На последней фразе, его сердцебиение учащается точно также как и моё: он в ожидании ответа, а я от осознания того, что не хочу его отпускать…
Я заслужила счастья, точно также как и он…
— Ну так что? Дашь нам шанс Светлана Николаевна?
— Я согласна Олег, не могу и не хочу больше без тебя…
С облегчением выдохнув, напряженное тело Олега расслабляется и мы не заметив времени на часах за разговорами — встречаем рассвет…
Наш первый рассвет…
Глава 28 Астахов
— Здесь даже говорить не о чем, подключай Семеновского, он их под асфальт закатает, — отзывается Лёха, продолжая спокойно курить. — В чём проблема не пойму?
Последние несколько дней после выписки Светы, друг то и делал, что изводил меня разговорами о случившихся событиях…
Пришлось с ним поделиться, так как он мне всю плешь проел, интересуясь, с какого перепугу мне вдруг понадобилось временное пристанище, имея в распоряжении собственное жилье. Теперь даже жалел об этом, потому что ездил Лёха по ушам — знатно…
— Лёх, нет никаких проблем, любишь ты гнать вперёд паровоза…
— Да какой на хрен вперёд паровоза? Бабка явилась уже заявлением тебе перед носом помахала! Давить их к чертям надо, давить Олег! — не унимается друг.
— Семеновский местный, тогда уж из Москвы нужно специалиста подтягивать…
— Ну бля проблема что ли, давай Ишутина…
— Ишутина значит Ишутина, позвоню после обеда, только не вскрывай мне мозг Лёх и без того тошно…
— Чё, всё так плохо? — хмыкает он. — Поговорили же вроде…
— Поговорить то мы поговорили Лёх… Не в этом дело понимаешь…
— Бля Астах, давай выкладывай, одна голова хорошо, две — лучше…
— Да, мы поговорили, всё выяснили, только вот какое дело… Они же сука теперь будут давить на неё через мальца… Как подумаю об этом, аж руки свербят, и чё я его прямо там не пришиб…
— Пришиб бы — сел, не гони пургу Олег, такие вопросы не так решаются… Главное заручился согласием, действуй теперь спокойно и не обязательно Свете твоей о всех тонкостях докладывать…
— Короче, смысл сейчас гадать, будем решать проблемы по мере их поступления, а теперь поехали что-нибудь перекусим, после обеда отзвонюсь Ишутину и в больницу махну, надо его дожимать «тёпленького»…
— Съездить может быть с тобой?
— Да не Лёх, я сам смотаюсь, не парься…
Через два часа, я шёл размеренным шагом по длинному коридору городской больницы. Теперь, после разговора с адвокатом, в голове практически сложилась вся картинка как грамотно давить на Калинина.
Дойдя до нужной мне палаты, не стучась, распахнул дверь и вошёл в помещение.
— День добрый, — громко поздоровался, привлекая к себе внимание.
Палата была рассчитана на четырёх человек, у двух пациентов сидели посетители, один пациент мирно спал, а вот Калинин бодрствовал и увидев меня буквально сразу же поменялся в лице.
— Ты совсем охренел, сюда заявляться? — ощетинился, уйдя оборону.
— Мать твоя приходила, передала что соскучился, вот и решил зайти проведать…
— Да пошёл ты! Вали отсюда на хрен!
— Серёг, прекращай уже этот детский сад, давай разговаривать как взрослые люди…
— Если ты рассчитываешь, что заболтаешь меня и я передумаю писать заявление, ты ошибаешься Астахов! Да, да, мне уже всё о тебе известно…
— Всё, это что интересно? — его жалкие попытки запугать меня, начинали откровенно веселить. Что этот человек мог мне противопоставить?!
— Всё что нужно! Учти блять, у меня тоже знаешь ли есть хорошие связи, так что готовься к суду! И от жены моей держись подальше!!!
— Единственное, от кого ей действительно нужно держаться подальше, это от тебя мудила… Ты хоть видел, что ты с ней сделал?
— Тебя это не должно волновать, жена моя и семья моя — сами разберёмся!
— Это всего лишь формальности…
— Формальности не формальности — не твоё собачье дело! Я всё сказал, вали теперь!
