Щека у него была нездорово красной, но вместо марлевой нашлепки заклеена тонкой полоской пластыря.
Анфиса сердилась — издали было видно, как сердится, — а молодчик что-то очень активно ей втолковывал.
— Опять приперся, — сказала ей на ухо Лида, зачем-то переставлявшая флаконы в шкафчике с шампунями, — видно, клюнул на скромницу нашу!..
Наталья дернула плечом и секунду соображала, подойти к ним или нет. Подходить было незачем. Не подходить значило пропустить что-то интересное.
И она подошла.
— Привет.
Анфиса оглянулась, полыхнула сердитыми глазами и вдруг схватила Наталью за руку.
— Ну вот, вот, — заговорила она. — Вот и Наталья вам скажет, какие это глупости все!
— Что такое? Какие глупости?
— Здрасти, — сказал Наталье молодчик. — Меня Илья зовут. Решетников Илья. А вас?
Наталья вдруг смутилась. Редко кто спрашивал, как ее зовут.
— Наталья меня зовут. Наталья Завьялова. А что случилось?
— А я это… — сказал Решетников Илья, — на прием вчера… Вот она мне карточку дала, этого, как его…
— Соломона Израилевича нашего, — подсказала Анфиса раздраженно и ткнула пальцем в монументальный пиджак, словно хотела его просверлить. — Вчера он упал, — пояснила она, будто Наталья не знала или забыла, — как вы сказали?.. А, да. Мордой в забор. А сегодня у него грандиозная идея на почве падения созрела!
— Какая идея? — спросила Наталья. На самом деле происходило что-то интересное.
— Да ладно, девушка, ну что вы шумите?
— Я не шумлю. — Анфиса начала все сначала. — Вчера он упал мордой в забор, и я ему дала телефон нашего Соломона Израилевича. Он вчера же к нему побежал, правильно я понимаю?
— Ну да, — согласился Илья Решетников и неприязненно потянул из рукава пиджака манжету, словно она ему мешала. — Я к нему пошел, а то, думаю, правда в другой раз меня кто-нибудь… того… уконтрапупит!
— Что сделает?!
— Уконтрапупит. А что?
Анфиса посмотрела на Наталью, ища у нее поддержки, и Лида перестала переставлять флаконы в шкафчике.
— Ничего. Дальше что? Зачем вы сегодня пришли?! Вы рассказывайте, выкладывайте, вот Наталье расскажите!..
— Так этот ваш Израилевич анализы сделал. Кровь там взял и…
— И, видимо, мочу, любезно продолжала Анфиса. — Вы хотите посвятить нас в ваш анализ мочи?
Тут Илья Решетников смутился почти до слез.
— Да не, не то я хотел!.. Просто… можно мне с вами поговорить?
— Да вы уже говорите!
— Так проблемы у меня! Иди, может, этого… кофе? Вот тут рядом…
— Господи, какой еще кофе?! У нас рабочий день начинается!
— Уже давно начался, — заявила Лида, и все трое уставились на нее. Она прошла, покачивая бедрами, как роковая соблазнительница из немецкой кинокартины времен вермахта, и зачем-то пощупала кожистый лист фикуса, который только вчера протирала Нина.
— А и правда, — вдруг нашлась Наталья, — пойдемте на кухню, кофе попьем! У меня булка есть! А то я утром даже и не позавтракала!
Илья Решетников при упоминании о булке очень оживился и выразил немедленную готовность идти на кухню и пить кофе.
Анфиса пожала плечами. Лида громко фыркнула.
— Пошли, пошли. Туда, молодой человек! Вот, в белую дверцу. Проходите!
Он пошел вперед, и в коридоре Анфиса зашипела на ухо Наталье:
— Ты что? С ума сошла?! Зачем он нам там нужен?!
— Да лучше там, чем у Лидочки под носом шептаться!
— А если Варвара Алексеевна придет?
— Она сегодня с утра в Москомимуществе!
Илья Решетников взялся за ручку двери, на которой была нарисована рюмка и куриная нога, и обернулся вопросительно.
— Сюда, сюда, — заторопилась Наталья, — проходите.
Он «прошел», оглянулся и сел на вчерашнее место, под полку.
— Берегите голову, — пробурчала Анфиса. — Она вам еще понадобится.
Наталья выбежала на минутку и вернулась уже в халате — как будто посвежевшая, — и захлопотала над чайником.
Анфиса присела напротив Ильи и уставилась на него, не мигая. Он все пытался выпростать манжету из рукава пиджака, но остановился и спросил:
— Что?
— Ничего.
— Нет, что вы на меня так смотрите?
— Я жду, когда вы расскажете о том, что с вами и с вашей мочой сделал Соломон Израилевич.
И тут он поведал им совершенно дикую историю о том, что великий и могучий Соломон Израилевич нашел у него симптомы отравления пестицидами — потому и в глазах темнеет, потому и обмороки. Короче, теперь он не знает, что ему дальше делать.
Анфиса посмотрела на Наталью, а та посмотрела на Илью Решетникова.
— Ну? — спросил Решетников. — Чего теперь делать?
— Вы у нас спрашиваете?
Он удивился:
— А у кого?
— Нет, я не понимаю. Ну, отравление у вас, и что? Мы-то при чем? Пусть доктор назначит вам медикаментозное лечение, а мы, если сможем, достанем вам препараты. Вы нам позвоните, и мы для вас…
— Да при чем здесь препараты, девушка!
— Меня зовут Анфиса!
— Анфиса. Дело-то в том, что этот ваш… лечила… доктор то есть, он сказал, что обмороки эти от того, что я… что я их постоянно потребляю, пестициды эти, понимаете, девушка?
— Анфиса.
— Ну да! Так чего делать-то? Вы мне этого… вашего… подсунули, а теперь чего?
— Да никого она вам не подсовывала, — вступила Наталья, — она вам помочь хотела, а вы что?..
— А я что? — он пожал необъятными плечами. — Я хочу, чтобы вы мне еще раз… помогли.
Анфиса пригубила кофе, обожглась и подула в кружку. Наталья подумала и тоже подула в свою.
— А вы уверены, что солите вашу яичницу именно солью, а не удобрением для цветов?
— Да что я, ненормальный, что ли?!
В его нормальности были кое-какие сомнения, но посвящать в них Решетникова явно не стоило.
— Тогда откуда пестициды?
— Так и я тоже вот думаю — откуда?! Это кто-то… того…
— Чего?
— Решил меня на тот свет проводить.
— Наймите частного детектива.
— Не, не пойдет. Куда я дену его, детектива этого?! И чего он сможет?! Прослушку на офисные телефоны поставить?! Да она у нас и так есть, потому что у фирмы своя охрана имеется! А еще чего?! Придет на работу и у всех станет спрашивать — не хотите ли вы шефа отравить?!
— Я не знаю, как работают частные детективы. Скорее всего, не так топорно.
— Да не надо мне детективов! Мне надо, чтобы кто-нибудь по-тихому выяснил, кто эта падла, которая… Ой, извиняюсь я!..
— Ничего, — великодушно сказала развеселившаяся Анфиса. — Мы вас прощаем. И я не понимаю, зачем вы в аптеку пришли. Вам нужны какие-то… лекарства?
— Да не в аптеку я пришел! — энергично возразил он. — Я к вам пришел! Я хочу, чтобы вы мне… еще помогли.
— Как мы можем вам помочь, Илья — как вас по отчеству?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
