за выполненную работу. И вот уже прошло три дня, а от Чена нет никаких известий. И денег-то тоже нет. Самое забавное в этой ситуации, что и связи с Верзилой нет. Никакой. Добраться до «Дырявой горы» можно только на машине, до ближайшего населенного пункта ехать миль сорок. Мобильной связи в такой тмутаракани, естественно, тоже нет. Если Верзила не поубивал еще своих пленников, то это просто будет счастьем. Выкурив очередную сигарету, Штольц добил-таки бутылку рома, и задремал.
…Проснулся он от того, что его отчаянно и сильно трясли за плечи. «Видимо, это Чен!» – подумал Штольц, соскакивая с кровати, не узнавая в этом седовласом китайце хромоногого студента. Только голос, голос остался прежним.
– Это так ты выполняешь мое поручение? Пропиваешь деньги, которые я тебе перевел? – Китаец держал сонного Штольца за грудки.
– Я здесь сижу третьи сутки, боюсь отойти от телефона. – Хельмут жестко оттолкнул китайца от себя. – И вообще, что ты с собой сделал? И ты ли это вообще…
Хельмут попятился к окну. Голос знакомый, но лицо… Хромоногий русский стал китайцем! Стоящий перед ним человек с узкими глазами, желтоватым цветом кожи, определенно, не имел ничего общего с его старым знакомым.
– Да я это, я, – Чен немного успокоился и даже улыбнулся, – неужели совсем непохож?
– Не похож. Если бы не голос, я бы ни за что не поверил, что мы когда-то были неплохо знакомы. Что же такого с тобой случилось, что ты так изменился?
– Военная тайна. Зачем тебе лишняя информация по моей скромной персоне? Лучше скажи, где Клара и Гюнтер?
– Очень надеюсь, что у «Дырявой горы». Я обещал Верзиле забрать их в пятницу, а сегодня понедельник. Связи нет никакой. Чем они там занимаются – живы или нет, сыты или с голоду опухли, я не знаю. Ты почему пропал на несколько дней?
– Заметал следы… Тебя прикрывал. Вот, новый паспорт тебе сделал. Ты теперь гражданин Бразилии.
– Я…
Хельмут посмотрел на Чена, как на лох-несское чудовище, только что вылезшее из глубины озера. Пожалуй, увидев чудище, он бы не так сильно удивился.
– А зачем мне паспорт?
– А затем, что ты объявлен в розыск. Интерпол, он и в Китае, Интерпол. В убийстве Кацебовского, которого я, кстати, не просил убивать, тебя подозревают. Не знаешь, кто это мог тебя за таким неблаговидным занятием, как убийство антиквара, застукать?
Штольц задумался. Слабый лучик надежды на то, что убийство Кацебовского могло сойти ему с рук, погас.
– Значит, я теперь преступник международного масштаба, – Штольц пристальным взглядом посмотрел в глаза Чену, – спасибо, это льстит моему самолюбию. А ты, значит, мой подельник. Хорошо же нас с тобой научили в Англии бизнес делать…
– Не знаю, как тебя, а вот меня хорошо научили, – парировал Чен, – в России у меня было все: деньги, власть, неограниченные возможности. Только все это быстро надоедает. Утомляет. Есть, помимо этого, еще и другие интересы.
– Конечно. Женщины, например. Самые красивые женщины планеты. Я всегда мечтал пригласить в ресторан Анжелину Джоли. Или ты… играешь в другой команде? Ну, в смысле, тебе больше нравится Бред Питт?
– Это хорошо, Хел, что ты не потерял еще чувство юмора и даже пытаешься шутить. Но нам пора. Пошли искать надежную машину и закупать продукты, пока из наших пленников твой Верзила не сделал шашлык.
Когда Гюнтер увидел просвет впереди и понял, что им удалось выбраться из каменного лабиринта, он и подумать не мог, что из одной ловушки они с Кларой попали в другую. Узкий лаз, по которому они так долго ползли, вывел их на самую верхушку «Дырявой горы», где была небольшая площадка диаметром метра в два. Вид с вершины горы был удивительный, только его очень портил силуэт автомобиля и копошащихся рядом с ним бандитов. Поэтому Гюнтер побоялся встать во весь рост, иначе его могли бы заметить. Оглядевшись, Гюнтер понял, что спуститься с горы незамеченными им не удастся. Это возможно сделать только в темное время, но в темноте лазить по горам опасно, тем более, по таким крутым, с торчащими отовсюду острыми выступами.
Через пару минут из лаза выползла Клара, совершенно измученная и грязная. В руке у нее был зажат небольшой кусок черенка от лопаты, которым она гордо потрясла перед лицом Гюнтера.
– Как думаешь, сгодится для самообороны? – спросила она, едва переведя дух.
– Еще как! Только с кем бороться собираешься? Пока нас никто не ищет. Вон, видишь, внизу у машины все наши мучители.
– Вижу. Между прочим, собираются обедать.
Верзила доставал из багажника пакеты с покупками, а двое остальных суетились рядом: расстелили бумажную скатерть, достали одноразовые стаканы и тарелки. Клара почувствовала острый приступ голода.
– Я тоже чего-нибудь съела бы. Ой, как же есть хочется!
– Ты лучше отвернись, не смотри на это пиршество. Считай, что у тебя строгая диета. Тебе, кстати, на пользу пойдет голодание.
– Ты думаешь? – вполне серьезно спросила Клара.
Гюнтер также серьезно кивнул в ответ. «Удивительно, – подумал он, – Клара так заботиться о своей внешности, что даже готова забыть об опасности. Смертельной опасности, которая нам угрожает».
Все время, пока они лезли по грязному холодному лазу, он думал о том, что
