– Ты хочешь, чтобы я ушел? – спросил прямо, ведь надоедать своим присутствием точно не собирался, как бы сложно мне это не далось.
– Я… я…
Скользнул ладонями с плеч, спуская их на бедра и прижимая попку иномирянки к своему паху, что послужило ее шумному дыханию, которое становилось все учащеннее.
– Не гони меня… – прошептал ей на ушко, опаляя мочку своим горячим дыханием.
Катя задрожала сильнее, подаваясь попой назад и чуть повиливая ей из стороны в сторону.
– Боги… – вымученно прошептал, чувствуя, как от ее действий меня накрывает с головой. Держать себя в руках становилось все сложнее. Я был словно одержимый. Разум поплыл, и я развернул девушку к себе лицом, подцепив ее подбородок двумя пальцами: – Если сомневаешься, останови меня сейчас… Потом я уже не смогу… – честно признался, потому что дракон ревел под кожей, требуя познать иномирянку. Он метался под кожей, умоляя взять ее.
Катя молчала, лишь нервно покусывая нижнюю губу, и я не стал более медлить. Миг, и мои губы сминают ее, а язык проникает внутрь, тем самым забирая с собой последние крупицы рассудка.
Целовал ее жадно, все сильнее вжимая в свое тело.
Екатерина учащенно дышала, скользя своими пальцами по моим плечам и спине, плавно вытаскивая рубаху из-за пояса моих брюк.
Задрав одной рукой низ ее платья, я заскользил ладонью по оголенному бедру, умирая от возбуждения. В таком состоянии мне еще не доводилось бывать. Я не мог дышать, настолько сильна была потребность в ней.
Рыкнув, открыл портал над своей кроватью, тут же падая на нее и, задрав юбку Кати, накрывая ее своим телом.
Не задумываясь, вклинился коленом промеж сведенных ног и развел их в стороны, устраиваясь удобнее.
Иномирянка лишь всхлипнула, скользя руками под моей рубахой и чуть карябая кожу на спине.
Поцелуй перерастал в конечную стадию безумства. Уже не соображал, что происходило вокруг.
Оторвавшись от слегка припухших губ, дернул зубами корсет ее платья, тут же накрывая ртом вершинку груди, отчего Катя издала тихий стон, выгибаясь всем телом.
Понимая, что сейчас умру от перевозбуждения, потянулся к ширинке, лишая себя последнего препятствия.
Миг, толчок, и я выпиваю из слегка приоткрытых губ сладкий стон МОЕЙ женщины, которую больше никому не отдам. НИКОМУ!
Не мог двигаться медленно, как бы ни уговаривал себя. Мне хотелось врываться в ее тело вновь и вновь, распространяя по покоям наши стоны, но я боялся, что сделаю больно.
Дракон то и дело овладевал моим разумом, желая отметить Екатерину – не магической меткой, нет, укусом. После которого она навсегда останется только со мной. Но я не мог так поступить, Катя должна дать на это согласие, вот только захочет ли?
– Аа-а-ах, Арахонт! – всхлипнула девушка, и я сорвался.
Возможно, потом, когда помутнение рассудка отступит, я буду винить себя за несдержанность, но эта ночь навсегда останется в моей памяти. Катин взгляд, нежные руки, скользящие по моему телу, отзывчивость и желание, наши поцелуи, песни страсти…
Позже, лежа рядом с учащенно дышащей иномирянкой и крепко прижимая ее к себе, я складывал в голове мысленный пазл, понимая одно – она моя судьба! Та, которая смогла покорить сердце огненного дракона!
37. Оформление тронного зала
37. Оформление тронного зала
Екатерина
Поздравляю, Катя! Вот и заимела ты статус любовницы!
Лежа в объятиях мужчины, который своей страстью смог смести все мои преграды, я винила себя за то, что оказалась настолько слабой. Что не смогла устоять перед соблазном.
И чем я лучше той, которая стала супругой Артему? Верно, ничем! Пока жена Арахонта отсутствует, он просто решил удовлетворить свои потребности со мной. Дура ты, Катя! Дура набитая!
