— Уфф! — облегченно вздохнул Тайрон. — Будем надеяться, что квакваки Андреуса пока еще не обнаружили моста. Может, и в подземном тоннеле нас никто не поджидает.
— Я иду первым! — быстро сказал Коннор. — Тайрон, ты сумеешь найти вход в тоннель?
— По словам Идрес, это совсем рядом.
Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, и Тайрон внимательно оглядывался вокруг. Смертельно опасные грифы не появлялись, но Рене казалось, что она чувствует их присутствие. Она опасалась, что в любой момент эти мерзкие птицы с пронзительным клекотом выскользнут из-за скалы и ринутся на их головы.
«Тесс тут! — стучало у нее в мозгу. — Мы лишь пересекли границу этой ужасной страны, а уже опасности подстерегают на каждом шагу. Но мы идем, милая Тесс! Мы идем, чтобы вызволить тебя».
— Вот! Это здесь! Я вижу знак!
Тайрон обошел большой круглый валун и стал протискиваться в узкую щель с крутыми стенками. Щель эта оказалась заперта гранитным камнем с плоским сколом на шишковатом каменном лбу. Тайрон нарисовал пальнем таинственный узор, и на глазах у них камень растаял, открывая черную, словно бездонную, дыру.
— Это был не камень, — прошептал Тайрон, — а волшебная завеса, видимость.
Коннор вынул из ножен меч и шагнул в темноту. Тайрон молча взял его за плечо и задержал на секунду, потом простер руку вперед, как бы ощупывая тьму.
— Сюда, — промолвил он, кивая головой в сторону. — Там проход заперт.
Они окунулись в непроглядный мрак. Рена уже давно замечала, что в полной темноте все звуки кажутся особенно громкими. Она двигалась с широко раскрытыми глазами, но все равно не видела даже своей протянутой руки. Слышала лишь прерывистое дыхание мальчиков и шуршание их одежды.
— Давайте возьмемся за руки, — предложил Коннор. — Ну, куда теперь идти, о наш проницательный проводник? — обратился он к Тайрону. — Что-то этот тоннель слишком сужается.
— Он и должен быть узким, а приведет нас в пещеру со светящимся мхом. — Тайрон прислушался. — Кажется, здесь никого нет. — Он осмелел и слегка повысил голос. — Нет, моста Андреусу не обнаружить. Для этого ему или его кваквакам нужно было бы пройти по тоннелю. А к тоннелю выйти можно, лишь зная тайные знаки на растущих поодаль дубах. Но эти грифы-шпионы…
— Шпионы? Разве грифы несут на своих крыльях квакваков Андреуса? — поразилась Рена.
— Не-ет, грифы людей не носят, — решительно замотал головой Коннор. — Если не попадется им овца или горный козел, эти кровожадные птицы с удовольствием разорвут на части человека. Но их можно обучить разведывать все на своем пути. Если грифы разглядели нас и поняли, что мост — дело рук человеческих, они непременно донесут Андреусу.
— Да. И они наверняка видели нас. Будто жуков на стекле. — Рена почувствовала, как Тайрон сжал ее ладонь. — Будем надеяться, что в их глупых птичьих мозгах не удержатся сразу две мысли — о висячем мосте и о людях на нем. Может, о нас они забудут. Да и не до этого сейчас. Нам бы не заблудиться во тьме.
— Если Идрес не обманула, — заметил Коннор, — то светящийся мох…
— Ох, ох, ох… — откликнулось дробное эхо.
— Там пещера! — догадался Тайрон.
Темнота чуть окрасилась слабым зеленоватым свечением. Коннор, который прежде двигался с предельной осторожностью, теперь устремился вперед, увлекая за собой и своих спутников.
Они оказались в просторном гроте. «Ого! Да тут уместилась бы вся наша маленькая деревня», — подумала Рена. Странный светящийся зеленый мох широкими языками полз по скользким стенам к самому куполу пещеры. Мерцающий свет лился со всех сторон.
— Ух ты! — восхитилась Рена.
Коннор вложил меч в ножны, и глухое звяканье металла о металл вдруг колоколом зазвенело в холодной тишине пещеры. Сняв с плеча кожаный мешок с водой, Коннор дал всем напиться.
— Куда дальше? — спросил он Тайрона.
— Держись левой стороны. Отыщи знак в виде цветка и иди влево вниз по тоннелю, — отчеканил Тайрон.
Коннор с сомнением покачал головой.
— Ты же знаешь, у меня всегда были нелады с этими волшебными знаками, — усмехнулся он.
— Этот знак невозможно не почувствовать, если знаешь, что он есть, — уверенно ответил Тайрон.
— Для меня все возможно, — рассмеялся Коннор. — Даже невозможное.
— А как его надо почувствовать? Пальцами? — спросила Рена.
