Читаем без скачивания Дождь прольется вдруг и другие рассказы - Мишель Фейбер

Писем они не получали, и Фрэнк обычно отсутствовал, когда почтальон разносил почту, и все-таки Марго следовало проявлять осторожность, чтобы тайком перехватить письмо из редакции, а потом — деньги от НАСА.

Кроме того, ей предстояло как следует подсчитать расходы, чтобы почем зря не гневить Бога.

Впрочем, деньги Марго волновали в последнюю очередь. Прежде всего надо сообразить, как доставить Нанну на автобусную остановку. Насколько Марго знала, такси по почте заказать нельзя (никаких телефонов в доме Фрэнка Девурта, благодарим покорно), да и деньги от НАСА, скорее всего, придут в виде чека, который таксист наверняка не возьмет.

Можно было бы рискнуть и сесть за руль фургона, но Марго сомневалась, что бесконечные починки как-то повлияли на двигательные способности машины. Кроме того, случись авария, они с Нанной погибнут. А если разобьются не насмерть, их, вероятно, отвезут в больницу в Олбери-Водонге. Вдруг Нанне там вколют смертельную дозу морфия, да и владельца фургона вычислить проще простого, и тогда Фрэнк явится за беглянками.

Оставался один-единственный выход — довезти Нанну до остановки на тележке. Хорошо еще, ее не всю дорогу толкать в гору. Проезд на автобусе до города обойдется в $2.40 на двоих, если шофер не решит, что Марго уже шестнадцать — в этом случае он возьмет с них $3.60. А если шофер потребует предъявить Наннино пенсионное удостоверение (которое всегда хранится у зятя), поездка встанет в $4.80. Еще одна забота — крыша над головой. Деньги Марго перечислят только через три дня после того, как ей заведут собственный счет. Эти три дня нужно тихо пересидеть, причем в таком месте, где Фрэнк не догадается их искать. В роскошном отеле номер на двоих стоит $105 в сутки, и туда отец скорее всего не сунется, но отель вряд ли согласится ждать, когда она получит деньги по чеку. В какой-нибудь захудалой гостинице с номерами по $40, вероятно, правила не такие жесткие, но Фрэнк направится туда в первую очередь, потому что сам бы выбрал самое дешевое жилье.

А если никто не сдаст в кредит номер тринадцатилетней девочке и недееспособной старухе? Что тогда? Ночевать на вокзале? Марго не хотелось рассматривать этот вариант, тем более что у нее имелась заначка — двадцать долларов. (Она нашла купюру в маминой шерстяной кофте, которая стала ей почти впору.) По приезде в город у них будет $17.60, на худой конец — $15.20. Хорошо бы как-нибудь выкрутиться, чтобы не остаться на улице.

Наконец решение нашлось, опять-таки путем изучения приготовленных для туалета газет. Сразу за Милвуллой стоял кинотеатр, где всю ночь крутили фильмы про любовь. Если повезет, им с Нанной удастся поспать в креслах, а если это запрещено — тоже не беда. Они будут смотреть фильмы, совсем как дома. В городе имелся и ломбард. Если заложить мамины драгоценности, то денег наберется на две ночи в кино. (Марго чувствовала, что мама не обиделась бы, ведь все делается ради Нанны.) Позднее Марго выкупит драгоценности — сразу, когда получит деньги от НАСА.

Как только банк выдаст наличные, они доберутся на автобусе до Олбери-Водонга ($26 на двоих), потом пересядут на поезд до Мельбурна (еще $126). Если они не поспеют на мельбурнский поезд в тот же день, придется переночевать в Олбери-Водога ($105 максимум) и отправиться в Мельбурн утром. Цена дорожного будильника — $15.95.

Наннины пеленки необходимо стирать. В прачечной самообслуживания стирка плюс сушка обойдутся доллара в три. Наверное, проще, да и дешевле использовать памперсы. Не забыть бы только выяснить, сколько они стоят. В поезде все равно нет прачечной, так что придется либо купить ведро и одноразовые прокладки ($4.99 + $3.95), либо взять с собой пеленки с запасом, чтобы часть выбросить.

С едой тоже проблема: Наннин желудок усваивал далеко не любую пищу. Пожалуй, самое подходящее — это рисовая каша ($0.85 за банку) и детское питание ($0.99 за маленькую баночку), а для Марго сгодятся вареные бобы ($0.69). Чтобы открыть консервы, нужен консервный нож. Кто его знает, сколько он стоит, наверняка уж не больше пяти долларов. У Марго мелькнула мысль, не прихватить ли нож из дома, но пришла к выводу, что это нечестно: отец не умеет готовить, и ему хочешь не хочешь придется открывать консервы, если он проголодается.

