Выглядывая в коридор, с удивлением обнаружила, что жертв издевательств бога обмана мне не слишком жалко. Разве только матушку, и то, даже не ее, а себя. И того, что она со мной сделает.
Все-таки Локи плохо на меня влияет, раскрывая мои темные стороны.
Пока я размышляла о собственном моральном падении, действие в коридоре начинало набирать обороты.
Батюшка поливал Локи святой водой. Богоэльф характерно шипел и извивался, его бледная кожа покрывалась волдырями.
Матушка с Лидией Яковлевной дружно визжали. Феня переместился ко мне и наблюдал.
– Я есть легион! Тебе не победить меня, смертный! – заговорил бог обмана жутким скрипучим голосом.
Теперь даже батюшка напугался – по лицу было видно – но молитвы читать не перестал.
Тут уж моя маман вспомнила про скалку в своих руках, и не переставая визжать, от души огрела ей Локи.
– За что? – обиделся обманщик, на пару секунд выпадая из образа, но сразу продолжил: – Таким оружием меня не победить! Я есть сила. Я есть тьма.
А я есть печеньки. Вкусные, зараза. Все же выпечка у Локи неплохая выходит – не зря в тиндере это указал.
Увернувшись от повторного удара скалкой, бог обмана с небывалой ловкостью вспрыгнул на потолок. Натурально. Вот прям на потолок. И то, что он натяжной, его совсем не смутило.
Теперь пришел черед визжать уже батюшке – таких гимнастических кульбитов он явно за всю свою службу прежде не видал.
Людмила Яковлевна неожиданно грохнулась в обморок. А я отчего-то думала, что нервы у нее покрепче будут.
Одна только матушка стояла, открыв рот, но скалку из рук не выпустила.
Наконец справившись с собой, батюшка продолжил обряд экзорцизма, незаметно перемещаясь поближе к двери. Неужели сбежит?
Впрочем, дальнейшая выходка Локи никому бы шансов не оставила – тут даже я напугалась, хоть и знала, что все это лишь фарс.
Древний бог открыл рот, из которого теперь торчали длинные клыки (даже длиннее вампирских), выпустил из-за спины перепончатые крылья…
Все. Оборвавшись на полуслове, батюшка шмыгнул за дверь, позабыв про Людмилу Яковлевну и свои, не слишком пригодные для физических упражнений, объемные бока. Феня, радостно виляя хвостом, бросился ему вдогонку.
Локи же, как ни в чем не бывало, спустился с потолка. Оправил рубашечку, смахнул с плеч невидимые пылинки. Подошел к попятившейся матушке и легонько, даже нежно, ткнул ее пальцем в лоб.
Родительница закатила глаза и последовала примеру Людмилы Яковлевны, стекая в обморок.
Бдымс.
Фаталити.
К его чести, Локи-таки осторожно подхватил мою матушку под руки и дотащил до дивана.
– Ну и? – спросила я, подходя ближе.
Для этого пришлось переступить через бренное тело Людмилы Яковлевны, все еще находящейся в неосознанности.
– Что и?
– Зачем ты это сделал?
– Мне стало скучно, – пожал плечами бог обмана.
– Кто бы сомневался, – фыркнула, склонившись над матушкой.
Выглядела она вполне невредимой, только чуть бледной.
– Так весело же, – Локи улыбнулся уголками губ.
– Весело, – не сдержавшись, хихикнула я. – Особенно с потолком. Это тоже иллюзия была?
– Это были последствия недавнего просмотра одного из фильмов. Знакомлюсь, так сказать, с современным миром самостоятельно.
– И когда ты их смотреть успеваешь?
– Пока ты спишь.
– А ты сам… а, ну да, зло не дремлет. И что нам теперь с ними делать?
– Ну… – Локи прислушался. – Батюшку Фенрир уже догнал. Для профилактики цапнул, но жить будет. Без галлюцинаций дело, конечно, не обойдется… зато, глядишь, этот Константин доморощенный похудеет. А то демонов он изгонять вздумал! Из меня! Иш чего! В конце концов я бог обмана!
И он самолюбиво приосанился.
– Иногда кажется, что все-таки ты дьявол, – хмыкнула я, указав на сиротливо лежащую посреди коридора Людмилу Яковлевну. – А с ней что?
