Читаем без скачивания Гнев влюбленной женщины - Галина Романова

Но дело превыше всего! Так дядя Гера воскликнул, снабдив его инструкциями и выпроваживая вчера вечером из своей квартиры.

– Не распыляйся! Не отвлекайся! Делай только то, что тебе велено. Все! Остальное – инициатива. А инициатива у нас что? Правильно, наказуема!

И он буквально вытолкал его за порог. Иван – не дурак, задержался во дворе, чтобы посмотреть, куда так торопится дядя. Не просто же так он его быстро спровадил.

Увидел! Оля! Подъехала на своей машине. Посигналила. Тут же подъездная дверь распахнулась, выбежал Гера, сел на пассажирское сиденье рядом с ней, и они уехали. Иван потом звонил Геральду на домашний до глубокой ночи – бесполезно. Дома он так и не появился.

– Хоть не даром пропали наши старания, – проговорил он за ужином, глядя на мать. – Гера-то с Оленькой.

– Да? – она почти не удивилась. Кивнула. – Это хорошо. Хоть она мне и не очень нравится, но… Он ее любит.

– Он ее любит, – эхом отозвался Иван. Глянул на пустующее место брата. – А где мой однояйцевый брат?

Мать поморщилась, она не любила, когда они так друг друга называли.

– Ваня-а…

– Ладно, Вася где? – поправился он тут же.

– Не знаю, – мать тревожно глянула на черный провал окна. – Давно уже нет.

Мысли Ивана тут же заметались, забегали, в душе колыхнулась ревность. Что, если Ваське удалось что-то узнать?! Что-то очень важное?! Васька очень переживал свой сомнительный успех в деле спасения Ольги. И кулаком себя в грудь бил, что его звездный час еще впереди. И что Ваньке просто-напросто повезло. Уж если на то пошло, то с ним в офисе, где работала Ольга, вообще бы никто не стал разговаривать.

Ваня не спорил, но ухмылялся очень многозначительно и самодовольно.

И теперь вдруг Васька пропал! Нет, он, конечно, не совсем пропал, он приходил ночевать. Но очень, очень поздно. Иван уже спал давно. И мама спала. Уходил рано утром, когда Иван еще спал, и мама еще спала. Присутствие брата обнаруживалось лишь по мокрым полотенцам на его крючках. Непромытой зубной щетке и бритвенном станке со следами щетины. А также несполоснутой чашке и сковороде с остатками яичницы.

Свинья! Мог бы и рассказать, где шляется! Тогда и он бы поделился, что за новое задание ему дал дядя Гера.

Задание, на взгляд Ивана, было пустяковым, ничего не значащим. У него в душе даже зародилось подозрение, что Гера специально ему это поручил. Чтобы отвлечь от всяческих неблаговидных дел, из-за которых маман нервничала. Нет, ну что это за задание: съездить в дачный поселок, где обосновался бывший муж Ольги, и посмотреть, проживает ли он там на самом деле?!

Слезы, а не задание! И ведь никакой инициативы, сказал!

Ага, ща-ас! Стал бы он только из-за этого в продуваемом насквозь вагоне электрички мерзнуть. И Иван, удостоверившись, что Витька торчит дома, прошелся по его соседям. Некоторых разговорил. И узнал много интересного. Примерно недели четыре назад Витька верещал в магазине, что в его дом влезли. Пока он поправлял здоровье в больничке, после организованного кем-то покушения на него, кто-то взломал замки, пошарил в его ящиках и кое-что унес. Что конкретно, Витька говорить отказался. Мялся, жался и едва не плакал, называя неведомых воров сволочами. А вызывать полицию на предмет кражи категорически отказался. По его утверждениям, они чего надо-то не ищут, станут заморачиваться из-за мелкой кражи дачной утвари.

– И даже участковому не стал жаловаться, – неодобрительно поджимал губы старичок, проживающий с Витькой по соседству. – А зря! Митька у нас ушлый! Любую пропавшую с участка лопату найдет!

Старичок Ивану очень понравился. Отставной военный, он сразу прочуял, что Иван не просто так про его соседа расспрашивает. И припер его старенькой берданкой к стенке фанерного шкафа. Пришлось врать про Ольгу, которая наняла его как частного детектива, чтобы проследить за мужем. Версия старичку понравилась, и он изо всех сил принялся сотрудничать. И даже согласился постоять на стреме, когда Иван полез в Витькин дом в момент его отсутствия, чтобы…

– Что ты сделал? – ахнул Гера, хватаясь за голову. – Ты с ума сошел? Зачем я только с вами связался?

Иван хотел его упрекнуть в том, что, если бы не их с братом помощь, Гера до сих пор не увидел бы своей Оленьки. Не увидел бы, не обнял бы и не… ну да ладно, это уже детали.

– Гера, хватит истерить, – пожал плечами Иван, развалившись на стуле в дядькиной кухне.