В Мельбурне надо будет взять такси, чтобы добраться до ближайшего отеля, а с учетом пробок это может оказаться дорого, долларов десять. Но без такси не обойтись — только шофер знает, где ближайшая гостиница. Плата за гостиницу — $120, и нет никаких гарантий, что Марго за одни сутки сумеет подыскать подходящую квартиру. Если не повезет (а следует готовиться к худшему), поиски растянутся на неделю, что выливается в $840. Но за неделю Марго изучит город и подыщет жилье подешевле. Не везде же берут $120 в сутки. Марго знала, что есть квартиры и даже маленькие домики, которые сдают за $130 в неделю.

После того, как у них с Нанной появится крыша над головой, Марго совсем нелишне бы записаться на заочные курсы и получить профессию. Но после долгих колебаний девочка рассудила, что не вправе просить у НАСА денег на образование. Присланный чек покроет расходы на поездку в Мельбурн и первый месяц проживания в городе. А там уж Марго непременно найдет работу, желательно рассыльного в магазине или торговца по каталогам, чтобы среди дня несколько раз забегать домой и переворачивать Нанну.

Сколько всего ей понадобится в первый месяц! Холодильник (после ремонта, $149, если повезет, плюс доставка — долларов 30), телевизор ($95, маленький черно-белый или $9 в месяц за прокат), кастрюли, сковородки, посуда, ложки, вилки и ножи (подержанные, скажем, долларов 40).

А через девять месяцев, если верить тому «Как и почему?», посвященному анатомии человека, Марго очень растолстеет и не сможет двигаться, и тогда ей придется лечь в больницу, чтобы родить ребенка. Но это еще не скоро: к тому времени ее жизнь переменится до неузнаваемости.

По самым осторожным подсчетам получалось, что ей надо просить у НАСА $2376 (она поборола искушение добавить графу «непредвиденные расходы» и округлить сумму до $2400). НАСА отнесется к ее просьбе с меньшим подозрением, если она представит точную цифру и по пунктам распишет траты).

Адрес НАСА прислали довольно скоро, что было как нельзя более кстати. Вчера вечером Фрэнк опять заставил ее раздеться догола и заявил, что скоро операция.

Марго написала письмо, как только узнала, куда его посылать. На листе чистой белой бумаги (расточительство, конечно, но она не могла допустить, чтобы письмо осталось незамеченным) она аккуратно вывела печатными буквами:

«Уважаемые сотрудники НАСА!

Прилагаю статью про вас из мельбурнской газеты The Age. Я уверена, что утилизация человеческих нечистот очень важна, особенно в космосе. Многие люди этого не понимают и злятся, когда узнают, сколько она стоит. Пожалуйста, не обижайтесь на критику.

Но думаю, что у меня есть решение. Я много читала про Кометы и Метеоры, возможно, вы не так хорошо подкованы в этой области, будучи специалистами по Ракетостроению. На самом деле, все очень просто. Метеоры обычно сгорают, не долетев до Земли. Даже если они огромные, трение, возникающее из-за скорости, с которой они движутся, распыляет их в верхних слоях атмосферы.

Какое это имеет отношение к проблеме утилизации? Отвечу. Сделайте несколько клапанных отверстий в корпусе космического корабля, чтобы астронавты могли справлять туда нужду. Вакуум всосет нечистоты в сетку. Когда сетка наполнится, ее следует прикрепить к кораблю, на котором астронавты возвращаются на Землю. Нечистоты просто сгорят, как метеоры, когда корабль войдет в атмосферу.

Я знаю, что моя идея поможет сэкономить миллионы долларов, но я не прошу у вас миллионы долларов. Я прошу 2376 австралийских $ (1661,92 американских). Они мне очень нужны — у меня бабушка больна раком, а сама я — в опасности. Прилагаю подробную смету расходов и адрес, на который можно выслать деньги. Пожалуйста, поторопитесь. Желаю успехов в космической программе и в расширении горизонтов человеческого познания.

Руководство НАСА подверглось суровой критике за то, что при его попустительстве стоимость туалета для шатлов взлетела до $А23 млн.

На задворках Америки

(пер. С. Ильин)

Катажина осваивала Лондон.

По ночам она снимала пробы с ночных клубов и спала с кем ни попадя; днем работала официанткой в дядюшкином ресторанчике; а в свободные часы и по выходным прочесывала блошиные рынки и благотворительные распродажи, разыскивая майки. По преимуществу, белые, хотя годились и светло-серые, ярко-желтые и флюоресцентно-зеленые.

— Что, опять майки? — по-польски спрашивал дядя, когда она появлялась на работе, в «Кафе Краков».