— По-хорошему значит не хочешь договариваться… Понятно… А я ведь не с тем сюда ехал… Ой не с тем… Слушай тогда сюда Калинин, раз уж ты высказался, выскажусь теперь я…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да пошёл ты…
— Здесь, — кидаю ему на прикроватную тумбочку небольшой конверт. — Медицинское заключение Светы, которое будет приобщено к встречному заявлению…
— Какое встречное заявление, о чём ты блять вообще говоришь?!
— Изнасилование Калинин, то бишь половое сношение с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей — наказывается лишением свободы сроком от трёх до шести лет чтоб ты понимал…
— Какое к чёрту изнасилование?! У меня есть свидетели — Света добровольно села ко мне в машину и она моя жена твою мать! Жена! — рассвирепел, повышая голос. — А ты какой-то хер с горы, который позарился на чужую жену и лезет в нашу семью!
— А жену по-твоему насиловать можно?
— Она никогда не пойдет позориться с этим в суд! Если не ради меня и нашего брака, то хотя бы ради сына!
— Вовремя ты о сыне вспомнил… Вообще да, я бы на твоём месте переживал больше за то, как Артём начнёт к тебе относиться, когда узнает каким образом ты обошёлся с его матерю… — лицо Калинина побледнело, выдав его с потрохами.
— Ты и к сыну моему значит подобрался? Думаешь всё просчитал?
— Калинин, я тебе не Света, чтобы слушать неиссякаемый бред, который ты несёшь и отмалчиваться в сторонке! Поэтому уясни одну простую вещь: с этого момента, я буду делать всё, чтобы уничтожить тебя, ясно?
— Да кто ты такой вообще?! Кем ты себя возомнил?!
— Я тот, кто обеспечит составление встречного заявления, более того, будет написано ещё одно заявление или ты думал обул её на бабки и вышел сухим из воды? Вынужден тебя огорчить, но в этом вопросе ты просчитался… Да я тебя по миру пущу сука! С работой уже можешь попрощаться, у меня там тоже есть завязки и стоит только мне их дёрнуть, как ты вылетишь с этой строительной фирмы как пробка из бутылки!
— Да пошёл ты!
— Я тебе блять щас пойду! Рот бы закрыл, пока я тебя прямо здесь не покалечил больше того, что уже есть! Связи говоришь?! Ну в этом вшивом городишко может быть кого-то ты и растормошишь, но не забывай, что я из Москвы, а там я человек не последний, поэтому готовься к тому, что тебя очень скоро жёстко поимеют и без вазелина…
Дальнейший наш разговор прервала бабка, которая увидев меня с порога начала скандалить. Все попытки как-то выйти на диалог были напрасны, она абсолютно не желала меня слушать. И как блять спрашивается, Света прожила столько лет с этими персонажами и осталась нормальной, а не поехавшей как эта парочка?
— В общем советую обзавестись хорошим адвокатом, а вы бы Ольга Васильевна, вместо того, чтобы подливать масла в огонь, лучше бы задумались над тем, как поступаете с внуком и как вы будите выглядеть в его глазах…
***
Направляясь позже в аэропорт на вылет в Москву, где у меня была запланирована рабочая встреча, внезапно позвонила Света.
— Привет Света, нет не отвлекаешь, что-то случилось? — спросил уловив в первые же секунды тревожные нотки в голосе.
— Олег, у Тёмы с ночи температура, не могла сбить, думала обычная простуда, но нутром чувствую, что что-то не так…
— Офигеть, ну а сейчас какая температура?
— Почти тридцать восемь, он вялый и весь горит, наверное опять поползла вверх…
— Врача не вызывала? Может быть скорую?
— Вызвала скорую, вот сейчас собираются осматривать…
— Так, я понял — сейчас приеду…
— Олег, мы скорее всего в Детскую городскую поедем, приезжай пожалуйста сразу туда…
— Хорошо, я совсем рядом, буду даже раньше вас…
— Спасибо большое…
— Света, ты давай раньше времени не расстраивайся, все будет хорошо, слышишь?
— Слышу, — всхлипнула. — Всё, мы собираться…
Добравшись до Детской городской больницы, сразу же направился в Приёмное отделение, куда минут через пятнадцать привезли и Артёма со Светой.
