студентов? Все без промедлений назовут твоё имя. Ты ведь даже преподавателям помогаешь, репетиторство взял.
Тут уж было не поспорить. Мастер Латлаэрил был бы только рад, смени я его на фехтовании. И так, чтобы я работал за автомат, а он зарплату получал. Или Анрис — она любила вызвать меня к доске или привлечь к испытаниям. По правде, уже устал от нападок этой аранки. С другой стороны, теперь меня точно трудно смутить вызывающим поведением. Но где мне это пригодится?
— И всё же, я не Ларгос. Посмотри на него и на меня. Я рядом с ним словно малыш.
— Вырастешь ещё. А если нет, то магия в помощь.
Меня будто молнией пробило: почему никогда не думал об этом⁈
Позже мы встретились с Кай в уединённом месте, как и договаривались. После секса принялся исполнять задумку. Девушка села напротив меня, поджав под себя ноги. Выглядела она решительно, что совместно с её голым телом завораживало, невозможно было не заглядеться. Всё же, эльфийки безумно красивые создания.
Она улыбнулась:
— Ты будешь что-нибудь делать или мне стоит одеться? Раз уж так смущаю.
— Не нужно. Просто иногда забываю, какая ты красивая, — привстал, чтобы дотянуться до её губ.
— Льстец, — ответила она после после поцелуя со счастливым выражением лица.
— У меня хороший учитель, — хмыкнул я, имея ввиду саму её. — Закрой глаза.
— Даже так? — игриво поинтересовалась она. — Тайны, тайны!
И всё же мою просьбу исполнила. Уже натренированной рукой наложил ей на лоб печать, разумеется, через прикосновение. Алфавит максимально похожий на эльфийский, ещё и заучен, потому безмовно. Девушку тут же накрыл барьер, мигом прилипший к коже. Собственно, отчасти потому и хотел, чтобы она не одевалась — рассмотреть всё в подробностях.
Доми моё заклинание никак не затронуло и вообще вглубь не проникло. Между тем, стало едва заметно на общем магическом фоне, что исходил от любого эльфа.
— Что ты чувствуешь?
— Уже можно открывать? Ну, — она немного задумалась. — Тепло? Чем-то похоже на защитное, но будто мягче. Ты так и не скажешь, что это такое?
— Секрет. Иначе будешь злиться, — улыбнулся я. — Или как ты говоришь: на меня злиться невозможно? Попробуй дендро использовать, совсем немного.
Тут же вложил в её ладонь семя. Они почти моментально расцвело в пушистый цветок.
— Замечательно, — кивнул я и девушка отвела руку в сторону, чтобы прах осыпался на пол, а не матрас. — А теперь гидро, только умоляю, капельку.
Протянул ей чашку с водой и девушка скривилась в болезненной гримасе, схватившись за сердце.
— Тихо-тихо, — тут же отставил жидкость в сторону. — Всё хорошо?
— Не знаю, наверное, — рассеянно ответила она.
— Кажется, что-то пошло не так. Опишешь ощущения?
— Я хотела отделить каплю, как ты и попросил. Но совершенно не почувствовала воды. А потом… Это было больно. Вот здесь, — она коснулась солнечного сплетения. То самое место, откуда обычно исходит поток направленной маны, если маг не использует рук.
Я сам видел, что случилось с её маной, та будто об стену ударилась при попытке выхода и волной устремилась назад. Теперь понятно, что это за онемение — оно действовало на уровне структуры, а не физического тела. Только нейтральная мана собралась преобразоваться в стихийную за пределами тела, как встретила преграду. Разумеется, только если это было гидро, при дендро я вообще не заметил никаких реакций.
— Прости, похоже я что-то напутал, — виновато произнёс я. — Давай сниму это?
Кай прикрыла глаза, я же разрушил невидимую печать. Если не знать, где она находится, то, похоже, убрать будет проблематично.
— Попробуй, — сказал ей, протянув воду, и на этот раз девушка не ощутила препятствий.
— А что это вообще было?
— Должно было усилить способности. Но я что-то напутал, прости.
Соврал, даже не моргнув. И кого ты недавно называла милым и нежным? Ха!
— Ничего страшного, — улыбнулась она, похоже, так и не заметив подвоха. — Однажды обязательно получится.
Что ж, теперь у меня есть козырь, степень полезности которого сложно переоценить. А ещё — это стопроцентно колдовская техника, так как соответствует критерию «навреди эльфу». Вообще их всего три основных: обмани, укради, навреди. Ну а четвёртое считалось очевидным и стояло за скобками: «убей».
* * *
Интерлюдия
Элвер уже не помнил, сколько времени находился в этой кромешной тьме. Он разбил все стены в попытке разгадать тайну этого места и найти выход. Но, увы, «взор» не видел дальше чёрного камня, будто отражаясь от него. Ни одна его атака не пробивала преграду, в том числе и дорогой меч из звёздного железа.
Долгое время единственной целой комнатой оставался санузел, где можно было помыться. Но вскоре парень понял, что вода замкнута в трубах и становилась только грязнее со временем. Однажды он разломал и это место. День назад или год — какая разница? Сколько времени он здесь вообще находится?
Мысли возвращались в прошлое, к разговору с Миримором Кетаран. Всем было очевидно, что Илидель не станет женой принца, так что парень осмелел настолько, что заявился к главе клана с просьбой руки его дочери. Мужчина по-доброму рассмеялся, но сообщил, что помолвка по инициативе его семьи расторгнута не будет — так повелел сам король. И всё же, ему нравилась настойчивость наследника Тиссеранд.
Элвер не собирался совершать глупых поступков, но когда Адмир начал говорить об Илидель как о какой-то вещи, его наполнил гнев. Принц совершенно не церемонился с девушкой, говоря ей в лицо неприемлемые вещи. Пусть это и правда, нельзя же вываливать просто так невесте то, что она не привлекает как женщина.
Намёк же на то, что внезапный положительный отклик юной Кетаран лишь попытка вызвать ревность у принца-самодура, совсем вскружил голову Элверу. Что этот заучка с лицом девушки и поведением ребёнка себе позволяет? Всё, чего он добился, лишь благодаря деньгам родителей и толпам репетиторов. Наверняка и высокое положение в рейтинге студентов нарисовано по указке короля.
Где это видано, чтобы выходец свободного факультета был настолько силён? Адмир даже не смог определиться с направлением магического искусства, что о многом говорит.
Один из лучших студентов своего курса, боевой маг — Элвер никогда бы не подумал, что одиночество и тишина могут быть настолько разрушительными для психики. Не демон и не монстр пугали его, а мысли о том, что он застрял
