Читаем без скачивания Агни Йога – религия XX века - Ольга Смолякова

Английский астролог и нумизмат Майкл Молнар установил, что во время римского господства символом этой страны был Овен. Он обратился к «Астрологической энциклопедии» Клавдия Птоломея (І в. н. э.), и оказалось, что Сатурн и Юпитер не сближались в созвездии Овна в 7 г. Следовательно, дата рождения вычислена неправильно! Годом позже эти две планеты встретились дважды в созвездии Овна. Причем, в 6 г. до н. э. произошло еще одно событие – 17 сентября Юпитер закрыл Луну. Этот момент не мог ускользнуть от внимания волхвов! Молнар пришел к выводу, что Иисус родился 17 сентября 6 г.

Тогда же волхвы увидели Вифлеемскую звезду и начали собираться в дальнее путешествие. Надо было подготовить дары: ладан (символ божественности), золото (знак царственности) и мирру (символ смертности). Значит, они знали, что Иисусу Христу суждена смерть на кресте. Самая большая опасность поджидала волхвов в лице царя Ирода. Волхвы, значит, не были ясновидящими и телепатами, так как направились прямиком к Ироду и спросили, где найти недавно родившегося Царя Иудейского. Коварный Ирод попросил выяснить, где именно находится Младенец, чтобы и он мог поклониться Ему. Волхвы разыскали Иисуса, вручили привезенные дары (то была своеобразная проверка). Если бы Младенец потянулся к золоту, то это значило бы, что суждено Ему стать правителем, к мирру – врачом, к ладану – священнослужителем. Он, очевидно, взял все, ибо волхвы уверились в Его Божественном происхождении. Историки считают, что когда волхвы нашли Иисуса, Ему уже было около двух лет. А дальше – Ангел Господень открыл волхвам коварный замысел царя Ирода. Тогда кудесники покинули Иудею, минуя Иерусалим, дорогой рассказывая всему миру о рождении Спасителя. Узнав об этом, Ирод приказал убивать всех младенцев до двух лет от роду. Иисусу удалось спастись, его родители бежали в Египет и оставались там до смерти Ирода.

Генерал-майор ФСО в отставке В. К. Ратников: «Бог и жизнь – это одно и то же. По сути, Бог – это энергия, которую мы называем жизненной силой. А жизнь – это всего лишь физическое воплощение Бога. Нет ничего плохого в существовании множества религий, плохо другое – каждая из них по-своему персонифицирует Бога, наделяя Его человеческими свойствами характера. Между тем Бог – это мыслящая субстанция, пронизывающая все мироздание и очень далекая от нашего восприятия. Человечеству необходимо наконец понять, что Бог – это не мстительный полицейский на небесах, а мыслящая энергетическая субстанция, дающая нам творческую энергию. А чтобы изменить мир к лучшему, нужно не решать локальные проблемы, а, основываясь на учениях древних и современных философов, создать социально-гуманистическую матрицу верований и поведения человека, а затем начать поступать согласно ее постулатам. Тогда постепенно и окружающий мир изменится к лучшему».

«О Ты, пространством бесконечный,Живый в движеньи вещества,Теченьем времени предвечныйБез лиц, в трех лицах Божества!Дух, всюду сущий и единый,Кому нет места и причины,Кого никто постичь не мог,Кто все Собою наполняет,Объемлет, зиждет, сохраняет,Кого мы называем – Бог!»

Так в 1784 г. русский поэт Державин начал свою бессмертную оду «Бог». Светлая формула: «У Отца Моего Обителей много». И другая формула: «Но настанет время и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть Дух и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в Духе и Истине». Это высшее всеобъединяющее Понятие (Бог), без которого невозможно стало бы само представление о величии Беспредельности.

Атеизм в истории человечества являлся теми пароксизмами (раздражениями) отчаяния, когда человек, по вине своей очутившийся в полной тьме, теряет представление об окружающем, о формах, о смысле. Все миры дальние были для них лишь услаждающими их лампадами, а солнце, конечно, было лишь источником их комфорта.

Пресловутый в атеизме своем Базаров тупоумно восклицает о том, что из него после смерти лишь лопух вырастет! (Тургенев, «Отцы и дети»). Другой русский писатель, Достоевский, дает иной тип кажущегося народного атеизма. Писатель говорит об атеисте солдате, который желал измыслить высшее кощунственное действие, чтобы увериться в отсутствии Бога. Для этого он положил святое Причастие на столб и выстрелил в него. После чего кощунствующий увидел самого Христа, там стоящего. В этом образе кажущегося атеизма описано своеобразное вызывание Бога, моление о чуде, о знаке, который и без того хранился в глубинах сердца.

