«Мы должны отдать ему должное, – отмечал уже упоминавшийся Гэри Шроен, – он держался в Тора-Бора до последнего»31.
В середине декабря 2001 г., по оценкам американской разведки, бен Ладен в последний раз покинул Тора-Бора в сопровождении нескольких охранников и ближайших помощников. Действовавшие там оперативники ЦРУ неоднократно обращались к военному командованию с просьбой выделить дополнительный батальон рейнджеров, чтобы заблокировать пути отхода бен Ладена, но оно решило положиться на афганские войска. По некоторым данным, бен Ладен заплатил афганцам, чтобы они позволили ему уйти 32. Пакистанские военные полагали, что «боевики укрылись в городских районах и смешались с местным населением»33. Лидеры «Аль-Каиды» уходили различными маршрутами, а бен Ладен перемещался верхом в южном направлении, пройдя несколько горных перевалов, которыми пользовались караваны ЦРУ во времена войны против СССР. Пуштуны, живущие в многочисленных селениях и городках, разбросанных вдоль маршрута по обе стороны границы, поддерживали «Талибан» и помогали бен Ладену и его спутникам преодолевать засыпанные снегом перевалы на пути к старому пакистанскому аванпосту в Парачинаре. ЦРУ позже установило, что «группу в составе двух сотен саудитов и граждан Йемена… вели члены пуштунского племени гильзаи, с которыми за это расплатились наличными деньгами и оружием»34.
Пакистанский Пограничный корпус – полувоенное формирование, действующее в пограничных районах страны – задержал в районе границы некоторое количество боевиков. Члены «Аль-Каиды» и боевики-иностранцы были переданы пакистанской разведке ИСИ, которая, в свою очередь, передала многих из них правительству Соединенных Штатов. Они оказались в секретных тюрьмах в Кандагаре, Баграме и в других местах. Члены «Аль-Каиды» надеялись на свои связи с пакистанскими военизированными группировками типа «Лашкар-э-Тайба» (Армия праведников), действовавшими в крупных городах Лахор и Фейсалабад, которые могли помочь им скрыться от пакистанских и американских спецслужб. Однако они не хотели оставаться в Пакистане, поскольку его правительство сотрудничало с Соединенными Штатами. По данным ЦРУ, большинство боевиков «Аль-Каиды» и иностранцев пытались пробраться в Иран, где они могли бы осесть на время или перебраться оттуда в другие страны, например, в государства Персидского залива.
Однако в 2002–2003 гг. в ЦРУ начала поступать информация о том, что все больше боевиков «Аль-Каиды» тайно возвращается в пакистанскую Зону племен. Они в основном уходили в отдаленные районы вроде долины Шакаи в Южном Вазиристане, надеясь, что правительство Пакистана оставит их в покое и позволит раствориться среди местных племен. Спорадические операции пакистанской армии в Южном Вазиристане вынудили боевиков уходить в Северный Вазиристан. «Там пакистанским правительственным войскам было труднее достать их – социальная структура в этих районах была более благоприятной, влияние мулл и религиозных клерикалов – очень сильным», – отмечал Гренье 35.
Идеальное укрытие
В течение следующих нескольких лет эти экстремисты использовали расположенную на севере Пакистана провинцию Белуджистан, Федерально управляемые племенные территории (зону племен) и Северо-Западную пограничную провинцию в качестве убежищ для отдыха и перевооружения. Убежище было важнейшим фактором для всех основных группировок, действующих против войск НАТО и афганской правительственной армии. Согласно документу, подготовленному совместно Европейским союзом и ООН, «движение «Талибан» было динамично развивавшейся сетью, которая действовала, опираясь на мощную поддержку в Пакистане и имея там отличную базу для вербовки сторонников»36. В мире в целом во время восстаний и мятежей повстанческие группировки часто используют пограничные районы и территории соседних государств. Там они планируют свои действия, привлекают и вербуют сторонников, оттуда же связываются со своими приверженцами по всему миру, занимаются сбором денег, оправляются от постоянного стресса, связанного с жизнью в условиях подполья 37. Пограничные районы Пакистана были идеальным убежищем по нескольким причинам.
Во-первых, они расположены близко к основным базам «Талибана» и «Аль-Каиды» в восточном и южном Афганистане. Это удобно, так как «Талибан» и «Аль-Каида» решили начать войну с правительством Карзая. При этом буквально все лидеры мятежников находились в Пакистане, зачастую в одном из медресе деобандистов. Во-вторых, на территории Пакистана проживают почти двадцать пять миллионов пуштунов, т. е. вдвое больше, чем в Афганистане. Большинство их симпатизировали «Талибану»38. В-третьих, некоторые группировки были тесно связаны с членами пакистанского руководства. Как уже упоминалось ранее, в 90-х годах «Талибан» получал существенную поддержку от пакистанской разведывательной службы ИСИ. В-четвертых, гористая местность в пограничных с Афганистаном районах предоставляла отличные возможности для укрытия.
