«С моря поднималась туча — черная, тяжелая, суровых очертаний, похожая на горный хребет. Она ползла в степь… Воздух раздражал нервы странным запахом, щекотавшим ноздри… На месте луны осталось только мутное опаловое пятно, иногда его совсем закрывал сизый клочок облака. И в степной дали, теперь уже черной и страшной, как бы притаившейся, скрывшей в себе что-то, вспыхивали маленькие голубые огоньки. То там, то тут они на миг являлись и гасли, точно несколько людей, рассыпавшихся по степи далеко друг от друга, искали в ней что-то, зажигая спички, которые ветер тотчас же гасил. Это были очень странные голубые языки огня, намекавшие на что-то сказочное…»
Что это были за таинственные огоньки, блуждавшие по степи во время надвигавшейся грозы? Может быть, М. Горький в повести «Старуха Изергиль», откуда мы взяли этот отрывок, кое-что исказил или приукрасил?
Ничего подобного! Это явление давно известно и носит название «огни святого Эльма», или просто «огни Эльма».
Вот какой удивительный случай произошел более двух тысяч лет назад. Карфагенские войска во главе с прославленным полководцем Ганнибалом (ок. 247–183 годов до н.э.) совершали трудный переход через Альпы, чтобы внезапно напасть на римское войско. Вечные снега, ледники, отвесные скалистые стены, глубокие пропасти преграждали путь, изматывали людей. Немало солдат погибло под коварными лавинами и в бездонных ледниковых трещинах. Ганнибал старался воодушевить воинов, вдохнуть в них бодрость и веру в победу. И в этом ему помог совершенно необычный случай.
Однажды во время ночного марша на остриях копий у воинов вдруг ярко засверкали языки пламени. Сначала это были одиночные огоньки, а затем загорелись все копья. Впечатление было такое, словно солдаты несут не оружие, а тысячи ярких факелов. Вокруг стало светло, как днем.
Сначала все испугались. Пробовали тушить «огонь», но безуспешно: пламя не угасало. Более всего казалось удивительным, что оно не обжигало, как обыкновенный огонь, а лишь слегка потрескивало.
Ганнибал быстро сообразил, как использовать создавшуюся ситуацию. Он объявил, что это — «великое знамение», которое подают им боги, предвещая близкую победу.
Необычное видение и слова любимого полководца воодушевили карфагенских воинов. В 216 году до н.э. они при Каннах (на юго-востоке Италии) наголову разбили превосходящее их по численности войско римлян, одержав победу, вошедшую в историю как один из блестящих примеров военной стратегии.
Нечто подобное произошло также во время одного из военных походов выдающегося римского полководца Юлия Цезаря (100–44 годы до н.э.).
Итак, огни святого Эльма… Не правда ли, какое странное название? И конечно, читателю небезынтересно знать, откуда оно произошло.
Для этого совершим путешествие в Италию. На просторной площади одного из небольших городков этой страны в эпоху средневековья стояла церковь, носящая имя ничем не примечательного святого — Эльма. Однако храм пользовался большой известностью не только в стране, но и далеко за ее пределами. Как говорили служители культа, церковь св. Эльма была особенно «угодна богу», и он здесь часто давал народу свои «знамения».
![]()
«Знамения» же эти заключались в том, что время от времени крест на остроконечном шпиле вдруг начинал светиться и пылать голубоватым огнем, словно факел. Иногда загорались огни и на шпилях боковых башен.
Ради справедливости нужно сказать, что это явление было весьма эффектным. И когда оно происходило, то на улицах, примыкающих к храму, собирались толпы верующих и просто любопытных людей.
Затем, как правило, разражалась гроза — и видение исчезало.
Служители культа объясняли верующим, что небесные огни — знак того, что бог гневается на них за недостаточное соблюдение церковных канонов и скудность подаяний на «божий дела». И что-де своим «знамением» бог напоминает о страшной каре, уготованной вероотступникам и безбожникам.
На самом же деле ничего «божественного» или сверхъестественного в этом явлении, конечно, не было.
