голубые глаза говорят об обратном.
На миг ловлю ее взгляд и читаю в его глубине почти детскую смесь ужаса и смешливого восторга.
«А что ты хотел?! Ребенок же еще совсем!» — Вздохнув, веду глазами дальше и вижу за ней ее братьев и почти весь цвет Новгородского боярства, включая и посадника Сбыслава Якуновича.
Братья Нездиничи хотели сыграть свадьбу со всей возможной пышностью и помпой. Я поначалу возражал и всячески отказывался, мол зачем столько шума, а потом мне вдруг пришла в голову мысль.
«А почему бы и нет! Почему бы не выжать из этого события максимум пользы. Устроить, так сказать, презентацию мощи и богатства Твери для всего русского северо-запада».
Раз уж вы хотите превратить свадьбу своей сестры в грандиозное торжество, сказал я им еще в январе, то играть ее надо не весной, а в июле сразу же после большой летней ярмарки, когда в Твери собирается ежегодный съезд княжеской палаты и государственной думы Союза. Тогда у вас в гостях будут не только именитые люди Твери и Новгорода, но и князья, и высшие бояре еще семи городов, чего до сели ни у кого не бывало.
После моих слов у братьев аж глаза загорелись. Собрать на свадьбу сестры восемь князей, не считая прочих родовитых бояр, да у злейших друзей с Прусской улицы от зависти печень отсохнет!
Естественно, я понимал, что такое громкое событие не сможет остаться без внимания Золотого Сарая, и это в принципе противоречило моей стратегической позиции оставаться в тени и не вылезать на первый план. Такой аспект немного меня смущал, но подумав и хорошенечко взвесив все за и против, я решил, что раз уж неизбежный конфликт с Ордой все равно не за горами, то расширение политической известности и укрепление моего авторитета пойдет лишь на пользу.
Первым, кого я пригласил на свою свадьбу, был юный Ярослав, и тот, не чинясь, с радостью принял приглашение. После этого у других князей Союза отказаться попросту не было возможности. Ежели хозяин города, Тверской князь, будет на свадьбе, то как они, гости, смогут ее проигнорировать. Это уже оскорбление не только мне, но и князю Ярославу Всеволодовичу. В общем, эту карту я разыграл довольно удачно, без всякого нажима поставив всех в положение, где выбор, по сути, отсутствовал.
И тут сработал принцип домино! Раз такое событие, раз там будет столько именитых людей, то для очень многих остаться в стороне стало уж как-то и неприлично, и не по чину. Об этом к весне дало знать большинство родовитых Новгородских бояр, из тех кто совсем не числился в друзьях у Нездиничей.
— Раз уж так, — сказали братья, — мы «хорошим людям» завсегда рады и, не капризничая, позвали всех. Так что к лету большая половина Прусской улицы вместе с посадником собралась в дорогу.
Даже родной брат Ярослава, князь Московский Михаил, не утерпел и через своих купцов намекнул, что не прочь приехать. Я его понял и отправил к нему уважаемых людей. Все честь по чести, пригласил его со всем уважением к чинам и регалиям.
Вот так, мало по малу, с начала июля в Твери началось поистине Вавилонское столпотворение, да просят меня за это каламбур. Ведь, кроме именитых людей, я от широты души своей позвал еще и весь народ Тверской, вместе с торговыми гостями города.
Для них сегодня специально накрыли столы на центральной площади. Естественно, никто «прописки» не спрашивал и в паспорт не заглядывал. Пускали на площадь всех, кто пришел, а учитывая, что только-только закончилась летняя ярмарка и по такому случаю многие задержались, то, можно сказать, что за столами у меня собралась вся Низовская Русь вместе с Новгородом.
Скажу честно, как только я решил устроить это «вселенское» событие, у меня сразу же проснулся настоящий интерес к свадьбе, и я начал готовиться. Во-первых, бросил все трудовые резервы на стройку и, наконец-то, довел до ума главный городской собор, так что все три его купола засияли позолотой. Одновременно с этим, как я уже и говорил, перестроили первый этаж моего дома. Снесли все перегородки, превратив все помещения в один сплошной парадный зал. Увеличили оконные проемы, вставив туда новые рамы.
На этот момент, надо сказать, мои стеклодувы могли отливать без дефектов лишь небольшие по размеру листы плоского стекла. С гарантированным качеством оно получалось лишь десять на двадцать сантиметров, так что полностью панорамного вида добиться не удалось. Для большого, в рост человека, окна раму пришлось разбить на множество отдельных прямоугольников.
Хотя такие мелочи имели значение лишь для меня. Для всех остальных гостей это было настоящее чудо, прозрачная стена, через которую они с восторгом смотрели прямо на площадь. Когда эти окна только поставили, ко мне народ валом повалил, находя всевозможные поводы лишь бы посмотреть на них. Даже князь Ярослав зашел и без обиняков заказал себе в терем такие же. Сказал, хочу мол просыпаться и на восходящее солнце смотреть.
Я пообещал и работы в княжем тереме даже начал, но, честно, больше я на такое не поведусь. Проще новый дом поставить, чем в старую постройку такие окна врезать.
Еще к свадьбе замостили всю Южную улицу от центральной Соборной площади до самых ворот города. Так как площадь уже была покрыта брусчаткой раньше, то теперь любой, кто заходил или въезжал в ворота, сразу же вступал на гранитную мостовую и шел по ней до самого кремля, дивясь на широчайшую, по нынешним понятиям, улицу.
Ведь тут в городах как: две телеги на улице разъехаться не могут, а я еще закладывая нынешнюю Тверь, отмерил и проезжую часть на два армейских фургона, и тротуары для пешеходов.
В довершении чуда вдоль всей улицы и по краям площади были выставлены резные каменные столбы со съемными спиртовыми фонарями. Специально назначенный человек каждый вечер наливал в них горючую смесь из древесного спирта и скипидара.
Пока все эти затеи шли за мой счет, но я уже решил. Сразу же после свадьбы поставлю вопрос перед городской думой. Ежели понравилось, то давайте раскошеливайтесь, а ежели нет, то сниму освещение и буду выставлять его только по особым случаям.
Закончили все приготовления как раз к началу летней ярмарки, и когда зажгли фонари первый раз, народ тверской обрадовался, но все не мог поверить, что они будут гореть всю ночь, мол расточительство-то какое. Приезжих торговых гостей новшество тоже привело в восторг. Многие были в Твери совсем недавно, еще этой зимой, и такая разительная перемена всего за полгода их искренне восхитила.
Прерывая мои мысли, кто-то
