— Я вам верю, — ответила я. — Какова цена бесценного свитка?
Леонард так пронзительно посмотрел в ответ, что мои щеки заалели. Впрочем, румянец идет мне, так же как и Леонарду — его изогнутые брови и суженные зрачки.
— У нас есть несколько часов, в течение которых мы сможем обсудить и этот вопрос, и другие необычайно важные вопросы, — пообещал Леонард.
— Несколько часов, — пробормотала я, сама не зная, какую интонацию придать голосу. Несколько часов я буду находиться в обществе самого неотразимого мужчины, несколько часов я буду в его власти… Несколько часов неизвестности.
— Мой опыт подсказывает мне, что вы не захотите никуда уйти, пока мы не определимся с взаимовыгодными условиями. — Его губы изогнулись в кривой улыбке, но и это ему тоже очень шло.
А вот мой опыт подсказывал мне, что от таких мужчин, как Леонард, надо держаться подальше. У меня было даже не предчувствие, а стопроцентная уверенность, что добром обсуждение взаимовыгодных условий не закончится, но разум и желания в тот вечер вступили в противоборство, и разум проиграл. В машине пахло какими-то мужскими духами, от чего кружилась голова и чуть быстрей билось сердце.
— Пожалуй, я могу сегодня задержаться и обсудить с вами… обсудить эти вопросы, — пролепетала я, чувствуя, что уже начинаю забывать предмет обсуждения.
— Вы восхитительны. — Судя по довольному выражению лица, Леонард другого ответа и не ожидал.
Мои щеки еще чуть больше порозовели. Если учесть, что каждые десять минут моя кожа становилась на пол-оттенка краснее, то через какой-нибудь час поездки цветом лица я могла бы соперничать с самой спелой свеклой. К счастью, машина остановилась.
Уже окончательно стемнело, роскошный двор освещали десятки фонарей. Свет блуждал по железной ограде, по кустам роз, по статуям львов и по форме стражников, патрулирующих частное владение. Леонард вышел и элегантно подал мне руку, в нашем мире так красиво ухаживали лишь за баронессами, у которых было миллионное состояние.
— Слуга проводит вас в бордовую гостиную. — Леонард чуть склонился и поцеловал мою руку, отчего у меня по коже побежали мурашки. — Мне нужно отдать несколько распоряжений, и я присоединюсь к вам.
Как Леонард исчез в доме, а рядом со мной появился слуга, я и не заметила. Да и всю дорогу до гостиной я размышляла лишь об этом легком поцелуе, который ожег кисть. Было бы неплохо точно так же обжечь и губы.
— Господин Леонард скоро придет. — Слуга вышел.
Я осталась одна. В камине горел огонь, что сразу напомнило о замках моего родного мира. Стены были отделаны дубом, пол устлан бордовыми коврами, да и вся гостиная была обставлена роскошной бордовой мебелью. Впрочем, там нашлось несколько милых золотых безделиц, которые перекочевали ко мне в сумочку. Ничуть не сомневаюсь, что эти безделицы станут предметом зависти моих милых родственничков, которые обязательно постараются стащить у меня культурные ценности другого мира. Это наша любимая игра еще с детства, смысл заключается в том, чтобы втихушку позаимствовать у остальных их личное имущество. Родители всегда поощряли победителя, стянувшего у родственников большее количество вещичек, а проигравшего могли и наказать.
— Чай, кофе, сок, вода. — В гостиную вошел дворецкий с подносом. Я узнала его голос: именно он тогда в библиотеке наставлял на путь истинный молодого слугу. — Что вы желаете?
— У меня множество желаний, — ответила я, пытаясь определиться, что же хочет от меня этот навязчивый тип, для чего он интересуется моими желаниями. Может быть, его подослал Леонард? В нашем мире часто подсылают слуг, чтобы расспросить гостей. — Для начала неплохо бы выжить, — сболтнула я самую-самую правду.
— Это свежайшие напитки, — побледнел дворецкий.
— Тогда оставьте их здесь, — пожала плечами я. — Может быть, мне пить захочется.
— Что вы будете? — спросил дворецкий.
— Буду руководствоваться принципами морали и гуманизма, — выдвинула я фразу, подслушанную на одном из собраний гильдии военных. Точно, его подослали, чтобы разведать мои планы, но дворецкий — это не Леонард, в его присутствии я владела своим разумом и, разумеется, не стала делиться со слугой своими планами.
— Вас понял, тогда воды. — Дворецкий налил мне в хрустальный бокал воды и вышел.
Радуясь, что разумно вела беседу, я сделала глоток. И тут зазвонил мой мобильный. Гадать, кто хочет слышать мой голос, не пришлось, в этом мире был лишь один человек, который знал мой номер. Достаточно быстро я вспомнила, на какую кнопку нужно нажать. Все-таки техника лучше магии, после сотой неудачной попытки она сдается и делает то, что нужно. А вот после сотого неудачного заклинания, пожалуй, и выживших на планете не останется.
— Привет, — довольно весело ответила я.
— Что случилось? Тебя увез Леонард? Ты с ним знакома? Что он от тебя хочет? Он тебе угрожает? — В голосе Серафима ощущалась паника. — Отдай!
Наступила тишина, и в телефоне раздался другой голос.
— Я спасу тебя, — заявил Нутий.
Эти двое неплохо спелись. Вот уж не ожидала.
— Не нужно, — ответила я, но тут же передумала. А что я буду делать, если злотыши вновь объявятся в этом мире? Леонард, конечно, богат и привлекателен, и у него есть свиток, но сомневаюсь, что он сможет одним кулаком отправить в нокаут мерзкую тварь. Да и всей его магии может не хватить на то, чтобы справиться со злотышами. — Нужно. Очень нужно. Спасайте меня!
— Мы тебя не оставим, — прощебетал в трубку Серафим.
— Да, быстрей сюда… к дверям дома, но входить не нужно, — ответила я и вдруг поняла, что связь оборвалась. А я ведь так и не успела сказать, что спасать меня полагается одному Нутию, ну в смысле охранять мое спокойствие от возможного появления злотышей. А вот Серафиму тут появляться вовсе не следовало, он умел лишь улыбаться и хлопать ресничками, что, увы, не является надежной защитой. Я уже собиралась самолично попробовать позвонить Серафиму, уверена, что у меня получилось бы это сделать, но тут в комнату вошел Леонард и все прочее потеряло значение.
Он теперь был в шелковой бордовой рубашке, которая невероятно стильно облегала его торс. Не знаю, предпочитал ли он дома более легкий стиль одежды или оделся так ради меня, но работоспособность моего мозга снизилась еще на насколько процентов.
Надеюсь, что, освещенная пламенем камина, я тоже выглядела обворожительно и загадочно.
— Признаюсь, сначала ваше поведение меня обескуражило, но теперь я разгадал вашу стратегию, — без всяких предисловий начал Леонард.
В этот момент я могла лишь молча восхищаться его умом, потому как разгадать то, чего не существует, по силам лишь немногим. После попадания в этот мир, полный техники и странностей, у меня почти не было возможности для стратегического планирования.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
