МВД и КГБ. Красная площадь — это стратегический объект, если ты ещё не понял.
Меньше всего вопросов мне задали во «Внешторге». Я им быстро объяснил ситуацию, указал сумму, которую Луи Виттон готов перечислить за съёмку — и нашёл полное понимание. И вот теперь приходится уговаривать городские власти в лице Гришина и председателя Мосгорисполкома Промыслова. Оно, может, и к лучшему. Сразу пообщаюсь с партийным и хозяйственным руководителем столицы. Но особого восторга товарищи пока не выразили. Значит, придётся переходить к плану «Б».
-Насколько я понял господина Виттона, у него есть планы на сотрудничество с СССР. Его компания выпускает достаточно большой ассортимент сумок. Почему бы вам не обсудить создание совместного предприятия, или производство комплектующих для французской компании. Сам месье Гастон настроен очень позитивно. Что касается компетентных органов, то в любом случае придётся с ними сотрудничать. Хотя никто не собирается снимать Мавзолей или Вечный огонь. Нам хватит Спасской башни, Собора Василия Блаженного и Большого тетра. А ещё у меня есть предложение снять обзорный ролик о Москве для иностранцев. Чем больше туристов посетят столицу, тем лучше для образа нашего государства за рубежом.
Ещё чуть-чуть, и я бы начал шпарить про марксизм-ленинизм, восьмую пятилетку и выполнение решения последнего съезда. Только передо мной сидят прагматики, которые сами кого угодно сагитируют за советскую власть. Надо заинтересовать двух этих политических тяжеловесов. Только не уверен, что окончательное решение может принять лично Гришин. Хотя именно он является фактическим главой города и членом ЦК КПСС. Но всё-таки обозначенный мною формат сотрудничества с иностранным концерном — слишком заманчивая перспектива, чтобы её игнорировать. Ведь дело не в прибыли. Политические дивиденды для людей такого уровня гораздо важнее. Но меня это волнует меньше всего. Поэтому решаю додавить товарищей.
-Вот прошение о получении разрешения, — достаю из папки несколько листов, — «Минкульт», «Госкино» и «Внешторг» одобрили мою инициативу. Компания «Луи Виттон» начала активно поддерживать разнообразные культурные мероприятия. Сотрудничество с этой компанией поможет советским литераторам, режиссёрам, художникам и другим деятелям искусств, заявить о себе на международном уровне. Поэтому профильные ведомства поддержали мой проект. Это не только престиж, но и валюта, которую наши граждане могут заработать для страны.
В итоге бонзы пообещали дать ответ в ближайшее время. Далее меня расспросили о будущем фильме и поездке в Париж. Чувствую, что всё делается для галочки, без реального интереса. Надо бы разрядить обстановку. Да и хорошие отношения с такими товарищами не помешают.
-Виктор Васильевич, вы наверняка знаете ситуацию в нашем клубе изнутри, — резко меняю тему под удивлённые взгляды собеседников, — Поменяли трёх тренеров. Еле заползли на седьмое место. Что это за бардак? Простые болельщики негодуют, если вы не в курсе.
По мере того как Гришин понимал, о чём я говорю, его лицо приобретало более расслабленное выражение. В конце моей сентенции он даже улыбнулся и ответил.
-Так вы наш — спартаковец! Знаю, что в киношной и театральной среде много наших болельщиков. Приятно, что вы тоже свой!
-Красно-белый навсегда! — произношу слоган из будущего, который явно понравился Гришину.
-Зина! — глава Горкома снял трубку и вызвал секретаря, которая моментально появилась в кабинете, — Сделай нам чайку, ну, и что там положено. А то разговор с товарищем Мещерским затягивается.
Под отличный чай, бывший глава ВЦСПС, который курировал «Спартак», рассказал о ситуации в клубе. По его словам, ситуация стабилизировалась. Наконец-то определились с тренером и решили дать время Симоняну на строительство новой команды. Часть игроков, которые зажрались или негативно влияли на обстановку, попросили на выход. В этом году можно ожидать более удачного финиша. Хотя выиграть чемпионат при наличии такого мощного киевского «Динамо» — очень сложно. В принципе, всё это мне известно, но не так детально. Историю любимого клуба я знал неплохо и то, что через год мы прервём гегемонию украинского монстра, тоже в курсе.
-А почему у нашего клуба до сих пор нет своего стадиона? — поднял я один из самых болезненных вопросов для любого спартаковца, — У всех команд есть свои дома, одни мы бездомные. Я часто слышу, что стадион им. Ленина фактически спартаковский, но это не так. Но на Лужнецкой набережной расположена всесоюзная арена. Поэтому должно быть, как в Англии. Там даже у самого заштатного клуба есть свой стадион. К нему прилагаются музей, магазин атрибутики и много всего интересного. Надо брать пример с капиталистов и развивать подобные направления. Но это более глобальный вопрос. А вот стадион — насущная необходимость.
-Видишь, Владимир Фёдорович, — Гришин с улыбкой обратился к главе исполкома, — Болельщикам нужен свой дом, как выразился товарищ Мещерский. И я тебе не перестаю говорить об этом. Почему у всяких «Динамо» с «Торпедами» есть стадионы, а у нас нет? Кто, в конце концов, самый популярный и титулованный клуб страны?
Видать, эти двое уже обсуждали тему стадиона, когда Гришин возглавлял ВЦСПС. «Спартак» же профсоюзная команда. Главный московский хозяйственник начал приводить свои аргументы. Мол, есть Лужники, не хватает фондов, и вообще — надо вносить строительство в следующий пятилетний план. Интересно, он случайно не «мусор» или «конь», если так активно саботирует право «Спартака» на свой стадион.
Но всё это неважно. Главным итогом встречи было то, что я наладил вполне себе дружеские отношения с городскими руководителями. Это полезно для дела, и есть у меня шкурный интерес. Я слишком устал быть приживалой у своего дружка. Пора обзаводиться собственным жильём и, при определённых раскладах, хорошие отношения со столичными властями должны помочь получить квартиру получше.
***
-Здорово, дядя Лёша! — приветствую своего бывшего соседа и тёзку, когда он открыл дверь.
-Лёха! Сколько лет! Давай, заходи, чаю выпьем. Расскажешь, как там живётся на кинематографическом Олимпе. А то я тебя последний раз по телевизору и видел. Вживую, считай, как ты из армии вернулся — и всё.
Я специально приехал в родной город для встречи с этим человеком. Василий Петрович был ещё крепким мужиком с резкими чертами лица, поджарой фигурой и ладонями-тисками. По молодости я даже побаивался жать ему руку. Сейчас он заслуженный пенсионер, получивший производственную травму и лишившийся двух пальцев на левой руке. Он любил шутить, что прошёл всю войну практически без единой царапины, но ранение настигло его в мирное время. А ещё дядя Лёша был токарем от бога. Думаю, ему по силам изготовить любую деталь, что его периодически и просили сделать бывшие коллеги, друзья и соседи. Он часто проводил время на
