Велес? Спрятать ее? Чтобы никто в нижних и высших мирах не знал, где она?..
Каврай улыбнулся.
– Нет. Мы хотим, чтобы она вновь родилась.
Глава 12
Кровь в воде
Жители Яренфьорда величали Ярен городом, но, по сути, он был большой укрепленной усадьбой, кругом которой год от года разрасталось оживленное, многолюдное поселение. Хозяин усадьбы Арн Богач именовал себя ярлом, и никто этого не оспаривал.
Народу при усадьбе обитало и кормилось видимо-невидимо. Пивоварни, кузни, амбары, корабельные мастерские – чего там только не было. Под стенами усадьбы располагалось шумное торжище, куда люди со всех окрестностей везли то, что вырастили, и меняли на добытое за морями. Там же Арн устраивал суд, проводил тинг, собирал налоги. На берегу, возле пристани, появилось даже такое новшество, как постоялый двор.
Торг то бурлил, то замирал – в зависимости от того, наступало ли время варить пиво или забивать скот. Тогда туда тянулись возы со всех окрестных усадеб и хуторов. Но многие жители Яренфьорда уже переселились под стены усадьбы окончательно.
Нынче была весна – время, когда смелые парни уходят за море, в чужие края, ища добычи и славы. На хуторах останутся женщины, дети и подростки. Останутся и «соломенные» старики, которым не выпала удача погибнуть в бою. Под их присмотром рабы, взятые в прежних походах, пахали землю, сажали ячмень, выгоняли коров на летние пастбища… Мужчины-воины вернутся только осенью, с добычей или без нее. Или не вернутся.
Кто, с каким хёвдингом, на каком корабле и куда пойдет – это обычно решалось еще зимой, в веселые, сытые и пьяные дни Йоля. Все, что нужно взять с собой в путь, давно было собрано. Теперь оставалось лишь принести жертвы богам и дождаться благоприятного дня, чтобы отправиться в поход.
* * *
Среди множества домов, что выросли как грибы по берегу фьорда, особенно приметной была кормильня, или пиршественный дом. Одинокий вояка по имени Рольф, насмотревшись на харчевни в южных странах, устроил нечто в том же духе – больше ради забавы, чем ради прибыли. Он звал в гости всех, кто ему нравился, кормил, выпивал с ними, развлекал беседой и оставлял на ночлег за плату, которую определял сам так, как ему вздумается.
Тем вечером у Рольфа гостей было мало. Зато какие – сам Арнгрим Утопленник с друзьями! Рольфу было даже не очень обидно, что прочие посетители как-то подозрительно быстро разбежались по домам. Он понимал: Арнгрим уйдет, а разговоров о нем до следующей осени хватит.
– Гуляем на все!
Дарри положил перед хозяином толстый серебряный перстень.
Рольф искоса посмотрел на украшение.
– Знаю я вас, парни. И сколько вы съедите и выпьете, тоже знаю. Не пойдет.
Дарри переглянулся с братом, надел перстень на палец и снял другой – поуже, с красным камнем и явно женский.
– О, вот это другой разговор, – одобрительно кивнул Рольф. – Можете гулять на все. И вон ту рабыню в придачу.
– Пусть подносит нам пиво, а там поглядим, – снисходительно сказал Дарри.
Крум смотрел на Арнгрима, и его лицо было полно задумчивости.
– Да, пусть тащит пиво, и побольше, – буркнул Арнгрим.
Дарри с любопытством уставился на друга, наблюдая, как тот за неподвижным лицом тщетно пытается скрывать чувства. Младший Хальфинн уже успел где-то выпить, и его круглые щеки пламенели в сумраке харчевни.
– Везунчик, у тебя сейчас пиво в руке закипит, – ласково улыбаясь, заметил Дарри.
Арнгрим с недоумением поднял голову.
– Или взглядом дыру в столе прожжешь! Ты чего такой злой?
