Впервые нам удалось восстановить то, что происходило в это время внутри президентской машины.
Полковник де Буасье, сидящий спереди, первым замечает человека, выскочившего перед машиной с пулеметом в руках. Он успевает крикнуть: «Отец, пригнитесь!» Полковника поразило искаженное страхом лицо стрелявшего: «Словно Франкенштейн, возникший на обочине».
Он приказывает шоферу: «Марру, выезжайте на середину — и как можно быстрей!»
В этот момент он видит вторую машину. «Мы пропали!» — мелькнуло у него. Он оборачивается: генерал и мадам де Голль по-прежнему сидят на своих местах. Зять кричит изо всех сил: «Отец, умоляю вас, пригнитесь!» Генерал опускает голову (позднее он поздравит своего зятя в следующих выражениях: «В решительные моменты у вас, оказывается, командный голос»). В ту же секунду пуля пробивает кузов машины, и кусочки обивки сыплются на голову президенту.
Генерал и его зять выпрямляются. Де Голль оборачивается и восклицает: «Ну, это уж слишком, теперь они нас преследуют!»
Вечером он сказал полковнику де Буасье: «То, что эти наглецы стреляли в женщину, я им не прощу».
Наутро 23 августа главари заговора обсуждают, как «исправить ошибку». Решено не прятать людей в подполье, как это было предусмотрено, и не переправлять их в Испанию. Бастьен-Тири предлагает использовать ракетные снаряды СС-11, которые он хорошо знает. Из Алжира был даже доставлен «лендровер» с ракетной установкой. Но 5 сентября полицейские арестовывают основных заговорщиков. Только двое из участников ушли от ареста: Жорж Ватен и Жан Бишон.
Они продолжают методически вести разведку. В начале 1963 года их можно было видеть возле Военной школы, где генерал должен был выступать 15 февраля. Ватен и Бишон — последний резерв «Старого штаба», оставшегося без войск, без средств, без надежды; они сохранили лишь разбитые мечты и бессильную злобу.
Однако Ватену с Бишоном удается вновь навербовать себе помощников. Среди них оказалось некая мадам Руссуле, преподававшая английский язык в Военной школе, дама, влюбленная в военную форму. Она вовлекает в заговор двух слушателей — капитана Пуанара, считающего свою преподавательницу «политическим гением», и младшего лейтенанта То. В один прекрасный день мадам Руссуле просит их прибыть по указанному адресу. Новообращенных террористов встречает Ватен и с места в карьер переходит к делу: «У меня есть четыре месяца, чтобы убить де Голля».
Ошарашенный, младший лейтенант То соглашается помогать.
Но уже на следующее утро, охваченный паникой, он бежит к офицеру службы безопасности, который, немедленно отвозит его на своей машине в Управление контрразведки, где дело берет в свои руки опытнейший полковник Беллек.
Полковник обещает младшему лейтенанту То забыть про его участие в заговоре при условии, что тот будет поддерживать тесный контакт с заговорщиками и одновременно информировать службу безопасности о всем, что происходит.
Заговор тем временем идет своим чередом. 12 февраля То получает последние инструкции: 14-го числа он должен провести в Военную школу группу «исполнителей», то есть Ватена и Пуанара, накормить их ужином в столовой младшего офицерского состава и спрятать на ночь в ветеринарном отделении, в боксе для больных лошадей.
13 февраля Пуанар замечает за собой слежку, но, прежде чем его арестовывают, успевает подать знак Ватену, ожидающему в соседнем кафе. И Ватен — в который раз! — растворяется в толпе. Он возвратится во Францию только после амнистии.
«Старый штаб армии» отказывается от планов убийства президента.
Но не ОАС.
(Ф. Кавильоли. Выстрелы в генерала де Голля //Вокруг света. — 1972. — № 1.)
ОАС — СЕКРЕТНАЯ ВООРУЖЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
В условиях сложной и острой внутриполитической обстановки во Франции возникли — и действовали довольно могущественные антиправительственные подпольные организации, представлявшие собой объединения военных с лидерами крайне правых группировок в метрополии и алжирскими «ультра». В январе 1960 года алжирские «ультра» при косвенной поддержке парашютных частей подняли в Алжире военно-фашистский путч, известный под названием «недели баррикад». В это же время видные французские генералы выступили с публичными заявлениями, в которых содержалась резкая критика политики президента де Голля. А главнокомандующий французских вооруженных сил в Алжире генерал Шаль заявил западногерманскому корреспонденту, что «французские войска вообще никогда не покинут Алжир».
