Денис поморгал, пытаясь осмыслить.
— И как же мне «нажать кнопку»?.. — недоумённо спросил он.
— А за этим, — демиург удовлетворённо кивнул, — мы сюда и прибыли.
* * *
Тимекай был планетой непривлекательной.
Расположенный относительно далеко от звезды НК-72407, почти целиком укрытый снегом и льдом, холодный, курортом он не смог бы служить ни для одной из рас Конфедерации.
Хоть атмосфера и напоминала по составу земную, дышать без маски ни человеку, ни человеческому магу было невозможно — значительные примеси ядовитых газов склеивали лёгкие за минуты. Не факт, что даже спасательные капсулы успели бы реанимировать. Да и не было их здесь почти.
Колонию здесь решили основать по двум причинам.
Первая — ресурсы на самой планете. Под снежно-ледяной толщей скрывались многие миллиарды тонн редких руд и минералов. Добыча обещала быть дорогой, но всё же как-то себя окупать.
Вторая и главная — аванпост на краю Галактики. Согласно планам Конфедерации, здесь собирались построить большой пересадочный космопорт. Такие порты были необходимы для свободных путешествий в соседние галактики.
Самый «дальнобойный» и одновременно самый компактный из имеющихся в Галактике межзвёздных двигателей — варп-двигатель Невилла — не позволял покрыть нужное расстояние, если стартовать не с края Галактики. Несмотря на сжатие им пространства, маневрировать между гравитационными полями звёзд всё равно приходилось, а это требовало много топлива. Поэтому в соседние галактики, находившиеся в сотнях тысяч и миллионах световых лет, даже на максимуме ресурса и полной загрузке топливных элементов, можно было «допрыгнуть» лишь через абсолютную пустоту.
А потому этот порт обещал стать одним из важнейших шагов Конфедерации в колонизации Вселенной.
Пока же планета была совершенно дикой. Как несколько ка-недель назад говорили в новостях, где-то на её поверхности были раскиданы два десятка автономных жилых модулей. Первые поселенцы пробыли там уже семь месяцев, закончили предварительную разведку и теперь были готовы начинать стройку полноценного города и необходимых орбитальных станций.
Зачем Бури привёл транспортную капсулу именно сюда, Денис понять не смог. Те данные о планете, которые показывал экран в стене капсулы, не внушали оптимизма. Но ещё больше удивило его то, что, войдя в атмосферу и пробив густые облака, они очутились не над мигающими огнями единственного поселения, а над бескрайней белой гладью океана, покрытого льдом.
— Мы не остановимся в поселении колонистов? — с подозрением спросил он демиурга.
Аварийный запас припасов в капсуле был наполовину съеден. И по всем правилам безопасности космических полётов именно сейчас нуждался в пополнении. Чтобы в случае настоящей аварии суметь дождаться помощи.
Сама капсула была едва ли приспособлена даже для обычного ночлега на поверхности холодного Тимекая. Одно дело, когда работает двигатель Невилла, — он производит колоссальное количество энергии, и даже те крохи, которые не идут в дело, легко помогут обогреть небольшую капсулу в холодном космосе. И совсем другое — когда двигатель Невилла «молчит». Тогда слабого подогрева пола не хватит даже чтобы нагреть воздух на десяток градусов. При минус пятидесяти за бортом…
Компактные транспортные капсулы были когда-то созданы как частные средства межпланетного передвижения. Подобно личным автомобилям много веков назад на Земле. И они не были предназначены для долгой высадки на необитаемые планеты. В них просто не было нужного оборудования. Даже кислородных масок. Только неудобные аварийные скафандры.
— Нет, Денис, мы намеренно садимся в самом слабозаселённом месте Галактики, где ты можешь ходить без скафандра.
— Но зачем? — не понял маг.
— Первый опыт с неограниченной силой может быть разрушителен, — пожал плечами Смотритель. — К тому же — тебя ищут.
Денис, прикрыв глаза, застонал.
И верно. Он же совсем об этом забыл. Испытание Источника сильно повлияло на его память, заставив многие эпизоды из прошлого поблекнуть, и теперь они постепенно и хаотично, словно пятнами проступая на поверхности, всплывали обратно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ищут… Это значило, что путь назад, в спокойную, размеренную жизнь мага-строителя ему заказан. И похоже, заказан навсегда… Чёрт-те что. И надо же было так вляпаться, всего один раз свернув не туда… Ну или не один. Он же мог сказать Ричарду Хорски «нет»? Мог же?..
