Спустя какое-то время Маша махнула рукой и пошла вперед в полуприсяди, прячась то за старый парник, то за кусты, похожие на смородиновые. Только подобравшись к дому, Мария поняла, что ее подружка все это время шла в полный рост. Девушка обернулась, цокнула языком, встала и недовольно покачала головой.
Дом действительно был большой. На задней части, что обращена к огороду, было большое деревянное крыльцо на всю ширину жилища. Под навесом которого даже стоял круглый столик, два стульчика по бокам. Деревянный пол и дверь были измазаны, то ли высохшей гнилью, то ли кровью.
— Смотри, сюда приходили гости, — прошептала Маша. — Интересно, к кому.
— Может, там кто-то был, и они его учуяли? — прошептала в ответ Ю.
— Может, и был, а может, и есть, — ответила напарница и дернула за ручку. — Нужно быть начеку. В доме может быть зомбарь.
Дверь открылась. Подружки потихоньку на цыпочках, стараясь не издавать лишних звуков, пока не проверили все комнаты, зашли в помещение.
В первой комнате хранился садовый инструмент. Ведра, лейки, лопаты, грабли, мотыги и разные приспособления для работы на садовом участке. В углу валялся длинный смотанный шланг. Несколько досок аккуратно приставлены к одной из стен.
Слева, справа и прямо были три двери. Также прямо вела наверх деревянная лестница с толстыми ступенями и крепкими перилами. Она выглядела так, будто вела не на чердак, а на второй этаж дома.
Мария посмотрела на деревянный пол в сенях и, показав на него рукой подружке, прошептала подруге:
— Пол чистый. Хоть следов и нет, нужно все равно быть готовыми.
Левая дверь оказалась главным входом в дом. Она была заперта изнутри на задвижку. Ю посмотрела сквозь щель и увидела там еще одно крыльцо.
Над передней дверью была сколочена из досок странная конструкция некоего трапецевидного кармана. Девушки понятия не имели, для чего она там висит, а заглянув внутрь, обнаружили лишь старое осиное гнездо.
Маша дернула ручку и открыла дверь. Комната была жилой и вполне обычной для деревенской жизни. Чистая и уютная. Две кровати вдоль левой стены с матрасами, одеялом, подушками. Аккуратно заправленные, но к ним почему-то приставлены два листа оцинкованного железа. Кухонного стола не было, видимо, в этой комнате не принимали пищу. Зато стояла высокая тумба и большое зеркало. Большое окно. Под потолком висел старый счетчик электричества с двумя ввернутыми пробками для защиты от короткого замыкания. Иногда эти пробки срабатывали просто так, видимо, от скачков или еще от чего, тогда их просто включали обратно, нажав кнопку. Мария взглянула на него, и на мгновение ей показалось, что красный индикатор на одной из пробок светится. Девушка даже помотала головой и крепко зажмурила глаза, не веря происходящему. К сожалению, Маше действительно это померещилось, она даже подошла и несколько раз включила и выключила электроприбор.
Но главной достопримечательностью комнаты была большущая русская печь, занимавшая почти треть комнаты и высокая под самый потолок. Неизвестно, зачем в такой небольшой комнатушке такое массивное отопление. Печь выглядела чистой и, видимо, была вполне рабочей. Кто-то заботливо обложил ее белой керамической плиткой. Ю подошла к ней и подняла приставленную к стенке железную кочергу.
— Буду пока ею отмахиваться, может, еще что найдем.
Маша одобрительно кивнула и открыла дверцы тумбы.
— Так-так-так, что тут у нас, посмотрим, — произнесла заинтересованным голосом девушка. — Печально, на нижней полке только пустые стеклянные банки, а на верхней деревянное корыто для рубки капусты.
Маша достала топорик и протянула напарнице:
— Надо?
Ю взяла его руки, повертела и, немного подумав, ответила:
— Какой-то он неправильный, как им бить — непонятно.
Мария выдвинула верхний ящик тумбочки и обнаружила много разных пакетиков. Девушка принялась читать, что на них написано, и тут же поняла. Это семена различных овощей: огурцы, помидоры, перцы, кабачки и тыквы.