Я не раскаивалась в содеянном. Было настолько волшебно, что и сравнить не с чем, потому что даже близко ничего подобного за всю мою взрослую жизнь мне не доводилось испытывать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Арахонт – настоящий мужчина, во всех смыслах этого слова. От одного его вида подгибаются колени. А теперь, после всего того, что он со мной творил, я даже и не знаю, как смогу смотреть ему в глаза.
После полученного удовольствия дыхание почти выровнялось, но я боялась пошевелиться, чувствуя, что дракон засыпает. Мне так хотелось остаться с ним, встретить рассвет. Но в покоях осталась Лисонька, которая могла проснуться и потерять меня, а это куда важнее, чем желание прижаться к мужчине.
Осторожно, боясь нарушить сон спокойно дышащего правителя, я потихоньку стала выпутываться из его рук, сползая на пол. На освобождение и побег из покоев ушло примерно пятнадцать минут.
Неслась по пустым коридорам дворца, умоляя богов, чтобы они не навели меня на стражу, ведь я не хотела сейчас никого видеть. И когда оказалась в покоях Лисоньки, которая мирно сопела все в той же позе, в какой я ее и положила на кровать, облегченно выдохнула и попыталась привести свои мысли в порядок.
Мысли-то в порядок привести не такая уж и проблема. А что делать с чувствами, которые никак не давали покоя и, по ходу дела, уже никогда не дадут? Арахонт смог овладеть не только моим телом, что у него получилось просто великолепно, но и сердцем. Вот только проблема вся в том, что этот мужчина не мой и никогда им не будет. У него есть супруга, прекрасная дочь, а мне нет места рядом с ними. Роль няни – это временное явление. Когда-то мне все равно придется остаться одной.
Прилегла на край кровати, укутываясь в плед, и стоило только прикрыть глаза, как тут же уснула.
Разбудила меня маленькая чешуйка, которая ухватила мой локон волос, мусоля его и причмокивая. Наблюдая радость в глазах этой крохи, чувствовала, что все тревоги и печали отошли на задний план.
Зачем мучиться и страдать, если приезд жены Арахонта неизбежен? Буду жить, как живу, и ловить каждый момент, чтобы потом было хоть чем-то греть свое израненное сердце.
Совершив водные процедуры, мы быстренько сходили на кухню, позавтракали, не забывая проверить скисающее молоко, которое поставили на творог и сметану, и вернулись в покои Лисоньки разгребать кучу покупок из моего мира.
Новые комбинезончики, маечки, кофточки и штанишки, игрушки, как мягкие, так и развивающие, манеж, лошадка-качалка, себе кое-что из вещей, много мишуры и гирлянд, скатерти на столы, канцелярию, так как у меня была одна шальная идея… Я заказала только половину из всего того, что хотела. В моих планах были еще продукты, чтобы угостить жителей замка земными блюдами, которые им сто процентов придутся по душе.
Тихий стук в дверь, и вот в комнату влетает ураган по имени Листар, который, завидев меня, сидящую на полу и рядом копошащуюся Лисоньку, просиял белозубой улыбкой, тут же падая рядом с нами.
– Я так устал, так устал… – печально вздохнул мужчина, косясь в мою сторону. – Больше суток не спал, – тут же продолжил он, замечая, как я улыбаюсь от его хитрого спектакля. – Сейчас бы твоей кашки… – протянул он.
– Каша это, конечно, хорошо, но ты мужчина, мясо тебе нужно кушать, – улыбнулась шире, на раз раскусывая этого хитрюгу.
– Я рад, что ты заметила мою половую принадлежность, – буркнул герцог, поднимая с пола коробку с елочными шарами. – Это… что? Вы опять ходили в твой мир? Оу, а это что? – выпучил он глаза, поворачивая голову в сторону спокойно стоящей елки, которая до сих пор переливалась магическими фонариками, зажженными Арахонтом.
– Это елка, и с ней мы будем встречать новый год. Очень хорошо, что ты пришел, – тут же оживилась я, игнорируя вопрос о моем мире. – Мне помощь нужна… А-а-а-а, ты ведь кушать хотел идти, – скисла, понимая, что придется просить помощи у стражи.
– Не-не, я помогу! Говори, что нужно делать…
Спустя пару минут мы стояли в тронном зале, примерно прикидывая, куда поставить елочку.
Лис молчал, не вмешиваясь в мой мыслительный процесс.