– Я не злой, – мрачно рыкнул Арнгрим.
– Зубами только потише лязгай, тогда поверю! Ну, рассказывай уже… Как тебя встретил отец?
Крум бросил на брата предостерегающий взгляд.
– Так и не впустил в усадьбу? – не унимался Дарри.
В глазах Арнгрима полыхнула ярость, но он сделал рабыне знак подлить пива и внешне спокойно ответил:
– Да, ворота отцовской усадьбы не открылись передо мной. Клянусь Громовержцем, я уже был готов разнести их! Но тут вышли Одд и Гейр, мои младшие братья. Я пытался рассказать им об опасности. О том, что Ледяной Дракон готов проснуться и сойти в долину… Братья не слушали. Кажется, ни единое мое слово их не обеспокоило…
– Их обеспокоил ты сам, – заметил Крум. – Твои предупреждения они сочли ложью. Поводом прийти в Ярен.
– Клянусь троллями, похоже, так и было! Братья ничего мне не ответили насчет ледника. Только передали приказ отца немедленно убираться из Ярена. «Уходи обратно к себе. Если бедствуешь или был неурожай, тебе дадут деньги, рабов и припасы…»
– А ты им что? – спросил старший Хальфинн.
– Что никуда не уйду, не поговорив с отцом. Подачки мне не нужны. Я пришел предупредить о великой опасности, а не милости просить…
– И что братья?
– Сказали, что передадут мой ответ отцу, и ушли… Я снова торчал у ворот, а люди смотрели на меня как на пугало… Потом вышел посыльный от ярла и передал его слова: оставаться в Ярене, ждать его волю. Вот я и сижу, жду.
– Что ж, неплохо, – отозвался Дарри. – Стало быть, старик не отказался говорить с тобой. Он просто еще не придумал, что сказать!
– Он не захотел тебя принять как сына, – уточнил Крум. – Однако твое появление очень его встревожило.
– Согласен! – подхватил его брат. – Ярл просто боится с тобой встречаться.
Арнгрим нахмурился, ссутулив над столом широкие плечи.
– Тогда зачем он велел ждать?
Горячка обиды уже проходила, и теперь холодным умом он вполне понимал: иначе и быть не могло. Отец отвернулся от него много лет назад. Спасибо, что не спустил собак на отвергнутого богами Утопленника…
– Ставлю кувшин пива, скоро придут твои братья, – продолжал Дарри. – Явятся в сумерках, скрыв лица… И предложат тебе сделку. Спросят, что ты хочешь, чтобы больше тут никогда не появляться?
Арнгрим неожиданно расхохотался.
«Давненько я не слышал его смеха, – подумал про себя Крум. – Он снова начал смеяться – это хорошо!»
Но потом послушал еще и решил: «Нет, совсем не хорошо…»
– Поначалу я просто хотел предупредить братьев и отца, – произнес Арнгрим. – Но теперь, после разговора с ними, мне захотелось узнать кое-что еще. Почему отец так упорно отвергает меня? Что ему сказали боги в Эйкетре? Пусть выйдет и скажет!
– Ты так и заявил?
– При всем народе!
– Тогда, друг мой, добром не кончится. И лучше бы нам убраться отсюда прямо сейчас, – вздохнул Крум. – А впрочем…
Он проводил глазами Дарри, который на заплетающихся ногах вышел во двор, не затворив за собой дверь. Затем взглянул в дышащую сырым весенним ветром тьму тем глубоким взглядом, которым иногда прозревал невидимое.
– …а впрочем, это уже неважно.
– Ты о чем? – спросил Арнгрим.
Крум пожал плечами и по привычке потянулся к мешочку с саамскими гадательными камнями.
– Гляди, – сказал он, рассыпав по столешнице пестрые «малые сейды». – Третий раз рассыпаю – и выпадает все то же! Все уже решено. Боги выпустили стрелу.
– И что нам делать?
– Да ничего уже
