Александр прошел еще немного и остановился перед огненной стеной.
– Ахарунг! – крикнул он. – Где ты!
– Я ждал тебя, воин! – послышалось в ответ.
– Кончай фокусы! – крикнул Александр, всматриваясь в огонь. – Тоже мне, Гудвин, великий и ужасный. Где ты там! Покажись! Что ты знаешь про меня?
– Иди в огонь!
– Ты шутишь!
– Иди! Иначе ты не тот, кого я ждал!
Александр сделал шаг вперед. Жар опалил лицо.
Ладонь невольно прикрыла глаза.
– Я не сумасшедший!
– Иди! – вновь прозвучал голос.
– А нельзя так побеседовать? На расстоянии?
– Нет.
– Как знаешь, – Александр повернулся и пошел к выходу.
– Ты боишься собственного пламени, что горит внутри тебя, – прозвучало вслед. – Ты не тот, кого я ждал.
Александр криво улыбнулся, прошел еще с десяток шагов, резко развернулся, разбежался и прыгнул в огонь.
* * *
Золото переливалось отблесками подземного огня, оставшегося позади. Он не почувствовал жара, пройдя через пламя. Только словно что-то взорвалось и расплавилось внутри, растеклось по венам и остыло, затаилось скрытой силой.
Зеленые, фиолетовые, радужные камни светились сами по себе, мерцая таинственной глубиной. Свод пещеры терялся далеко вверху. Там тоже мерцали камни, словно звезды на ночном небе. Александр сделал несколько шагов и остановился. Куда идти дальше?
– Ахарунг! – позвал он.
– Неплохо, неплохо, – послышался рядом звонкий голос.
Александр резко обернулся.
Темный силуэт обозначился среди мерцания огней. Он медленно приближался. Шагов не было слышно. Фигура черным призраком выплывала из сумрака пещеры. Приблизилась. Лицо скрыто капюшоном. Вся фигура закрыта длинным плащом. Каков цвет плаща? Трудно сказать. Переливается тусклыми красками. Все цвета радуги здесь, но в основном красный и фиолетовый. Медленно руку поднял приблизившийся и скинул капюшон с головы. Женщина! Лицо белое, глаза белые и волосы, словно серебро, по плечам рассыпались. Из глаз холодные лучи брызнули. Улыбнулась.
– Нравлюсь я тебе? – спросила.
– Кто ты? – вместо ответа спросил Александр.
– Не может же царь подземелья предстать перед смертным в истинном облике. В камень превратишься, – усмехнулась женщина.
– Я уже окаменел, – улыбнулся Александр. – От твоего облика.
– Шутник ты, однако, воин. С Гудвином меня сравнил, великим и ужасным. Но я не в обиде. Весело по жизни идешь. Смело. В Мир мертвых без колебаний вошел. Другие реальности спокойно воспринимаешь. В пламя ринулся. Со мной разговариваешь, как с равным. Неплохо. Много сделать сможешь. Если успеешь.
– Я уже сделал немало. Лучше скажи, как нам назад вернуться?
– Не все сразу, воин. Присядь на камешек. Поговорим.
Александр присел на огромный золотой самородок. Ахарунг в облике женщины устроился рядом на кристалле горного хрусталя. Расправил складки плаща ладонью в черной перчатке и в упор взглянул на Александра.
– Угораздило же тебя, – произнес он по-простому.
– Да уж, – согласился Александр.
– Я не про то, что ты попал в прошлое. Я про путь твой говорю. А путь твой весьма трудный.
– Не пугай.
– Я не пугаю. Говорю как есть. Сильному ноша по его силе. Сильнейшему – самая большая. В этом мире ничто не происходит случайно. Таким его сотворил Создатель. Сотворил и удалился создавать другие миры.
– Это ты к чему? – нахмурив брови, спросил Александр.
– Да к тому, что судьбу мира нам теперь решать. А точнее – тебе. Все на тебе сошлось. Как сделаешь, так и будет.
– Не понял. Как это – мне решать судьбу мира?
– Так вот. Нет единой власти над миром. Тысячи лет переплетались тонкие нити событий в невидимую ткань. Но разорвалось полотно, и наступает день гибели всего.
– Короче! – прервал Александр Ахарунга. – Я не философ. Мне это все непонятно. Что я должен сделать?
– Ты мне все больше нравишься! – воскликнул Ахарунг, одарив Александра обворожительной улыбкой. – Будь моя воля, я бы оставил тебя здесь надолго. Но не могу.
– Послушай, хоть ты и в облике женщины, но я-то знаю, кто ты на самом деле. Должен тебя разочаровать. У меня нормальная ориентация, – ухмыльнулся Александр.
– Шутить изволишь, противный, – расхохотался Ахарунг. Женское лицо на долю секунды преобразилось, изменив очертания. Но только на долю секунды. – Ладно. Короче так короче. Ты должен спасти Источник Жизни.
– Источник Жизни? Какой еще источник? Почему должен? Кому это я задолжал? – Александр удивленно поднял брови.
– Попробую объяснить. Но ты готов понять?
– Постараюсь.
– Тогда слушай. Тебя перенесли в прошлое Маги-Хранители Источника Жизни, а вернее будет сказать – Дерева Жизни. Его посадил сам Создатель, прежде чем удалиться от мира. Это Дерево дает жизнь всему живому на земле. В давние времена Дерево охраняли Воины Жизни – лучшие из всех воинов на земле. Над воинами главенствовали Маги-Хранители. Так продолжалось тысячи лет. Но однажды произошло нечто такое, что изменило ход событий. Был там, среди магов, один не дружный с головой. Чокнутый. Я так считаю. Точно не помню, как звали его – Зуглус или Углус. Не помню. Давно это было. Сам понимаешь, не упомнишь всего. В те времена еще по земле только дикие звери бегали, а люди вместе с магами жили. И непонятно было, кто маг, а кто человек. Это потом уже разделение пошло. Позже. О чем это я? – Ахарунг нахмурил брови и вопросительно посмотрел на Александра. – При чем здесь дикие звери? О чем я тебе раньше говорил?
– О сумасшедшем, – напомнил Александр.
– Точно! О Зуглусе! – закивал головой Ахарунг. – Так вот, этот Зуглус предсказал нападение на Хаккадор великой темной силы. Дескать, народ бесчисленный из Земли Вечной Ночи выйдет. Видение ему было. Откуда он взял этот народ-то? Как я говорил уже, в то время одни дикие звери бегали по земле. Люди вместе с магами на Реке Времени жили. Бывали, правда, стычки. Появлялись отдельные отморозки. Особенно запомнился мне некто Зин-До и его братва. Тысяч тридцать было у него братвы. Дерево Жизни пытались захватить. Долго этот Зин-До жизнь Хранителям портил. Но потом его свои же отморозки и убили. Говорят, из-за женщины подрались. Женщина, она причина всего. Уж я-то знаю. О чем это я? Что я тебе говорил раньше?
– О глюках сумасшедшего, – снова напомнил Александр.
– Точно! Это ты верно заметил. Глюки у него были реальные. Так вот, он об этих своих видениях рассказал Хранителю Хаккадора, а тот, вместо того чтобы послать его подальше, сильно озаботился. Совет собрал и с серьезным выражением лица все как есть доложил. Где-то я слышал фразу, что все глупости делаются с серьезным выражением лица. Кто это сказал? Ты не помнишь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