Над открытым пространством замёрзшего океана бушевал ветер. Он поднимал в воздух лёгкий от беспощадного мороза снег и носил его белёсые облака надо льдом из стороны в сторону. Хорошо ещё, что приземлялись на светлую сторону планеты. Выходить наружу ночью, в метель, под абсолютно чёрное небо — сомнительное удовольствие.
Покачиваясь на сильном ветру, капсула села прямо на лёд. Благо, тот был достаточно толст и крепок, чтобы её выдержать.
— Готов? — спросил Бури подчёркнуто будничным и спокойным тоном.
Ему, вероятно, и минус полсотни градусов, и ядовитый воздух за бортом были нипочём. Но не Денису. Однако, как выяснилось, об этом демиург тоже подумал. Нажав клавишу открытия купола капсулы, он впустил внутрь лишь самые первые потоки шумного и колючего ветра.
Как только купол приподнялся над бортами, гигант сложил ладони перед собой, прикрыл глаза и опустил голову на грудь. На миг его могучее тело налилось жёлтым сиянием — и тут же глухой низкий звук стукнул в барабанные перепонки, а сияние разбежалось в стороны от капсулы, раздвигая метель и холод.
Они словно оказались в исполинских размеров ангаре из воздуха — в сотне метров над головами еле слышно завывал ветер, а на мили вокруг было спокойно. И тепло!
— Так тебе будет удобнее упражняться, — Бури сделал приглашающий жест наружу из капсулы. — Здесь достаточно пространства. Восемнадцать градусов Цельсия, пригодный для дыхания воздух, штиль.
Денис, судорожно задержавший дыхание ещё когда купол только приподнялся, шумно выдохнул. Воздух и правда был свеж и даже приятен. Он прикрыл глаза и набрал полные лёгкие — да, даже лучше, чем дома…
Беловолосый великан перешагнул борт капсулы, ступив на снег. Маг поспешил за ним.
Тёплым оказался лишь воздух. И лёд, и покрывавший его тонкий слой снега оставались холодными. Ноги Дениса, всё ещё обутые в прорезиненные облегающие туфли медицинского костюма, моментально замёрзли.
— Отойдём подальше от капсулы, чтобы её не задеть, — даже не предложил, а констатировал Бури.
Тотчас же Дениса мягко подхватил внезапно уплотнившийся вокруг него воздух, он почувствовал ветер, надавивший на лицо, и зажмурился.
Впрочем, через пару секунд он стих — и Денис, открыв заслезившиеся глаза, обнаружил, что капсула уже далеко. Они со Смотрителем стояли посреди ровной бескрайней белизны. Почти ровной — от них к капсуле тянулась полоска голого, тёмно-серого от скрытой под ним толщи воды, льда. Над ним всё ещё клубились всполошённые хлопья мелкого снега.
— Так достаточно, — коротко бросил Денису голубоглазый великан, и с лёгким хлопком вдруг переместился дальше, прочертив за собой ещё одну тёмно-серую полоску в снегу.
Он остановился примерно в четверти мили и повернулся к растерянному Денису.
«Можешь начинать, — прозвучало у мага в голове. — Первым делом — просто призови силу и подожди, ты должен привыкнуть к её течению сквозь тебя».
«Призвать силу? — не понял Денис. — Но как?..»
«Обычно это происходит через просьбу. Попроси о ней».
«Попросить кого?»
«Ты сам знаешь кого, Денис».
Хм… Денис на миг задумался. Неужто… Он закрыл глаза и позвал:
«Тиа…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ему показалось, что ничего не произошло. Он даже хотел спросить Бури, что делать дальше…
Как вдруг в нос ударил солёный запах тёплого моря.
* * *
— Да, мой милый Ари, — произнёс мягкий голос откуда-то сбоку.
Он вздрогнул и повернулся. Возле него, уютно обняв колени, сидела Тиа. Его прекрасная Тиа.
— Ты звал меня? — её ласковые глаза блестели в лучах шедшего к закату солнца.