Он решил, что уж на ужин-то рассчитывать точно может. А заодно и на чистосердечное признание. Очень уж было интересно узнать, куда это дядюшка заслал Ваську?! Где он скитается целыми днями? Почему почти не спит и не ест? И главное – ничего не рассказывает, гад!

Ужин оказался скудным: жареные магазинные пельмени с майонезом и черным перцем, по кружке такого крепкого кофе, что у Ивана глаза заслезились от горечи, и одно эскимо на двоих.

– Больше ничего нет, – развел руками дядя Гера, убирая со стола. – Я ведь… Почти тут сейчас не живу. Ты меня чудом застал.

– Я понял, – хмыкнул многозначительно Ваня. – Слава богу, что все получилось.

– Ты о чем? – Гера растерянно комкал в руке столовую салфетку.

– Я об Ольге! Слава богу, что все у вас с ней получилось, а то бы ты, извини, пенек, еще десять лет собирался сделать ей предложение.

– А я ей его и не делал. – Гера неожиданно для себя засмущался перед племянником.

– Ну и, пардон, дубина! Снова ведь уведут… Ладно, к делу…

Он вставил флешку из своего фотоаппарата в компьютер Геральда и после недолгих манипуляций принялся листать фотографии.

– Всех брюк у него оказалось пять. Двое летних, постираны, поглажены, подозреваю, еще Ольгой. И убраны в дальний ящик шкафа. Трое в носке. Одни на нем, соответственно. Их мне сфоткать удалось лишь издали. Одни на стуле висели. Одни в стирке. Ботинок зимних три пары. Одни на нем. Двое на полке. Летних не нашел. Рыться было некогда. Степаныч скомандовал – атас!

– Блин, ну вы даете! – Гера внимательно просматривал фотографии. Потом вдруг ткнул пальцем в ноутбук. – А это что?

– А это… – Ваня заглянул через его плечо. – Это я ящики его комода выдвигал и быстро фотографировал. Мало ли…

– Вот это конкретно что?! – палец Геральда ткнул в какую-то яркую безделушку, лежащую в распахнутой шкатулке.

– Я не знаю, Гера. Действовал быстро. То ли брошка, то ли заколка какая. Не знаю. Так вот я про брюки. Подходят под описание?

– Не знаю. Надо показывать очевидцу. И… – Гера глянул на Ивана туманно. – Можно ли ей верить?! Такую схему придумала! До этого еще надо додуматься! Поехать посреди ночи к Олиной сопернице якобы поговорить!

– А на самом деле?

– Думаю, что поехала она туда с вполне конкретной целью – навредить этой бедной женщине, чтобы легче было обвинить в чем-нибудь таком Олю. – Гера неопределенно покрутил пальцами. – Погибшая и Ольга скандалили при свидетелях. И, разумеется, первая, на кого пало бы подозрение в убийстве – это Ольга. Эта Вера такая штучка… Если убийца не она, то только по одной причине…

– По какой?

– Она опоздала.

– Думаешь, если не Вера убийца, то это сделал Ольгин муж?! А зачем ему это, дядя?! Что ему это дает?

– О-о, это открывало перед Виктором перспективу вернуться в хорошую городскую квартиру. Пользоваться ею, пока Оля сидела бы. А если с Ольгой, не дай бог, что-нибудь случилось бы в зоне, то… Хотя квартира теткина, оформлена по договору пожизненной ренты. Знал ли он об этом? Развод они так и не оформили до сих пор! Оля даже не успела собрать документы, когда все это завертелось. Почему?

– Почему?

– Потому что Витя очень торопился, думаю. Но!.. – и Гера тяжело вздохнул, глянув на племянника с печалью. – Но доказать это будет очень, очень сложно. Он ведь все предусмотрел, если принять во внимание его участие. Он даже о краже в дачном доме как бы вскользь, но сообщил окружающим. Полицию привлекать не стал, потому что они, возможно, уличили бы его в фальсификации кражи. А языком брякнул. Обокрали, мол. И когда в деле об убийстве всплыл предмет из его дома, и когда Ольге удалось оправдаться, первое, что он скажет: «Я ни при чем. Мой дом посетили воры». Умно, мать его… Очень умно, Ваня… Этот вялый Витя, оказывается, очень, очень умен. Как же его нам зацепить, а?

У Ивана ответа не было.

Гера ушел в ванную, потом долго выбирал, в чем ему ехать к Ольге. Чертыхался и швырял одежду на диван, ругая как отечественного, так и зарубежного производителя, неспособного пошить так-то и так-то. Наконец вышел к Ивану в синем свитере грубой вязки, джинсах, высоких ботинках на шнуровке. Волосы по обыкновению были гладко зачесаны в маленький хвостик на затылке.

– Как я, Вань? – спросил он у племянника, неловко одергивая рукава.

– Отлично, дядя. Оля будет в восторге.

Иван пошел следом за ним в прихожую, потянулся за курткой. Но тут, словно только что вспомнил, обернулся к нему с вопросом, который не давал ему покоя вот уже несколько дней. Сегодня особенно, потому что утром Васькиного присутствия в доме вообще не обнаружилось.