставленную на него ловушку где и был пленён тремя архимагами.
Визирь забрав препараты, не имеющие из за секретности даже названий и отправился обратно в столицу, операция "Немыслимое" разработанная им лично началась.
Почти весь путь Ваиз размышлял о препаратах без названий со скромными номерами от одного до шести.
Именно эти крошечные колбочки были основой грандиозного многолетнего плана визиря по развалу и поглощению Халифатом Империи.
От единицы до трёх пузырьки были наполнены голубой фосфоресцирующей жидкостью, причём первая колба была самая светлая, вторая на пару тонов темнее, а третья была уже больше синяя, чем голубая. Но самое интересное, это эффект, что давал этот препарат при приёме.
Первый номер вызывал постепенный подъем выработки энергии души и если принявший его был героем, то это
