– Я была монахиней. Жестокость Ломо к религии восстановила против него мужчин и женщин всех вероисповеданий. Разве удивительно, что верующие христиане ненавидят этот… так называемый фундаментализм… с его убийствами и пытками? Одним из первых шагов Ломо-президента было закрытие монастырей и разгон монахинь. Я осталась, чтобы помочь моему народу, но меня схватили и привезли сюда. Не хочешь ли ты принять меня в твое движение сопротивления?
– Добро пожаловать, – тепло сказала Сандра. – Нам нужна любая честная помощь.
Когда заключенные собрались к ужину, к Сандре присоединились еще три женщины. Сегодня у нее было получше настроение, чем вчера, когда она глотала водянистый суп.
Позднее она стала готовиться к самой тяжелой работе – опорожнению ям. На пути к зловонному туалету ее окликнула одна из охранниц:
– Ты, номер 598, иди сюда!
Сандра продолжала идти, будто ничего не слышала.
– 598, подойди сюда, когда тебя зовут…
Сандра притворилась глухой.
С диким криком охранница подбежала к ней и схватила ее за руку. Сандра развернулась и ударила женщину в лицо.
– Меня зовут Сандра Митчелл! – кричала она. – Может, это поможет помнить мое имя…
Охранница от злости едва могла говорить.
– За это тебе дадут не менее тридцати ударов, – зашипела она.
– Ошибаетесь! – с наслаждением ухмыльнулась Сандра. – Никто не смеет меня бить: личный приказ Морибы.
– Я подожду. Министр час или два позабавится с тобой, и твое исключительное право кончится. Я встречу тебя девятиконечной плеткой. А сейчас – идем…
– Я занята, – возразила Сандра, – у меня работа. Подбежала вторая охранница, и обе потащили Сандру в душевую. Одна из охранниц достала полотенце из шкафа и дала его Сандре в руку.
– Становись под душ и мой свое вонючее тело! – приказала она.
Сандра была рада избавиться от грязной одежды. На залатанном халате со спины белой краской была написана цифра: 598. Ржавая вода, которая капала из душа, была ледяной, но когда Сандра намылилась с ног до головы и стала мыться, ей показалось, что она принимает самый приятный душ в ее жизни. Когда она была готова, обнаружила, что ей принесли ее собственную одежду. Даже дали расческу, чтобы она могла причесаться.
– Я чувствую себя Золушкой, которая готовится к балу, – весело улыбнулась Сандра.
Ее спутницы не были веселы и молча вели Сандру к покоям начальницы. В какое-то мгновение она подумала, что ее отпускают на волю…
Одна из охранниц постучала в дверь и, не ожидая ответа, открыла и втолкнула туда Сандру. Сандре больше не хотелось ругаться со злой женщиной. Она внутренне собралась и посмотрела вперед вызывающе.
Перед ней был Ази Мориба. Рядом – самая красивая женщина, которую Сандра когда-либо видела. Она притягивала внимание Сандры к себе как магнит. Анна рассматривала ее почти равнодушно.
– Как ты ее находишь? – спросил Мориба Анну.
– Ты же трахаешь любую, – фыркнула его спутница. – Посмотри на нее: в ее жилах текут молоко и вода, а тебе требуется горячая кровь. Возьми ее, после одного или двух раз она тебе прискучит…
– Возможно, ты права, – согласился Мориба. – Но дадим ей шанс. А вы, – обратился он к Сандре, – вы теперь лучше разбираетесь в ситуации. Пока я нахожу ваше общество приятным, ваше пребывание здесь будет сносным. Не вздумайте ослушаться – пожнете горькие плоды своего непослушания. Думаю, вы мне будете нужны не больше недели. Итак… ведите себя хорошо!
Сандра злилась. Ведь она была уже уверена, что у нее будет несколько спокойных дней, которые приблизят время побега.
– Хорошенько смотрите! – поучал Мориба Сандру. – Анна знает, как пробуждать желание. Вот я пересплю с ней и буду готов для вас. Рекомендую поучиться у нее…
Сандра не верила своим глазам. Мориба и Анна обнажились. Оба были идеально сложены. Мориба огромный, но пропорционален и гармоничен. Анна сняла свое платье, как змея кожу. Взгляд Сандры был обращен на Морибу и его похожий на банан пенис. «Боже, – думала она, – и бывает же такое!»
Мориба обращался с женщинами как с подчиненными существами, объектами, которые он использовал и употреблял по своей прихоти. Даже для Анны он был властелином, хотя она была очень гордой женщиной. В ее постели бывали только побежденные ею мужчины. Чак Хьюджес и Луи Халефи – последние из ее жертв.
Анна опустилась перед Морибой на колени, как перед божеством. Мориба прикрыл веки и наслаждался ее ласками.
В этой сцене не было ничего романтического и соблазнительного. Мужчина брал женщину с животной жадностью. Сандра не могла себе представить, что этот же человек был собирателем картин и антикварной мебели, знающим толк в прекрасном.
Когда Анна достаточно его возбудила, он набросился на нее без проявления любви. Анна стонала под его тяжестью. Когда его движения усилились, он закатил глаза так, что видны были только белки, и слюна потекла из уголков рта. Он выкрикивал непонятные возгласы, то ли хваля женщину, то ли ругаясь. С диким триумфом прозвучал вопль, и он сполз с Анны. Вышел из комнаты, чтобы помыться.
Когда он удалился на достаточное расстояние, Анна, которая встала с довольной улыбкой, бросила Сандре сочувствующий взгляд.
– Сейчас он будет готов для вас, – пробормотала она. – Это совсем не так плохо, как выглядит. Надо только приспособиться к его ритму и вибрировать с ним вместе, иначе он причинит вам боль.
Сандра ничего не сказала.
Мориба вернулся и зло посмотрел на Сандру.
– Почему вы еще не раздеты? – спросил он.
Она не успела ответить. Он разорвал на Сандре блузку. Анна занялась ее джинсами.
Через мгновение Сандра стояла голой перед своими мучителями. Как и предсказала Анна, Мориба был опять в форме, и казалось, ему доставляет удовольствие демонстрировать это.
– Нормальную позицию, – приказал он. – Я хочу вас видеть, особенно стыд в ваших красивых глазах.
– Так как вы упомянули о глазах, – приняла вызов Сандра, – напомню: у вас подбит глаз. Вас ударила женщина?
– Ты, маленькая ведьма, – сказал он, опрокидывая ее на спину.
Она вдыхала крепкий запах его тела. Он оказался тяжелее, чем она предполагала, но она сжала зубы.
Его движения были такими стремительными, что она невольно возбудилась. Вдруг Мориба сердито посмотрел на нее.
– Расслабься, – приказал он.
Она еще больше сжалась. Его движения стали медленнее, и досада перешла в злость.
– Веди себя правильно, – сердито бормотал он.
Она делала ему больно. Это она заметила по его дыханию. Он чувствовал себя заблокированным и не мог больше двигаться. Она держала его в ловушке, и он был ее пленником.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