– А что с ней? Сейчас перемещу ее куда-нибудь подальше. Очнется, ничего не будет, – пожал плечами Локи. – Она женщина пакостливая, ядовитая. Таким навредить трудно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– И куда переместишь?
Не, ну а что? Интересно же. Как минимум сопоставить скорость повторного прибытия Людмилы Яковлевны и расстояние, на которое Локи ее переместит. Хотя, чует мое сердце, она сюда все же больше не вернется. Разве что с полицией – искренняя вера в силы стражей правопорядка пересиливала в ней веру даже в батюшку.
– Куда-нибудь, – вновь улыбнулся Локи, а в следующие секунды напустил туману и исчез.
Вернулся бог обмана почти сразу. Что характерно – без Людмилы Яковлевны.
– А что будем делать с матушкой? – вздохнула, осознав, что настал черед решать самую большую мою проблему.
– У меня есть три варианта. Первый – просто уйти на свидание и не брать трубки. Тем более, что время поджимает.
Я прикрыла глаза, представив, что матушка со мной сделает, если вдруг исчезну после сей эпической сцены. Ответила с долей сожаления:
– Отпадает. Дальше.
– Второй вариант – вернуться в избушку в Темных землях…
– Дальше, – перебила, не дослушав.
Еще одна встреча с жмапиком-Драксом меня не впечатляла.
– Третий – самый сложный, – теперь уже вздохнул Локи. – Убедить твою маму, что ей все приснилось.
Появилась мысль, что жмапик все же не самый страшный вариант, но в этот момент матушка завозилась на диване, и ретироваться куда бы то ни было стало поздно.
Мы с Локи дружно склонились над родительницей. Бог обмана при этом косился на скалку, которую та даже в обмороке выпускать не пожелала.
– Может все же притворишься вампиром? – прошептала я совсем тихо.
Ну а что? В глазах маменьки — это лучше дьявола. И даже лучше вора-олигарха.
– Не думаю, что она потерпит конкуренцию, – хмыкнул древний бог.
Ага, а до этого – вон как ей комплиментами расстилался. Врун с косичкой.
А матушка тем временем, наконец открыла глаза, прищурившись, оглядела нас, и тут же занесла скалку, целясь Локи куда-то в район острого подбородка.
– Ай, мама… можно я буду звать вас мамой, да? – ловко увернувшись, выпалил тот. – За что вы меня так?
– Какая я тебе мама, исчадье ада? – возмутилась матушка.
– И чего это я исчадие ада? – очень натурально обиделся Локи. – Так визит в лекарню можно отменять?
– Какую лекарню? – несколько сбилась с намеченного курса родительница.
– Такую… где лечат. Неужели совсем все так плохо?
И он сочувственно повздыхал.
Не.
Переигрывает. Ни один нормальный зять так теще сочувствовать не станет. Даже если зять пока только воображаемо-потенциальный.
Сама я снова молча отошла в сторонку, заняв наблюдательную позицию. А то еще не дай бог меня расспрашивать начнут, а я маме лгать совсем не умею. Лучше уж послушаю.
– Что плохо? – окончательно растерялась матушка, пристально вглядываясь в физиономию древнего бога.
Тот вроде выглядел вполне себе нормально, и поэтому родительница решилась на разговоры, временно опустив свое оружие мести.
– Так когда мы пришли – вы же на полу лежали, – затараторил Локи, входя в привычный ритм вранья. – А вокруг толпились Людмила Яковлевна с батюшкой. Сказали вам плохо стало…
– Они пришли сказать, что ты сатанист… – мрачно кивнула матушка.
Скалку пока не подняла, но что рука у нее дернулась я заметила.
– Ой, то было недоразумение, и мы его уже разрешили, – отмахнулся Локи. – Какой же из меня сатанист? Они просто слово «программист» неправильно расслышали.
Если честно – я не слишком надеялась, что матушка в это поверит. Но видимо ее желание выдать дочь за приличного мужчину пересилило природную мнительность.
– Хм… – задумчиво протянула родительница, качая головой. – Неужели мне все это приснилось?
– Уж не знаю, что вам приснилось, но в лекарню бы все равно съездить не помешало, – заметил древний бог. – Надо же понять, почему вы упали в обморок и никак не могли прийти в себя.