— Нет… всем существом… каким-то шестым чувством… Ну, помнишь, как мы ощутили невидимую границу Свободной Долины?
— Угу!
— Ты же ощущала…
— Ну да, будто меня подняли за ноги и все вытряхнули, как из мешка. Спасибо, больше не желаю таких ощущений.
Коннор весело хмыкнул.
Тайрон вздохнул.
— И почему я окружен такими тупоголовыми… — Он вдруг умолк, уставившись в светящийся купол пещеры.
— Что случилось? — прошептала Рена. Знакомая когтистая лапа страха сжала ее сердце.
— Здесь кто-то еще, кроме нас? — насторожился Коннор и выхватил меч.
Они стояли, замерев и оглядываясь по сторонам. Рена цепким взглядом скользила по неровностям стен, выемкам и темным впадинам, непонятным отверстиям в мягкой породе. Никого…
Тайрон расслабился.
— Если бы здесь были квакваки, они давно бы уже обрушились на нас, — неуверенно произнес он.
— Ты прав, — согласился Коннор.
— Меня все еще преследуют вой варри и клекот грифов, — поежился Тайрон. — Давайте убираться отсюда поскорей.
— Мы следуем за тобой, о предводитель, — изящно поклонился Коннор.
Тайрон не обратил внимания на его усмешку и молча зашагал к противоположной стене пещеры.
— Сюда, — позвал он, махнув рукой.
Рена увидела узкую щель в стене. Тайрон как бы мимоходом провел ладонью по каменному выступу перед темным отверстием, и оно мгновенно расширилось настолько, что юные путники смогли протиснуться в открывшийся коридор.
Этот коридор резко уходил вниз, и вскоре открылся в следующую пещеру. Она тоже была мягко освещена, только не зеленым, а серо-голубым мхом.
Неподвижный воздух был насыщен затхлым запахом плесени, расползшейся по древним камням. Слышался лишь звук шагов трех осторожных путников, их дыхание, шорох одежды и скрип кожаных башмаков. Коннор, ладонь которого лежала на рукояти меча, опасливо оглядывался.
Они продолжали медленно продвигаться вперед. Снова тоннель, длинный и извилистый, и… перед ними разверзлась громадная пещера с грохочущей рекой. Извивающийся пенный поток клокотал в каменном русле, пробитом неистовой силой воды посреди пещеры. Пробравшись к самому краю потока, они склонились над подземной рекой, чтобы напиться. Вода оказалась необыкновенно вкусной и холодной до ломоты в зубах. Коннор, не медля, наполнил запасом воды свой кожаный мешок.
Русло реки вело вдоль стен пещеры дальше, и они последовали за ее течением.
— Может быть, остановимся и поедим? — предложил Тайрон.
Коннор, ни слова не говоря, скинул с плеча дорожную суму. Когда он вытащил из нее скукоженное, сухое овсяное печенье, Рена поморщилась.
— Я, наверное, умираю с голоду, если эта штука кажется мне съедобной, — усмехнулась она.
— На вкус оно гораздо лучше, чем на вид, — успокоил ее Коннор.
Они уселись около черных сталагмитов, столбами поднимавшихся к потолку пещеры, и молча принялись за еду.
Спустя несколько минут Тайрон проговорил, словно бы размышляя вслух:
— Интересно, как долго мы уже идем? Здесь, в подземельном мраке, время будто бы остановилось. И не сообразишь, сколько пролетело часов, а может, и дней.
— Не знаю, мне кажется, что мы тут пробыли полжизни, — тяжело вздохнула Рена. — Сижу на холодном мокром камне, а кажется, что восседаю на королевских подушках. Наверное, я смертельно устала.
— Тогда объявляю привал, — решительно сказал Коннор.
Стоило им развернуть плащи и улечься, опустив головы на дорожные сумки, как всех троих буквально сковал глубокий сон.
Рена плавала в переплетающихся, тревожных и неясных сновидениях, когда в ее сон ворвалось восклицание Тайрона:
— Кто тут?
Рена широко открыла глаза. Коннор вскочил на ноги и выхватил меч из ножен. В своей помятой и испачканной бархатной тунике, со спутанными рыжими волосами он, однако, выглядел воинственно.
Рена, сдерживая дыхание, вслушивалась в затаенную тишину.
Ничего, кроме несмолкаемой — кап-кап-кал, — сочащейся по каменным желобкам стен воды, она не услышала.
Тайрон облегченно вздохнул:
— Извини, Коннор. Кажется, я зря вас всполошил. Но мне явственно почудилось, будто кто-то за нами наблюдает. Наверное, во сне.
Рена потерла глаза и зевнула.
— Наверняка почудилось, — пролепетала она сонным голосом. — Будь то квакваки, они уж давно набросились бы на нас и утащили в темницу. А если бы это были наши друзья, то чего им таиться?
