- Я не понимаю... Лев выгнал нас с Венькой. Выгнал, понимаете? Он никогда его не любил, никогда не считал своим братом. Зачем ему добиваться опеки над ним? Артем? — Алена беспомощно уставилась на Орлова в надежде, что тот понимает чуть больше ее. Потому что, видит бог, сама она с каждым словом адвоката понимала все меньше.
- Видите ли, Алена, не все в этой жизни действуют по велению сердца, — заметил Милов. - Я предполагаю, что изначально действия Льва Давидовича были продиктованы эмоциями. Именно поэтому он вас и выгнал. Но потом, проконсультировавшись у юристов, понял, какую ошибку совершил. И решил отыграть назад.
- Я все равно не понимаю... - сама того не замечая, Алена стала медленно покачиваться взад-вперед. - Почему ошибку-то?
- Потому что Вениамину в любом случае положено наследство. Доля в недвижимости и в бизнесе. Собственно, как и вам. Но с этим сложнее...
- Постойте, давайтё сосредоточимся на Вене. Мое наследство — дело третье. Я сейчас о другом.
- Хорошо. Как вам будет угодно.
Ника на руках Орлова захныкала. Алена растерла лицо.
- Так зачем Льву опека над Вениамином? - чуть не плача, спросила она и вновь перевела взгляд с Орлова на Милова и обратно.
- Затем, что ему нужен контроль над долей Вениамина. По крайней мере, до тех пор, пока тот не достигнет совершеннолетия, — нахмурился Орлов.
- Так ему нужны деньги? И все? Просто... долбаные деньги? — в последний момент голос Алены сорвался. Она действительно не могла понять, как такое возможно. Как человек может быть настолько бесчувственным и расчётливым? Как? Истерика подбиралась вплотную. Алена чувствовала ее отголоски прокатывающейся по горлу вибрацией.
- И что вы предлагаете? У нас есть какой-нибудь план?
- Подать заявление в органы опеки раньше, чем это сделает Лев Давидович.
- Опеку отдадут тому, кто подаст документы первым?
- Нет. Но мы выиграем некоторое время на то, чтобы выстроить линию защиты.
- Наш пакет документов уже почти готов. Ждем только справку об отсутствии судимости, — оживилась Алена.
- Это хорошо.
- Постойте. Вы сказали, что Алена тоже может претендовать на наследство. Что имелось в виду? — опять вмешался Орлов.
- Именно то, что я уже озвучил.
- Нет-нет. Это какая-то ошибка. Ведь мы поженились на Мальдивах...
Сама Алена долгое время свято верила, что эта церемония была самой настоящей свадьбой. Пока Давид не объяснил ей обратное.
- Не имеет значения, где была проведена церемония, если она была официальной. Кстати, я уже направил соответствующий запрос.
Алена кивнула, как если бы все поняла. А на деле события развивались так стремительно, что она просто за ними не поспевала.
- Спасибо, - шепнула зачем-то.
- Пока меня не за что благодарить.
- Какие у Алены шансы? - нахмурился Артем сильней обычного.
- Пока не слишком высокие. Как вы понимаете, Лев Давидович — единственный кровный родственник Вениамина, к тому же он человек состоятельный и семейный.
- Алена всхлипнула. Закусила пальцы, ссутулила плечи... Её слегка колотило.
Сергей Константинович поспешил заверить:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Но я уверен, что мы найдем выход. Есть у меня пара идей. Вы не волнуйтесь.
- Как мы можем вам доверять?
Алена скрестила руки на груди и с силой сжала предплечья. Если бы ей не было так ужасно плохо, она бы расцеловала Орлова за все те умные вопросы, что он задал адвокату. Сама она растерялась так сильно, что ни за что бы не смогла их сформулировать. А он... он будто мысли ее читал.
- В нашем деле репутация - не пустой звук, Алена Витальевна. Я не стал бы ей рисковать. К тому же зачем бы я стал вас предупреждать о планах Льва Давидовича?
Хороший ответ. И вопрос хороший. Алена не нашла, что на это сказать.
- Вам нужно подписать кое-какие документы. Доверенность, чтобы я мог действовать от вашего имени, и так далее. Насколько мне известно, вы можете это сделать?
Алена вскинула голову и уставилась на адвоката чуть более пристально.
- Да. Я могу.
- А я все же хотел бы уточнить по поводу наследования. Алена действительно может претендовать на наследство, если окажется, что брак законен?
- Именно так.
- Вне зависимости от того, что ее имя не упоминается в завещании?
- Да. Семейный кодекс защищает детей и других нетрудоспособных членов семьи.
- Нетрудоспособных?
- Это все неважно. Для меня главное - защитить Веника. А больше... Больше мне ничего не нужно. — поспешила сменить тему Алена, которой меньше всего хотелось обсуждать вопросы своей нетрудоспособности. В свое время дедушка по каким-то своим каналам сумел выбить ей инвалидность. Он считал это достижением, подспорьем на будущее, а Алена - своим позором.
- Я сделаю для этого все. Можете не сомневаться. Запишите мой номер, и звоните, если вам что-то от меня понадобится. И, да... Пакет документов, который вы собирали... Я хотел бы убедиться, что там все сделано, как надо.
- У нас и до вас был хороший юрист.
- Да. Но теперь я занимаюсь этим делом? Или нет?
- Нам нужно все обдумать, - вместо Алены ответил Орлов.
- Наберите меня, как что-то решите.
Алена кивнула. И это был максимум того, на что ее хватило. Она даже не вышла проводить адвоката, хотя это было невежливо. Когда Артем вернулся в кабинет, она сидела, уставившись в одну точку.
- Я не могу его потерять... - шепнула она, облизав губы, по которым катились слезы.
- Может быть, мне стоит уехать за границу. У меня есть доверенность... Она еще действительна.
- Не выдумывай. Мы как-нибудь выкрутимся.
- Мы? Разве есть какое-то «мы»?
- Послушай, за кого ты меня принимаешь? Я не брошу вас с Венькой в беде!
- Извини, я сама не своя...
В дверь позвонили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- А это еще кто?
- Может. Милов чего забыл? - Алена вытерла потекший нос ладонью. И во второй раз за день поплелась за Орловым к двери.
- Кто там?
- Роза Эммануиловна! А вы кого ждете?!