В 1925 г. на Волге, в г. Костроме, скончался старец, в бумагах которого нашли путь к святыни светлых Обителей Гимавата. И староверы сибирские по-прежнему идут в священное Беловодье; стремятся к высшему общению с Богом. И на этом пути они встречаются с «Дон-дам ден-па», так называемым высшим Пониманием буддийско-тибетского сознания.

Как только сойдете с пут тупоумного отрицания и устремитесь по пути Блага, по пути светской творческой мысли, на все нахлынет необозримое множество фактов и знаков от всех народов Мира, так очевидных чистому сердцу. Все народы в богоискательстве и в богоносности знают в сердце своем и о светлом будущем. Мессия, Майтрейя, Калки Аватар, Мунтазар, Митоло, ведь каждый по-своему и опять в самых лучших образах ждет это светлое будущее, обращаясь к тому же Богу Всевышнему.

Поэт Александр Блок однажды перестал ходить на религиозно-философские собрания. Когда же его спросили о причине отсутствия, он сказал: «Потому что они говорят там о Несказуемом». Это великое Несказуемое было для него полною Реальностью. Поистине, всем тонким чутьем поэта он чувствовал словесную грубость суждений о таком Высоком, о таком Тонком, о таком Беспредельном, которое звучит в сердце. Каждое слово о Высочайшем уже наносит какой-то кощунственный предел этому Величию. Но именно сейчас особое время, чтобы вспомнить о Боге, чтобы вспомнить о том, как сказано в Заветах древних, о том Неизреченном, Несказуемом, Непознаваемом, Беспредельном и, в то же время, о таком близком и всенаполняющем каждое сердце человеческое, когда оно мыслит о Благе.

Как прекрасно выражено Вездесущие Божие в самых лучших Заветах. Отрыв от Бога, отрыв от свободного, неограниченного, светлого познания, отрыв от сужденной радости совершенствования обращает знаменательное земное существование в Остров Слез. Но ведь не счастья заповедны, не горе суждено. Суждена высокая радость, сужден творящий трепет мысли, сужден благовонно-омытый Престол Сердца. И не Остров Слез, но Сад Прекрасный, Сад преображенного Труда и Знания в руках самих людей, обратившихся к Богу.

Заканчивает Державин свою оду «Бог» следующим обращением:

«Твое созданье я, Создатель!Твоей премудрости я тварь!Источник жизни, благ Податель,Душа души моей и царь!Твоей то правде нужно было,Чтоб смертну бездну преходилоМое бессмертно бытие,Чтоб дух мой в смертность облачилсяИ чтоб чрез смерть я возвратился,Отец! в бессмертие Твое!Неизъяснимый! Непостижный!Я знаю, что души моейВоображения бессильныИ тени начертать Твоей;Но если славословить должно,То слабым смертным невозможноТебя ничем иным почтить,Как им к Тебе лишь возвышаться,В бессмертной разности терятьсяИ благодарны слезы лить».

«Да будет мир с вами, – заповедал нам Христос, – мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам».

«Мир всем существам, мир во всех мирах», – поет перед молитвой подвижник Индии.

«Познав Меня как могущественного Владыку миров и как Возлюбившего все сущее, мудрец обретает мир» (Бхагавадгита, пятая беседа).

«Там, где собрались избранные, – говорит Коран, – там раздается только одна песня, это песня мира».

«Пусть живет все живущее», – говорит буддизм.

Каждая православная обедня начинается возгласом великой ектении: «О мире всего мира Господу помолимся!»

Учитель

Конфуций родился в 551 г. до н. э. в родовитой, но обедневшей семье. Он приобщился еще с детства к тайнам «шести искусств»: письму, счету, пению, игре на музыкальных инструментах, воинскому искусству и управлению боевой колесницей. С 22 лет он стал Учителем, так он определил свое призвание. Кун-Фу-цзы (латинизированная форма – Конфуций) заявил, что поставил своей целью правду, сделал своим помощником добродетель, нашел себе опору в человечности и обрел свое отдохновение в искусствах. Он был первым частным учителем Китая. Брал в ученики не детей, а юношей. Первая школа именовалась «Син Тань» («абрикосовый алтарь»). Учение состояло в непринужденных беседах, во время которых Учитель не наставлял, а приглядывал за учениками и делал выводы. Для себя, как учителя, поставил задачу – стать примером совершенного человека. Вначале у него было 22 ученика, а всего он обучил 3000 человек, 72 из которых стали Личностями, внесенными в историю Китая.