из квестов требовал принести будущим молодоженам горсть пуха диких гусей для супружеской перины (хотя, припоминая воз с приданым Катины, я думаю, что если все ее перины уложить на одну постель, то спать супругам придется, плотно вжавшись в потолок). Гуси летали в небе с северной стороны озера и приземляться отказывались категорически, достать их стрелами и заклинаниями молодые маги и юные стрелки могли лишь с огромным трудом, что касается граждан с мечами и дубинами — то эти вообще были без шансов. После того, как я на глазах публики небрежно стащил одну из птичек с неба приворотом (дистанции которого как раз хватало для подобных фокусов), один предприимчивый паладин быстро замутил бизнес — он продавал места в пати и забивал весьма злобных и кусачих птичек молотком, я — дразнил гусей. Пару дней он то и дело высвистывал меня с берега, найдя очередную порцию жаждущих пуха, — но я не жаловался: мешок на шее наливался приятной тяжестью, и к моменту ухода паладина из Разборихи у меня скопилось почти шесть золотых монет.
Кроме того, я наконец, получил вожделенный десятый уровень. И да, теперь я мог выбрать один боевой навык из трех предложенных. Два были, как и прежде, вообще без каких-либо пояснений. «Узелки» и «Куколки». Третий назывался «Упрямство» и его любезно разъяснили.
«Пассивный навык. Увеличивает скорость роста всех сопротивлений в зависимости от показателя Терпеливости».
Долго жить с намертво залипшей перед глазами табличкой, предлагающей выбор и упрямо отказывающей закрываться, было невозможно и после некоторых размышлений я выбрал «Упрямство» — уж больно мне не понравились названия первых двух и полная неизвестность, с ними связанная. Ничего, первые пятьдесят уровней боевые навыки каждые пять уровней даются, это после пятидесятого — только раз за десять уровней. (После сотого — вообще раз в пятьдесят уровней можно получить, это, можно считать, вообще не дают.)
С небоевыми навыками все было еще хуже — один стартовый, потом один на десять уровней до пятидесятого, потом — один на пятьдесят уровней. То есть игрок запредельного двухсотого уровня мог стандартно иметь девять небоевых навыков — вроде, много, но учитывая, что в игре действительно огромное количество профессий — это почти ничего. А вот мне повезло и с врожденным классовым травничеством, и с рыбалкой, так что у меня к десятому уже открыто три, плюс свободное место для еще одной профессии.
К счастью, с выбором небоевого навыка можно было не торопиться, а как следует подумать. В Разборихе можно было научиться многим ремеслам. Лупиха учила свиноводству, Марша — птицеводству, Савл — огородничеству, Боца — земледелию. Еще были садовник и цветовод. Все это мне было совершенно ни к чему — для таких навыков нужно иметь свою землю, а у меня, как говорится, из земли — только та, что на подметках. Да и подметок-то у меня пока никаких не было — штаны и рубаху я-таки купил, а вот на обувь пожалел денег:- бегал бы, как раньше, за травой — одно дело, а сидеть на берегу босиком даже удобнее. Кузнец в деревне не учил ничему, по крайней мере, лично мне его даже разговорить не получилось, зато дровосеки охотно обучали навыку «лесозаготовки», и я даже подумывал его взять. Не может быть, чтобы с таким навыком не росла сила — дровосеки все вон какие здоровенные. С другой стороны, если силу мне все же не дадут, и из-за ее отсутствия я в принципе не смогу рубить деревья — это будет апофеоз бессмысленности. Еще можно было стать ткачом, но откуда здесь брать материал для ниток? Овец я поблизости не видел. Пчеловодство у пасечника тоже исключалось по причине того, что улей мне ставить было некуда, а навык собирательства, позволяющий видеть и собирать съедобные грибы и ягоды, был слишком похож на травничество, которое мне, кажется, не больно-то нравилось. С другой стороны, если уж все равно бегать, собирая траву, то параллельно грибы-ягоды тоже будет недурно в сумку запихивать, все же доход… в общем, я решил пока не спешить. Я бы взял грузоперевозки, но таких специалистов в Разборихе не было.
А как выбраться из Разборихи я понятия не имел.
Не в том смысле, что я не знал куда идти. Дороги отсюда вели во все стороны света — иди на здоровье. Но что делать с родителями?
Во время прошлого свидания мы прогуливались вдоль озера, и мама категорически ничего не хотела слушать об Альтрауме. Она бесконечно говорила о новых исследованиях со стволовыми клетками во Франкфурте, о генно-модифицированных мышах в Израиле, о квотах ВОЗ, о том, как в лабораториях Столберга — а он гений! гений! — научились программировать вирусы, как в Сингапуре открывают экспериментальную программу по орфанным лейкозам.
— Мы вытащим тебя отсюда! — горячо говорила мама. — Ты только еще чуть-чуть потерпи!
На папу, который втихаря попытался подстрелить гуся из небольшого следопытского арбалета, мама посмотрела так, что папа вздрогнул и поспешно запихал оружие в инвентарь.
— Ма, давай не будем так уж спешить. Эксперименты — экспериментами, но мне и тут неплохо, честно! Мне тут даже хорошо! Я рыбу ловлю…
— Это не рыба! Ты… ты в анабиозе, и тебе показывают картинки! Ты ловишь нарисованную рыбу в нарисованной воде!
— Нарисованный я…
Мама ничего на это не ответила и вскоре начала увлеченно рассказывать как идет сбор на то, чтобы отправить меня в Сингапур для экспериментов. Жаль, конечно, что я уже больше не ребенок, но я все еще тинейджер, и многие все равно перечисляют, и, возможно, удастся договориться, чтобы моя печальная история с моим печальным лицом появилась на упаковке готовых каш одной крупной компании, которая очень склонна к подобной благотворительности.
Мысль о том, что мне удастся, возможно, испортить аппетит миллионам людей, выпрашивая у них подаяние, как-то не очень меня обрадовала. Но спорить с мамой я не стал. С ней вообще рискованно спорить, когда она идет по пути добра.
Допустим, я переберусь в Развил (мысль о том, чтобы жить рядом с морем, меня серьезно волновала.) Но страшно представить, как тащить туда маму — это же несколько дней странствий в ужасном нарисованном мире. С другой стороны, мне что, торчать в Разборихе годами? Это же совсем начальная деревня, игроки иногда и дня тут не проводят, быстро делают квесты, учатся первым ремеслам и сбегают в настоящую интересную жизнь. С такой сменяемостью людей — и друзей мне тут не завести.
Хотя у меня есть удочка, что мне еще надо? И рыбалка