В апреле 1961 года в Алжире вспыхнул генеральский мятеж, организованный ОАС с целью свержения правительства де Голля, причем возникла реальная угроза высадки мятежных парашютных частей в Париже. Однако этот мятеж, как и путч I960 года, успеха не имел. Объединенными усилиями демократических сил, правительства и верных де Голлю войск генеральский мятеж был подавлен. Десант на Париж не состоялся. Мятежные генералы были арестованы, руководящий состав армии в Алжире и метрополии обновлен.
Тогда-то реакционные силы, убедившись в тщетности попыток заставить главу государства изменить политику в отношении Алжира, особенно после проведенного де Голлем в январе 1961 года референдума о самоопределении Алжира, укрепившего позиции президента), стали считать генерала де Голля главным препятствием в реализации планов ликвидации республиканского режима. Именно в этот период реакционные силы в перешли к политике террора, главным объектом которого стал президент де Голль, о чем свидетельствуют пятнадцать раскрытых попыток покушения на его жизнь. Таким образом, определяется и ответ на поставленный вначале вопрос «кому выгодно?»
Считалось, что все покушения на генерала де Голля были делом рук ОАС — «Секретной вооруженной организации». В эту федерацию входили политические группировки в метрополии, мятежные «алжирские полковники» и «ультра», представители которых в феврале 1961 года подписали «мадридское соглашение». Главой ОАС стал бывший командующий французскими войсками в Алжире генерал Рауль Салан.
Из окна пятого этажа дома № 86 по улице Фобур-Сен-Оноре убийца видит генерала де Голля в двадцати шагах от себя сквозь оптический прицел карабина «Вальтер-22». Его зовут Марсель Лижье, это снайпер оасовской группы Бертолини.
Генерал пересекает двор и поднимается по ступенькам в Елисейский дворец.
Под крышей отеля «Бристоль» изготовился другой стрелок с базукой на плече.
Генерал подходит к первой ступеньке. Марсель Лижье задерживает дыхание и тихонько начинает давить на спусковой крючок. Человек с базукой тоже готов выпустить снаряд.
Время действия — 20 мая 1962 года. Через два месяца должна быть провозглашена независимость Алжира. Но, может, ход истории изменится?..
Описанной нами сцены в действительности не было. Группа Бертолини не успела добраться до огневых позиций. Но вплоть до 1 июля 1962 года — дня провозглашения Алжирской Республики — убийство генерала де Голля оставалось для ОАС «постоянной целью № 1».
Группа Луи Бертолини приступила к действию в апреле 1962 года. Сам Бертолини (он же капитан Бенуа) работал во французской разведке. Некая частная фирма предоставила в его распоряжение сто миллионов франков. Бертолини узнает, что из студии одного художника, живущего на пятом этаже дома № 86 по улице Фобур-Сент-Оноре, просматривается двор Елисейского дворца. В компании еще одного заговорщика он явился к художнику, милому восьмидесятилетнему старику. Представившись любителями живописи, они покупают у него холст, но главное — убеждаются, что художник живет один. В нужный момент его легко будет связать и затолкать в стенной шкаф.
Кроме того, Бертолини снимает номер в отеле «Бристоль» для человека с базукой. Остается теперь только найти базуку и карабин с оптическим прицелом. Бертолини едет в Алжир и обращается к Жан-Жаку Сюзини, ответственному за террористические акции в штабе ОАС. Сюзини широким жестом пересылает в Орли два ящика с требуемым оружием.
За два дня до намеченной даты — 18 мая — все готово. Бертолини с сообщниками ждут на явочной квартире прихода связного. Но вместо него в помещение врываются человек двадцать в штатском. Это полиция.
Группу выдал один из алжирских агентов службы безопасности, внедренный в ОАС, которому был известен парижский адрес заговорщиков. При обыске в квартире обнаруживают базуку и карабин с оптическим прицелом. Базука запакована в ящик с надписью: «Деталь для левого реактора».
Покушение на этот раз имело, по оценке специалистов, 95 процентов шансов на успех. С двадцати метров Марсель Лижье, снайпер-профессионал, не мог промахнуться. Обезвреживание этой группы прошло в то время абсолютно незамеченным.
1 июля 1962 года последние руководители ОАС покинули со своими приближенными Алжир и нашли убежище в Испании. Жак Сустель, встретившись в Италии с Жоржем Бидо, основал НКС (Национальный комитет Сопротивления), своего рода продолжение ОАС.
