Было высказано много предположений относительно этого таинственного всадника, и друзья постоянно приставали к автору, чтобы он удовлетворил их любопытство. Однако тот всегда отказывал, адресуя к ежемесячным продолжениям.
Как уже говорилось в предыдущих главах, Майн Рид был смелым и опытным всадником. Живя в Джеррардз Кроссе и в других сельских местностях, он владел несколькими резвыми верховыми лошадьми. Во время работы над «Всадником без головы» писатель для отдыха и в поисках вдохновения почти ежедневно садился на норовистую черную лошадь и галопом скакал по малонаселенной местности. В этих диких скачках он проезжал ровные участки и леса – это в какой-то степени напоминало ему прерии и чапарель, поднимался по крутой тропе, на которой местами не за что было ухватиться. Тропа вела к старым звериным норам. По одну сторону от тропы располагалась долина, напоминавшая миниатюрное горное ущелье.
Здесь в своем воображении Майн Рид снова блуждал по бесконечным прериям и девственным лесам юго-запада Соединенных Штатов, снова жил среди охотников и ловцов мустангов. Неудивительно, что, вернувшись домой, он продолжал свой рассказ, насыщая его жизнью и реализмом.
Заголовок «Всадник без головы» может заставить подумать некоторых читателей, не знакомых с другими произведениями автора, что главный и единственный интерес романа – в его сюжете. Однако такое предположение далеко от истины. Перечитывая книгу, читатель убедится, что мало какой роман отличается таким обилием познавательного материала, вплетенного в сюжет. Мало кто из читателей пожалуется на многочисленные и искусно написанные отступления, в том числе описания жизни фронтира и особенности гражданства Техаса в ранние дни существования этого штата, на описания военного форта с его загорелыми солдатами, «отеля» или таверны, суда Линча и бескрайних прерий; и среди самых интересных – яркие описания благородной дикой лошади, или мустанга, ее жизни в бесконечных прериях, а также ловли и приручения; все это сопровождается красочными подробностями и точностью изображения; невозможно усомниться в истинности этих описаний и в том, что все они основаны на личном опыте.
Майн Рид владел своеобразным стилем. Он словно увлекал за собой читателя. Перо его обладало магнетической силой, и читатель часто забывает, что он читает книгу, настолько воображает себя участником событий. Для «Всадника без головы» в особенности характерно такое свойство.
Тоска Майн Рида по прежней жизни, которая произвела на него такое впечатление, станет понятна из следующего отрывка из «Всадника без головы». Говоря о «непревзойденном на земле удовольствии», он пишет:
«Можете толковать о спокойных радостях домашнего очага. Временами в прерии я сам вспоминал о них и стремился к ним вернуться. Но теперь, оглядываясь назад и сравнивая прошлое с настоящим, я не могу не воскликнуть: «Верните меня к лагерному костру, за которым сидит с полдюжины моих друзей-охотников, дайте мне это снова, а себе возьмите мое богатство и все почести, которые я приобрел; трижды благословенны труды и заботы, которые следует приложить, чтобы снова все это приобрести!»
* * *
Правя гранки «Всадника без головы», Майн Рид одновременно готовил к печати роман из мексиканской жизни, озаглавленный «Бандолеро, или Свадьба в горах»; этот роман он написал для газеты «Куин».
Теперь Майн Рид находился в зените славы и богатства. Он стал крупным земельным собственником в Джеррадз Кроссе. Вдобавок к двум домам, которыми он владел с 1853 года, он взял в аренду на срок в девяносто лет луга и примыкающие земли, на которых принялся возводить себе дом по собственному проекту. Часть земель он просто купил, особенно участок, на котором нашли глину.
В 1866 году на своей земле Майн Рид завершил строительство дома,по стилю напоминавшего мексиканскую хасиенаду. Этот дом, так контрастировавший с окружающими жилищами, он назвал «Ранчо» – так же назывался и его предыдущий дом. Он говорил, что местные жители не смогут произносить настоящее название – хасиенада.
Примерно в это время в «Ранчо» к Майн Риду явилась делегация, предложившая ему баллотироваться на следующих всеобщих выборах в парламент – кончено, от либералов. Майн Рид был настолько популярен среди либералов и рабочих, что имел все шансы быть избранным. Но когда состоялись выборы, писатель и военный уже находился в другой фазе своей полной событиями карьеры.
Глава XV
Воспоминания Чарлза Олливанта. Описание «Ранчо». Строит несколько домов в деревне.
Среди молодых читателей у Майн Рида было много пылких поклонников – и в Англии, и в Америке, и стол писателя часто бывал засыпан письмами его молодых друзей, в самых сильных выражениях передававших свое восхищение и просящих фотографию своего героя.
Но никто из них не был так предан писателю, как Чарлз Олливант, сын мистера Джорджа Б. Олливанта, из Манчестера. Он всегда оставался истинным и преданным другом Майн Рида.
Молодой Олливант, подобно тысячам других читателей по всему миру, восхищался произведениями Майн Рида, и это привело его к горячему желанию увидеть самого автора. Наконец в 1865 году он написал Майн Риду из дома своего отца в Сейле, Чешир, и вскоре получил доброжелательный ответ в сопровождении фотографии писателя. На протяжении года они обменялись еще несколькими письмами. На следующий год, в июле, будучи в гостях в Лондоне, мистер Олливант, как сам вспоминает, «решил без всякого формального предупреждения навестить своего любимого писателя». Соответствено он поездом добрался до Аксбриджа, а оттуда пешком направился в «Ранчо» – за четыре мили.
Для настоящей книги мистер Олливант любезно предоставил свои воспоминания. В нижеприводимом отрывке рассказывается о его первом посещении писателя.
«Придя на место и спросив «капитана Майн Рида», я получил ответ, что его нет дома, что он на лугу, примыкающем к деревне Джеррардз Кросс. Предпочитая свежий воздух ожиданию за закрытыми дверями, я пошел вдоль дороги и вышел на луг. Пройдя некоторое расстояние, я никого не встретил и сдался.
День был очень жаркий, я устал после пешего подъема от Аксбриджа, лег на пурпурный вереск , которым порос весь луг, прикрыл шляпой глаза и вскоре погрузился в полудремоту.
Так лежал я несколько минут и уже начал покоряться богу сна, как пришел в себя от неожиданного вопроса: «Устали, мой молодой друг?» Торопливо отбросив шляпу, я увидел стоящего рядом со мной джентльмена, одетого в легкий твидовый костюм, с поясом на талии – костюм этот известен под названием норфолькский свитер. В правой руке джентльмен держал малаккскую трость с серебряным набалдашником. Он чуть выше среднего роста, с военной осанкой, черные волосы необычно длинные, густые усы и бородка. Глаза темно-карие, нос среднего размера и прямой, рот маленький и выдающийся подбородок. В целом лицо с его решительными чертами говорило о смелости и твердости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