«Роль географии, важнейшая в обычной войне, может стать решающей в войне революционной», – писал Давид Галюла в своей классической книге «Противоповстанческие действия» (Counterinsurgency Warfare). В годы Второй мировой войны Галюла служил во французской армии в Северной Африке и Италии, затем – воевал с повстанцами в Китае, Греции, Индокитае и Алжире. «Местность помогает инсургентам, если она имеет сильно пересеченный характер», – отмечал он 39. Галюла и другие эксперты подчеркивали, что гористая местность хорошо подходит повстанческим группировкам, потому что войска там испытывают значительные затруднения с передвижением и ориентировкой, а мятежники, в свою очередь, имеют больше возможностей для укрытия 40.
Вокруг афгано-пакистанского пограничного региона всегда кипели споры. Ни одно из современных правительств Афганистана не признавало проложенную британцами границу, разделяющую территорию, заселенную пуштунами. 12 ноября 1893 г. сэр Генри Мортимер Дюранд, секретарь по иностранным делам британской колониальной администрации Индии, подписал с правителем Афганистана, эмиром Абдуррахман-ханом соглашение о разграничении Афганистана и Британской Индии. Назначение демаркационной линии, получившей впоследствии название «Линия Дюранда», состояло в разделении пуштунских племен и ослаблении их, что, в свою очередь, облегчало британцам задачу умиротворения этих районов. На своей стороне границы они создали несколько автономных племенных администраций, управляемых британскими чиновниками с помощью местных вождей, лояльность которых обеспечивалась посредством регулярного предоставления субсидий. Британские войска силой подавляли возникавшие время от времени восстания, но в целом не трогали пуштунов в обмен на сохранение стабильности в регионе 41. В 1949 г. состоявшаяся в Афганистане «Лойя-джирга» объявила «Линию Дюранда» недействительной, а заселенные пуштунами районы – частью Афганистана, тем более что с обретенной в 1947 г. Пакистаном независимостью Британская Индия перестала существовать.
Демаркационная линия протяженностью 1519 миль (2640 км) продолжала оставаться источником постоянной напряженности. В номере журнала Armed Forces Journal за июнь 2006 г. подполковник армии США в отставке Ральф Питерс предложил радикально пересмотреть государственные границы на «Большом Ближнем Востоке». Он «отдал» часть западного Афганистана Ирану, но при этом «вернул» Афганистану пуштунские районы Пакистана. Питерс писал: «То, что Афганистан отдаст Персии на западе, он компенсирует приобретениями на востоке, поскольку пуштунские племена, проживающие в пакистанской Северо-Западной пограничной провинции, воссоединятся со своими афганскими собратьями… Пакистан, еще одно государство, созданное искусственно, также лишится территорий, заселенных белуджами, на которых будет создан Свободный Белуджистан. Территория оставшегося «естественного» Пакистана находилась бы целиком восточнее реки Инд, за исключением обращенного на запад ответвления около Карачи»42. Хотя такой передел границ неминуемо сопровождался бы большими жертвами, некоторые афганские официальные лица похвалили Питерса и выразили поддержку его предложениям. Вскоре после опубликования статьи один высокопоставленный афганский политик сказал мне: «По меньшей мере один американец понимает Афганистан»43. Неудивительно, однако, что пакистанские политики встретили предложения Питерса без энтузиазма.
Ограниченность американского руководства
Задачами ввода американских войск в Афганистан были ликвидация режима «Талибана» и разрушение организационной инфраструктуры «Аль-Каиды». Первую задачу удалось решить, а вот вторую – нет. Основные тренировочные лагеря «Аль-Каиды» (например, на ферме Тарнак на окраине Кандагара) были уничтожены. Однако боевики «Талибана», «Аль-Каиды» и других группировок просто ускользнули через границу в Пакистан, где создали новые лагеря. В течение следующих нескольких лет эти группировки набрали и обучили новых боевиков, пополнили запасы оружия и подготовили планы возвращения. Пакистанская армия проводила операции в Зоне племен против иностранных боевиков – в частности, против представителей Средней Азии и арабов, но правительство воздерживалось от действий против руководителей «Талибана»44. 15 сентября 2001 г. президент Мушарраф сказал американскому послу Венди Чемберлен: «Мы будем передавать вам захваченных боевиков «Аль-Каиды». Но с пакистанцами и другими местными мы разберемся сами»45.
