– Ты знаешь, я оптимист по жизни, – клыкасто улыбнулся он. – Вот научился правильно говорить вашими словами. Но локальные войны, ловушки на каждом шагу. Подумай о том, вдруг это последние дни нашей жизни, а значит, мы должны провести их так, чтобы приятно было вспомнить по ту сторону грани бытия”.
“Только не надо меня шантажировать, – очередную его коварную инициативу я поспешила пресечь на корню. – Не такие крутые обламывались на этих глупых попытках. Все будет, как я решила. Проверка твоей верности, надежности. Короче, все должно быть понятно. Ничего тебе не светит, пока я сама не решу, что можно дать тебе первую поблажку”.
“Остается надеяться, что я ее дождусь”, – Альтерро забежал вперед и, как настоящий джентльмен, открыл передо мной дверь комнаты-купе.
На койках в глубоких мисках нас поджидал ужин. У меня он еще дымился, источая пряный аромат. Не дав мне заглянуть в тарелку с чем-то похожим на густой суп и не заинтересовавшись мелко нарезанным для него мясом, смешанным с кусочками фруктов, Мистер Пантера резко возник передо мной, разогнав аппетитный дымок.
– Мне очень хочется обнять тебя, – страстно прошептал он вслух. – Ты мне действительно нравишься. Начинаю подозревать, что случился новый удар дубиной по голове. Внезапная любовь.
– Все зависит от тебя. Дубиной, говоришь. Ну посмотрим. Пока, честно говоря, не сильно верится, – обогнув его сбоку, я нырнула на свою койку-полку, прямиком к манящему меня душистому супу.
Еще каждому из нас принесли по большому стакану воды.
– Ешь и ложись уже спать, необузданный герой-любовник, – я пощекотала нос Альтерро веточкой приправы, лежавшей на краю миски.
Риас некоторое время смотрел на меня долгим внимательным взглядом. Подозреваю, что даже не моргая. Но ему не удалось испортить мне аппетит и помешать насладиться удивительно вкусным супом. Убедившись в том, что я его не замечаю, Альтерро забрался на свою верхнюю койку.¶
***¶
Альтерро
Дубиной по голове… В нашем народе никогда не использовалось это громоздкое и неудобное деревянное оружие. Отравленные дротики риасы считали намного эффективнее. Но, лежа на выдвинутой из стены койке, я чувствовал себя так, словно меня именно такой штуковиной и огрели, причем со всей риасийской, а вовсе не человеческой силы. После очередного отказа Дианы стать ко мне хоть немного ближе голова стала мутной до одури, разве что только круги и звездочки перед глазами не вертелись.
Как завоевать любовь девушки, что привыкла никому не доверять, ведь слишком часто все окружающие люди пытались ее использовать в собственных целях, даже не задумываясь, а что нужно ей самой. Я подозревал, что Диана и сама этого не знала. Разучилась мечтать о чем-то серьезнее туфель от элитного дизайнера.
Ее никто не пытался понять. Парни видели в ней красивую игрушку, с которой не стыдно сфоткаться для Инстаграм. Родственники – заблудившуюся овечку, которую нужно срочно загнать в хлев и надежно там запереть. Мнимые подруги и друзья мечтали за ее счет стать заметнее в высшем обществе, где правят вовсе не классические аристократические законы. Беспорядочные связи и опасные развлечения.
Диана привыкла вращаться в этом мире, как спутник вокруг такой притягательной, но полностью недостижимой планеты, впитала его странные порядки. Наверное, потому она почувствовала некое сходство и даже родство со мной. Мой собственный новый мир тоже был весьма далек от общепринятого идеала. Но никогда прежде мне так сильно не хотелось вырваться из этого бесконечного круга, прекратить вращение, остановиться хоть на мгновение и переосмыслить свою жизнь.
Наверное, лежащая прямо подо мной, но недоступная из-за перегородки-койки Диана размышляла примерно так же, как и я. Не мог проникнуть в ее мысли, она надежно их закрыла от меня при помощи Ключа Ллиэтаира, но чувствовал ее импульсные вибрации: очень для меня непривычные. Их тихое и медленное течение прерывалось время от времени резкими, но не слишком сильными и не очень долгими всплесками, похожими на тонкие круги по воде от клева маленькой рыбешки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мог ли я стать для этой девушки той самой надежной опорой, в которой она отчаянно нуждалась, сама этого не признавая? Не узким шатким мостиком, грозящем в любой момент надломиться и рухнуть в пропасть, увлекая за собой идущего по нему путника. А надежным каменным сооружением, способным выдержать натиск стихии. Пока я не был способен дать точный ответ на этот вопрос.
