Дебби поднялась в свою комнату и постаралась припомнить все штучки, известные ей со времен, когда она выходила на подиум, способные выгодно подчеркнуть ее внешность. Закончив туалет, осталась довольна результатом: выглядела она просто потрясающе.
Распущенные волосы пепельным дождем закрывали ее по пояс. Она надела модный кожаный брючный костюм, застегивающийся спереди на крупную молнию. Его подарил известнейший модельер после того, как она представила одну из его авангардных коллекций. Костюм был выполнен в единственном экземпляре, и Дебби грела душу мысль, что она ни за что не сможет встретить еще одну женщину в подобном наряде.
И все же она повертелась перед зеркалом, терзаемая сомнениями. Дебби знала, что выглядит просто великолепно, костюм идеально сидел на ее высокой стройной фигуре. И чего я волнуюсь? – думала она, надевая пару любимых серебряных сережек с бирюзой. Какое мне дело до того, что подумает обо мне местное общество?
Неизвестно, готовы ли были к ее авангардному облику харборские аристократы, но уж Чарли, во всяком случае, был просто сражен. Увидев Дебби, он несколько раз быстро кашлянул и долгое время не знал что сказать.
Наконец он выдавил:
– Может быть, нам все же лучше поесть дома?..
– Ну уж нет, – спокойно ответила Дебби. – Я многого ожидаю от этого ленча.
– Гмм.
Вскоре, весело болтая, пришли Эвелина с женихом. Дебора заметила, что они так влюблены друг в друга, что им стоит больших усилий не обниматься на людях.
– Тони переехал ко мне. Мы никак не можем решить, останемся ли в Саг-Харборе или двинем на Пятую авеню, – заявила Эвелина.
– Я сделал предложение весьма кстати. Айзек Зингер, газетный король, хочет купить наш дом, – заметил Тони, – и готов выложить миллион!
– Значит, не случайно мы встретили его здесь. Он может стать нашим соседом, – задумчиво произнес Чарли. – Что ж, тогда распрощайся с тишиной и покоем, дорогая! Вскоре поместье наводнят журналисты.
– О нет, не выйдет, – возразила Дебби. – У нас надежная служба безопасности. Это одна из причин, по которой, я купила здесь дом.
– В самом деле? – фыркнул Чарлз и покосился на Энтони.
Эвелина болтала без умолку и все время размахивала левой рукой, чтобы все заметили сверкающий бриллиант на ее указательном пальце.
– Эва! Какое чудесное у тебя кольцо! – прошептала Дебби, изо всех сил стараясь не выдать своей зависти. Неужели я в самом деле так старомодна, если тайком мечтаю, чтобы Чарли подарил мне подобное кольцо в знак подтверждения своих намерений? – подумала она.
– А где Пит? – поинтересовалась Эвелина.
– Он спит, – ответил Чарли. – Я уложил его всего несколько минут назад.
Дебби заметила, как гости переглянулись. Они решили, что Чарли и Дебби решили последовать их примеру и тоже поженятся.
– О, я так люблю Пита! – вздохнула Эвелина. – А как же я буду любить моих собственных детишек! Давай нарожаем их поскорей, дорогой! И как можно больше!
– Нет уж, сперва я на какое-то время хочу получить тебя в свое полное распоряжение. А уж потом, насытившись друг другом, мы заведем детей, – радостно заявил Тони, игриво подмигнув Честерфилду.
Хозяева наконец простились с влюбленной парочкой. Чарли сел за руль, и они потихоньку поехали к ресторану. Вдруг он заметил в тени деревьев человека с фотокамерой.
– Смотри-ка, – указал он.
– Репортер? – предположила Дебби.
– Вроде да.
– Недоумеваешь, что он тут делает? Не за тобой ли охотится? – спросила она.
Чарли покачал головой.
– Нет, за Зингером. У меня слишком невыразительный профиль, – улыбнулся он.
– Зингер незаслуженно богат и красив, – заметила Дебби.
Чарли мгновенно напрягся.
– Значит, он все-таки нравится тебе?
– Нет.
Странно, но этот ответ удовлетворил Честерфилда. Он молчал до тех пор, пока они не сели за лучший столик в ресторане. Оттуда открывался вид на залив. Прочие посетители разглядывали прибывшую пару во все глаза.
Но те не обратили на это внимания. Они принялись изучать меню. Дебби в ресторане всегда выбирала рыбу. Чарли помнит это.
– Для начала два коктейля из креветок, – обратился тот к официанту. – Затем запеченная форель, артишоки и бутылка «шабли», пожалуйста.
Когда официант ушел, никто из них не решился заговорить первым. Так, молча, они дождались, пока их обслужат. Дебби начала, нервничать, но вдруг Чарли перегнулся через столик и взял ее руку.
– Я люблю тебя, Дебора. Согласна ли ты стать моей женой?
12
Дебби уставилась на него, не веря собственным ушам.
– Но ты же не любишь меня, – прошептала она. – Пожалуйста, не говори, что любишь, ведь на самом деле это не так.
Он нахмурился.
– С чего ты взяла?
– Ты не любишь меня, – зло прошипела Дебби. – Ты предлагаешь мне выйти за тебя, замуж только: потому, что тебе нужен наследник. А я иду в нагрузку. Но тебе прекрасно известно, что мысль стать твоей женой улыбается мне лишь в том случае, если ты любишь меня!
– В самом деле?
Дебби подозрительно взглянула на него.
– Что?
– Ты бы не вышла за меня замуж, зная, что я не люблю тебя? Отвечай честно и быстро!
Чарли пристально смотрел на нее. Внезапно она поняла, что не может солгать под взглядом этих проницательных темно-синих глаз.
– Думаю, вышла бы, – призналась, подумав, Дебби.
– И почему бы ты так поступила? – осторожно выпытывал Чарли.
Следует ли ей забыть про гордость и ответить честно? Разве он не заслужил этого после всего, что она ему устроила?
– Потому что моей любви хватит на нас двоих, – проговорила Дебби и смутилась.
Чарли улыбнулся, потом расхохотался. Ей еще ни разу не приходилось видеть его в таком веселье.
– Что здесь смешного? – спросила она.
– Ничего. И вместе с тем – все. О, дорогая, ты воплотила в жизнь все мои мечты.
– Чарли…
Он покачал головой.
– Позволь мне закончить, родная. Позволь раскрыть тебе душу. Когда наши отношения зашли в тупик…
– Из-за моей ревности?
– Да, хорошо, отчасти. Но если ты опасалась, что я изменяю тебе, это означает, что я не смог обеспечить тебе надлежащий душевный покой и уверенность во мне.
– Не уверена, что считала, будто ты наставляешь мне рога, – заметила Дебби. – Просто меня раздражало то, что стоило мне отлучиться, как вокруг тебя принимались увиваться всевозможные красотки. Я хотела все время быть рядом с тобой, Чарли, но мне казалось, что тогда я быстро тебе надоем.
– Но почему? – поразился он.
– Потому что я была всемирно известная манекенщица. И думала, что ты любишь меня за это. Неужели ты не был бы разочарован, узнав, что я мечтаю быть домохозяйкой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