Огни Эльма обычно возникают на высоких остроконечных предметах — шпилях башен и церквей, на громоотводах, корабельных мачтах. По своему виду они действительно напоминают языки пламени, вытягивающиеся вверх до 30–50 сантиметров.
Их часто видят моряки на мачтах судов. «Звезды как бы нисходят с неба и садятся на мачты кораблей…» — так писал на заре нашей эры древнеримский философ Луций Анней Сенека.
Между прочим, и в более поздние времена среди мореплавателей было распространено поверье о том, что святой Эльм такими огнями подает плавающим знак своего расположения. Если его огни загораются на мачтах, значит, плавание окончится благополучно.
Одно из описаний огней Эльма сделано в 1696 году капитаном парусного судна: «Опасаясь бури, я приказал спустить все паруса. И тут мы увидели в разных местах больше тридцати огней. Огонь, который находился на флюгере большой мачты, был более полутора футов в длину. Я послал матроса, чтобы снять его. Взлезши наверх, матрос крикнул нам, что огонь шипит, как ракета из сырого пороха. Я велел снять его вместе с флюгером и принести вниз. Но как только матрос снял флюгер, огонь перескочил на конец мачты, откуда снять его было невозможно. Огонь оставался там некоторое время, а потом начал гаснуть и понемногу исчез».
Поразительнее всего, пожалуй, то, что огни Эльма могут появляться даже на людях, особенно в горных районах. О таких случаях рассказывают пастухи, туристы, альпинисты.
Однажды в летнюю пору на одну из вершин Тянь-Шаня поднималась группа альпинистов. То были люди молодые, веселые. Переговариваясь на ходу, они шутили, подсмеивались друг над другом.
Незаметно приблизилась гроза. На гору надвинулась тяжелая грозовая туча. Где-то неподалеку загрохотало.
Один из альпинистов почувствовал вдруг легкие покалывания в концах пальцев. Затем покалывать стало на голове, зашевелились, встали дыбом волосы.
— Смотрите, смотрите, — испуганно вскрикнула девушка, — Саша Степанов горит!
Все остановились. Действительно, голова Саши была объята голубоватым пламенем. Увидев, что все на него с изумлением смотрят, Саша испугался:
— Ну чего, чего вы, ребята?
Но испуг быстро прошел. Пламя оказалось совершенно безвредным.
Очень скоро засветилась голова у одного, затем у другого, третьего, а там и у всех участников похода. Потом заискрились ледорубы, палки, металлические части снаряжения, словом, холодное пламя буйствовало повсюду. Через некоторое время огненная пляска прекратилась.
В горах огни Эльма наблюдаются чаще летом, а над низко расположенными над морем местами — зимой, и, главным образом, в то время, когда бушуют снежные бури и метели.
Теперь пришло время объяснить, что это за холодное пламя, которое не греет, ничего не сжигает, а только светит, да так, что люди принимают его за настоящее и бросаются тотчас же тушить, чтобы не полыхнул губительный пожар.
Огни Эльма, как и молния, — продукт грозовой деятельности. Это тихие разряды электричества, возникающие обычно перед началом или в разгар грозы, когда в том или ином месте атмосфера сильно наэлектризована. Бывает так, что заряды не могут пробить себе путь через слой воздуха. Тогда и происходит своеобразный, так называемый коронарный разряд, и не молниеносно, а постепенно. Из различных остроконечных предметов начинают вылетать мельчайшие электрические искорки. Их — несчетное количество, и несутся они с большой быстротой, поэтому в восприятии нашего глаза свет их сливается, и мы видим свечение или сияние.
Когда же гроза закончится и накопившееся в воздухе и на земле электричество разрядится, бесследно исчезнут и огни Эльма.
Известны и другие разновидности «огней». Некоторые из них систематически наблюдались в том или ином районе земного шара и там даже получили свое географическое наименование. Известны, например, «огни Уэльса», «огненные духи Марш-Пойнта», «ложные огни Дёрхема», «непонятные японские огни» и т. д.
