Приводи себя в порядок, нас сегодня ждут великие дела.
- Снова заставишь ловить голубей или сразу перейдем на кошек? – проговорила шутливо, однако колдун не улыбнулся.
И это мне совсем не понравилось.
- Старейшины действительно хотят, чтобы мы продолжили обучение. – да и в голосе никакого намека на веселье.
- Ладно… - протянула аккуратно. – И в чем заключается продолжение обучения?
- В дальнейшем развитии уже имеющихся навыков. – сказал парень, голосом ходячей энциклопедии. - И приобретении новых.
- Исчерпывающе.
Мажор не спешил продолжать беседу. Отвел взгляд, на несколько секунд остановил его на окне, как будто что-то обдумывал, а потом вновь посмотрел на меня.
- Они хотят, чтобы я научил тебя взаимодействовать с людьми.
И вновь тон, который пришелся мне совершенно не по душе.
- Что значит взаимодействовать?
- Ты задаешь слишком много вопросов. – резко вернувшись к привычной манере общения, сообщил парень. – У тебя пятнадцать минут, в противном случае мне придется ускорить твое появление внизу. Честно скажу – получить заряд тока в душе – сомнительное удовольствие. Так что поторапливайся.
После чего взял с прикроватной тумбочки телефон и переключил внимание на него, ясно давая понять, что наш диалог окончен.
Глава 9. Не все принципы одинаково непоколебимы
Последние две недели я чувствовала себя школьницей, которая все время учебы страдала фигней, а теперь в панике готовилась к выпускным экзаменам. Точнее, это мажор заставлял меня так себя чувствовать.
Ладно, положа руку на сердце, признаюсь честно, не таким уж он и плохим был учителем. Ну, когда сам того, конечно не хотел.
С той версией колдуна, которая не представляла из себя сгусток сарказма, вполне можно было находить общий язык. Однако его требовательность… Она просто убивала!
Каждое утро, едва мы заканчивали завтракать, начиналось с каких-то тренировок. Птиц ловить, к счастью, больше не приходилось. Да и вообще, как оказалось, необязательно было выходить из дома, чтобы практиковаться в магии.
Сперва выполнять задуманные колдуном действия получалось из рук вон плохо. Теперь я понимала, почему с самого начала, в тот далекий первый раз, целью для манипуляций мажор выбрал практически невесомые частицы муки.
В моем послужном списке за время нашего обучения уже числились три разбитые вазы, люстра, из которой я всего лишь планировала выкрутить лампочку (ну я реально не собиралась ее ронять!) и одна сожженная картина.
Странно, кстати, что после случая с предметом живописи я еще жива осталась. В отличие от ваз, она восстановлению не подлежала.
Однако понемногу стал проглядываться и прогресс. Теперь я вполне ловко могла перенести силой мысли (взглядом, стараниями египетских богов или еще какой-нибудь мутью) стопку книг через комнату, не уронив при этом ни одной, ну, и не убив никого по пути.
Взаимодействия с живыми организмами тоже давались уже куда лучше. Пожалуй, если постараться, я смогу заставить стаю воробьев вытоптать на песке какое-нибудь нецензурное слово. Короткое, правда.
А что? Идеальное преступление!
Уже вижу сводки местных газет: «Воробьи-матерщинники. Кто они? Посланники дьявола или новейшая разработка вражеской разведки».
Интересоваться теорией, узнать, почему именно так происходит, и понять все механизмы я не стремилась. Во-первых, здраво оценивая свои силы, осознавала, что не поверю. Даже несмотря на то, что я уже по самые уши вляпалась в эту магию, порой было сложно убедить себя в том, что все происходит наяву. А, во-вторых, мажор и сам не стремился раскрывать все тайны. То ли ленился, то ли не хотел, то ли не положено было.
Однако понимание каких-то вещей приходило само собой. Бац, и ты уже что-то знаешь, причем знаешь абсолютно точно. Как с трибуналом, под который обязательно попадет секретароведьма из офиса старейшин.
Кстати, о них. То есть, о них – это всегда некстати. Терпеть мажора остаток дня после встречи с Александриной просто невозможно!
В общем, достаточно быстро стало понятно, почему колдун настолько требовательно относился к моему обучению. Теперь, помимо него в кабинет к стопятидесятилетней студенточке вызывали и меня.
Александрина давала несложные задания, которые я выполняла. Ощущения от этого – глупые и странные. Для полного погружения мне не хватало только блестящего циркового костюма и голоса на заднем плане: «А теперь на арену выходит великолепная и неподражаемая Лина!».
Хотя, про великолепную и неподражаемую они бы вряд ли сказали.
Цели и мотивы старейшин мне по-прежнему были непонятны, и я искренне сомневалась, что по первой же просьбе они мне их поведают, поэтому, не желая портить себе нервы, которые в последнее время и так были ни к черту, предпочла внять совету мажора.
«Жива? Вот и радуйся!»
Собственно, я и радовалась.
Особенно я радовалась, когда с нас сняли «поводок». Ну, как сняли… Растянули. Теперь он просто не позволял покинуть город.
Город! Целый город! Наш огромный прекрасный город!
Это произошло буквально вчера, и я была просто на седьмом небе от счастья! Столько новых возможностей, относительная свобода, шанс повидаться с семьей, с Иришкой! Как же я по ним соскучилась! От телефонных разговоров уже тошно было.
Однако моя жизнь просто перестала быть моей, если бы все прошло гладко. Колдун и его отвратное настроение портили всю картину.
- Ты так расстроился из-за того, что теперь я не буду проводить все время рядом с тобой?
А ведь это на самом деле так! Я чуть в ладоши не захлопала, когда Александрина в ответ на мой вопрос, точно ли можно отходить друг от друга, утвердительно кивнула.
Мажор же не проронил ни слова. Он и сейчас молчал. Зануда!
Однако причину его плохого настроения я поняла уже с утра.
- Сегодня попробуем кое-что новое. – проговорил парень за завтраком.
«Кое-что новое» колдуну не нравилось никогда. Я не могу точно сказать, с чем это было связано, но чем дальше, тем хуже. Мажор даже не пытался скрыть свое неудовольствие по поводу того, что ему приходится делиться все большим количеством знаний.
- Ладно.
- Помнишь, я тебе уже говорил, что старейшины хотят, чтобы ты научилась взаимодействовать с людьми?
- Припоминаю. – я ответила равнодушно, но в глубине что-то неприятно шевельнулось. Люди – это не воробьи-матершинники.
- Александрина считает, что пора.
- Ясно. – кивнула и опустила взгляд.
Разговаривать отчего-то совсем расхотелось, да и настроение моментально испортилось.
Я открыла рот лишь тогда, когда вышла из машины колдуна.
- Зачем ты привез меня на вокзал?
- Увидишь.
Парень начал осматриваться, а я, от нечего делать, следить за