— Семена, только им больше трех лет, как думаешь, они смогут взойти? — радостно, с повышенным голосом спросила девушка свою подругу.
— Тихо! — прошептала Ю в ответ, но это вышло так же громко. — Тшшш.
— Что?! — не поняла Маша.
Ю быстро подскочила к ней и закрыла рот свой ладонью.
— Слышишь? По потолку кто-то ходит.
Глава 32
Девушки притаились. По доскам потолка действительно кто-то ходил. Шаги эти были медленные и очень тихие.
— Сваливаем? — шепотом спросила Маша у подруги ее мнение.
В ответ Ю лишь пожала плечами.
— Мы не можем прийти с пустыми руками, — продолжила шептать Маша. — Скорей всего там полусонный зомбарь, давно не жравший плоти, от этого и обессиленный.
— Я много раз видела, как такие вот полусонные начинали бежать, как спринтеры, лишь почуяв человека, — очень тихо ответила Ю. — Если б со мной была моя винтовка, я бы двумя руками голосовала за то, чтобы остаться. У меня даже ножа нормального нет. Или ты предлагаешь пошинковать его голову, как капусту, вот этим топориком? — Ю показала топор.
— Почему он только сейчас проснулся? — удивилась Маша.
— Уговорила, идем спросим, — улыбнулась Ю. — Только ты впереди идешь со своим тесаком.
Напарницы тихо на цыпочках пытались выйти из комнаты, но половицы предательски скрипели.
— Зараза, они же не скрипели раньше, — нервно выругалась Ю.
— Ты просто не придавала этому значения, — ответила Мария.
Девушки вышли и аккуратно прикрыли за собой дверь. Маша вступила одной ногой на ступень лестницы, ведущей на чердак, желая проверить, не скрипит ли она. Лестница выглядела крепко и надежно. Ступени из толстых досок, и даже перила имелись вполне качественные. На чердак будто поднимались, если не каждый день, то очень часто.
Маша крепко сжала тесак в руке и, стиснув зубы, чтобы случайно от испуга не завизжать на всю деревню, сделала несколько шагов вверх.
Голова девушки уже находилась на уровне пола чердака, и она поднялась еще на одну ступень. Мария была готова в любой момент броситься из дома, но, увидев что-то на втором этаже, не смогла сдержать слез. Они градом потекли у девушки бесконтрольно и молча.
Напарницы переглянулись, и Ю, кивнув, знаком спросила, что там происходит.
Маша махом руки позвала к себе, и Ю тоже поднялась по лестнице.
Обычно на чердаках деревенских домов сушат лук или чеснок. Хранят старые ненужные вещи, которые жалко выбросить, думая, что когда-нибудь они пригодятся. Конечно, эти вещи никогда не понадобятся, а если вдруг и становятся нужны, то про них просто-напросто все забывали. Но на этом чердаке было чисто и комфортно. Кто-то лазил сюда отдыхать. Возможно, чтобы вздремнуть после вкусного и плотного обеда. Или просто побыть в одиночестве. А еще в таких глухих и непроездных деревнях, как правило, очень плохо и точечно ловил мобильный интернет. Люди в прямом смысле лазили на деревья как можно выше, чтобы скачать на вечер себе какой-нибудь фильм. И вот на таком чердаке вполне серьезно этот интернет мог запросто ловить сигнал от вышки.
Маленькое квадратное окошко размером с форточку вело на центр деревни. Видимо, для того, чтобы подглядывать за кем-нибудь. Слева диван, как его туда закорячили, непонятно. Справа стол и стул. А самое главное, возле этого маленького окна стоял маленький мальчик лет шести или семи на вид и, не переставая, тихонько хрюкал.
Лицо и руки его были тёмно-синего цвета, а глаза уже почти выпадали из орбит. Рубашка, шортики и сандалики. Малыш стоял лицом к девушкам, затем развернулся и принялся смотреть в окно, будто кого-то ждет или высматривает среди толпы таких же темно-синих покойников.
На лице Ю тоже показались слезы, она дернула подружку за рукав и спустилась вниз. Маша опомнилась и, послушав напарницу, также спустилась по лестнице.
— Мы не можем его так оставить, — произнесла Маша дрожащим голосом, когда девушки вернулись в комнату.