Я привык обдумывать свои поступки стремительно по мере необходимости, а не строить долгосрочные планы на будущее. Не представлял, какой будет моя жизнь через несколько лет. Вероятно, мыслил так потому, что мое необычное существование во вселенной оказалось слишком продолжительным по меркам подавляющего большинства не самых долгоживущих народов галактики, к которым относились и риасы.
Пребывая в молодом теле, я в данный момент времени ощущал себя дряхлым стариком, уставшим от всего, что он повидал под светом звезд. Я не видел будущего, и Диана тоже, в ее-то совсем юном возрасте. Мне хотелось ей помочь, но подсознательно я понимал, что тем самым хочу помочь и самому себе. Снова эгоистичное желание по отношению к Диане? Если рассуждать в таком духе, то получится, что я мало чем отличаюсь от парней из ее прежнего, земного окружения. Если отличаюсь вообще.
Она уснула, а я лежал с открытыми глазами, постепенно успокаиваясь от ощущения ее новых тихих и ровных импульсов. Утром рано вставать. Люди говорят, в таких случаях нужно хорошо выспаться. Я постарался настроить себя на глубокий сон, и мне, пусть и не с первой попытки, удалось в него погрузиться.¶
***¶
Диана
Научить приличному поведению… Только ли Мистера Пантеру или и саму себя тоже? Прикольный вопрос.
Мне становилось плохо при мысли о том, что я не могу прикоснуться к его великолепному телу, ощутить кожей мягкие прикосновения пушистой кисточки хвоста. Скручивали спазмы и начинался озноб как при сильной простуде. Кое-как разогнав эти гадкие ощущения, постаралась хоть немножечко поспать, желательно без эротических снов с участием риаса. Куда там…
Бессонница явилась во всей своей томительно-страстной красе, чуть не заставляя меня подпрыгивать на полке комнаты-купе без всякой видимой со стороны нормальной на то причины. Но я держалась: и за край полки-койки, и за поводья своих мыслей-скакунов.
Старалась их укротить. Напоминала сама себе о том, что нельзя вот прямо сейчас дернуть Альтерро за хвост, как будто нарочно и даже назло мне свисающий с верхней полки. Закрывала глаза или отворачивалась к стенке, чтобы не видеть эту полосатую деталь живого организма даже самым краешком бокового зрения.
Но хватало моей выдержки ненадолго. Минута, максимум – две, и я вновь смотрела на слегка, будто маняще, покачивающуюся красную кисточку при свете передвижного ночника, который нам кто-то пожертвовал, думаю, это была Лиллари.
Я понимала, что если соблазнюсь потрогать хвост, то мои загребущие ручки запросто могут потянуться и к другим, более интимным частям тела Мистера Пантеры. А этой пагубной ошибки допускать было нельзя ни в коем случае. Иначе наша ночь, полная страсти, станет, как не раз и не два бывало в моей жизни, первой и единственной.
В лучшем случае близкое знакомство затянется на неделю, и то вынужденно из-за намеченных скитаний по джунглям. Если там Альтерро кого-нибудь не подцепит с ближайшей военной базы. Ему это недолго. Вот…, а надо, чтобы такое стало просто невозможным.
Но, получается, чтобы перевоспитать Альтерро, мне придется для начала измениться самой. Преодолеть мучительные, изматывающие нервную систему, искушения. Оставить в земном прошлом то время, когда я могла в ночном клубе или на закрытой вип вечеринке вцепиться в экзотического красавчика с дикими воплями: “Хочу-уу! Он мо-ой!”.
Придется мне наряду с королем джунглей учиться вести себя цивилизованно согласно вселенским правилам хорошего тона. Иначе я рискую навсегда потерять это чудо, это счастье, так неожиданно на меня обрушившееся. Нет, я не могла себе позволить упустить Альтерро, но при этом понимала, что за хвост его не удержать. Придется испытывать другие, куда более сложные методы. Прежде всего контролировать собственные мечты и стремления, бороться с укоренившимися привычками.
