не по себе.
– Ты что-то нехорошее думал про меня, пацан? – спросил Кайл тихим, чрезвычайно спокойным голосом.
– Неееет, что ты… я просто дурачусь… что мне уже и подумать нельзя про себя? Это тоже тебе на нервы действует?! – Мирт вдруг завёлся с пол оборота, ведь злость, копившаяся несколько дней, требовала выхода. – Обвиняешь меня в не хороших мыслях, просто с ума сойти с вами можно!
Йохан на реплику Мирта ничего не ответил, но на перепалку брата и Мирта смотрел с любопытством и даже ухмылкой.
– Не получится сойти с ума, если ума и так нет! – жёстко ответил Кайл, и Мирт рассвирепел окончательно:
– И это мне говорит человек, которому не нравится, когда про него плохо думают! Думают, чёрт подери!!! Да ты грёбанный кретин!
– Сам такой! И я имею право в тебе сомневаться, ведь ты был вместе с тем громилой за одно! Может ты просто ждёшь подходящего момента, чтобы перерезать нам глотки пока мы спим?!
– Не, ну тут ты уже перегибаешь… – встрял в разговор Йохан, но тут же был прерван братом:
– Заткнись! Я имею право и повод ожидать от него проблем! И вообще, он думает обо мне какие-то гадости, может он замыслил убить меня, а ты сейчас его защищаешь!?
– Да какой, нахрен, убить?! Я просто думал о том, какая же у тебя маленькая пипка, а ты записал меня в предатели и убийцы?!
– Пипка.. – Кайл задумчиво уставился на свой пах, затем поднял глаза на Мирта и резюмировал, – да не, просто я замёрз, холодно всё-таки.
Повисла неловкая тишина. И только Йохана кряхтел в стороне, пытаясь сдержать в себе дикий хохот.
4
Когда мы дошли до первого поселения ничего не изменилось. Я всё так же умирал от тяжести сумок, а с неба всё так же лился проклятущий дождь. Мы устали. Промокли. Промёрзли. Но кажется стали чуть ближе.
Поселение представляло из себя несколько десятков каменных домов, расположенных главным образом по бокам тракта. Одна длинная улица и больше ничего, никаких ответвлений. И нет ничего удивительного, что на этой улице имелся трактир. Даже два. Несколько торговых лавок: оружейник, лекарь, бакалейщик. И просто дома местных жителей, которые зарабатывали, должно быть, тоже на проезжающих мимо людях.
При этом как именно они зарабатывают – не ясно. Возможно они грабят проезжающих мимо людей, возможно обслуживают каким-либо способом… возможно там живут родственники торгашей, но факт заключается в том, что это небольшое поселение, состоящие из двух десятков каменных домов спекулирует на проезжающих мимо путешественниках.
И есть среди этих домов одно, которое над другими возвышается, и не мудрено – ведь это башня. Примерно в три этажа, не очень большая, но весьма заметная издали. На верхушке башни находится смотровой пункт, там, под деревянным навесом от непогоды скрывается худая фигура незнакомца, этот человек внимательно рассматривал подъезжающую к поселению троицу, и как только они подъехали достаточно близко, чтобы их можно было рассмотреть с башни, скрытый наблюдатель написал что-то на листке бумаги, свернул в трубочку, и отправил послание вместе с чёрным вороном, что сидел тут же в клетке, несмотря на непогоду, птица должна доставить послание в отделение гильдии авантюристов в ближайший город, доложить, что подозрительная троица, без скаковых, и без охраны, количеством всего три человека путешествуют по землям юного барона, что как минимум странно… но наблюдатель постарался выкинуть эти мысли из головы, всё же не его ума то было дело, пусть лучше старшие по званию разбираются, а его дело малое – доложил и отдыхай!
Однако его коллеги по цеху. Прекрасные стражницы, нанятые ближайшими торговцами и раскрайтерованные тоже в этой башне, но этажом ниже, так же заметили приближение подозрительных путников к месту ими охраняемым. Это возбудило в двух воительницах неподдельный интерес, и они накинули на головы длинные кожаные шляпы, защищающие от дождя, закутались в тёплые плащи и вышли в эту поганую погоду, встречать подозрительную троицу.
Кайл почувствовал на себе взгляды, но предупреждать товарищей не стал, ведь не зачем… совершенно очевидно, что за ними наблюдают, ведь они вошли в чужое поселение, а неизвестные всегда приковывают к себе внимание. Он уловил направление взгляда, смотрели на них с высокой башни, похоже, что под деревянным навесом на её крыше прячется человек, однако его намерения Кайл определить не смог, слишком велико расстояние, слишком устал он в пути…
Однако вскоре к троице приблизились две закутанные в плащи фигуры. Их головы закрывали огромные кожаные шляпы, а полы их спускались так низко, что лица не удавалось разглядеть. Эти двое подходили всё ближе и ближе, пока не остановились вдруг шагах в десяти, шляпы слегка приподнялись и Кайл смог разглядеть длинные ресницы, и красивые карие глаза у одной девушки, и синие у дроги. Но то была не холодная, промораживающая синева брата, то было мечтательное небо с мягкими облаками, манящее куда-то в прекрасное и далёкое… Кайл содрогнулся. Он отвлёкся от главного, нужно проверить их на эмоции… любопытство и готовность биться, ничего более.
– Кто вы такие, и что вам надо здесь? – заговорила голубоглазая, начав говорить первой она показала, что из них двоих главнее.
Йохан посмотрел на брата. Мирт молчал и рассматривал каменную башню, он видел такое высокое строение впервые, и оно производило на него какой-то потрясающий эффект монументальности. Говорить пришлось Кайлу, что было ошибкой, ведь говорить он не любил и ни очень-то умел:
– Мы путешественники. Идём из деревень, что на востоке.
– Зачем? – спросила стражница.
– Уж точно не убивать и не грабить, – мрачно ответил Кайл.
Стражница нахмурилась.
– Конкретнее.
– Что конкретнее? Конкретнее описать, чего мы делать не будем? Хорошо. Мы не будем врываться в дома местных жителей по ночам, мутузить их ногами, насиловать женщин, перерезать всем глотки и забирать с собой всё золото…
– Брат, что ты несёшь?! – испугался Йохан за брата, он как-то совершенно не учёл, что рассудительный и спокойный брат, после долгого и изнурительного пути окажется в отвратном настроении.
А стражницы приготовились к бою. Плащи были откинуты в грязь. В их тонких нежных руках были до белого зажаты загнутые назад ножи. Под плащами оказались кожаные латы, и ремни с креплениями для ножей. Только почему-то у голубоглазой ремни эти были ярко-розового цвета. Кайл однажды видел цветок похожего оттенка, такой необычный мягкий цвет редко встречается в суровой природе. Это отрезвило юношу, он вдруг подумал, что начинает перепалку просто из ничего, и поспешил исправиться способом для него не привычным, но другого он не знал:
– Прости… я устал от долгого пути и не хочу сейчас никаких допросов понимаешь? Мы обычные путники, идём из своей деревни в поисках лучшей жизни.
– Ясно. – голубоглазая всмотрелась в Кайла долгим, прекрасным взглядом, затем проговорила:
– Ладно, дальше по
