был знакомый. Но как бы Рита ни пыталась искать на почте то письмо, его просто-напросто не было. Куда оно делось? Неужели, пока она была без сознания, Максим лазил в её ноутбуке и всё подчистил? От этого осознания ей стало не по себе. Зачем мужу делать это? И кто была та девушка? Вечером расспросить Максима? Но не факт, что он скажет правду. Чтобы сбросить с себя наваждение, Рита повела плечом.
– Маргарита Дмитриевна, всё хорошо? – доктор, видимо, заметил её состояние.
– Да. Просто неприятно заново об этом думать.
– Вы не хотите вспоминать последний год вашей жизни? – спросил Лев Андреевич у Риты, и она задумалась. Хотела ли она всё это вспоминать? И да, и нет. С одной стороны, ей было непременно больно всё заново осознавать и понимать, что она натворила, а с другой – узнать хотелось, как это всё было. Она хотела помнить свою беременность, хотела вспомнить свои чувства и ощущения, когда узнала о том, что ждет ребенка. Что она почувствовала, когда пришла на первое УЗИ? Ей казалось, что эти моменты не сравнимы с тем, что принесло ей боль.
– Хочу, – твердо заявила она.
– Хорошо. Тогда начнем наш сеанс.
Рита пробыла больше полутора часов в кабинете у психотерапевта и вышла оттуда выжатая как лимон. Она раньше никогда не посещала таких врачей, не было на это нужды, но от вопросов Льва Андреевича она конкретно устала. Он иногда спрашивал такое, что начинали гореть не только щеки, но и уши.
С каждым днём близились выходные, и это означало то, что нужно будет совсем скоро ехать на ужин к родителям Максима. Рита с каждым днем уходила в работу всё больше, пытаясь хоть немного абстрагироваться от всего происходящего. Практически каждый день она ездила по вечерам на прием ко Льву Андреевичу. Только вот результатов пока никаких не было и она уже начала мириться с той мыслью, что память к ней не вернется.
Максим тоже стал приходить домой позже обычного. Несколько коллег слегло с температурой, и на него набросили новых пациентов. Из-за чего после работы времени оставалось только на то, чтобы приехать домой, принять душ и лечь спать. Риту он всё чаще заставал уже спящую в постели, а утром просыпался раньше, когда она ещё спала. Из-за чего он практически не видел свою жену.
Как и предполагалось, на семейном ужине собрались не только близкие родственники. Елена Станиславовна решила позвать ещё и своих друзей, которых Рита видела впервые, а вот Максим уже был знаком. И среди этих друзей затесалась одна юная особа, которую Елена Станиславовна непременно собиралась познакомить со своим сыном. Рита и Максим поехали на машине Риты. Они не собирались ночевать у родителей, а Максим не мог сесть за руль, потому что сегодня и завтра были долгожданные выходные. И сегодня он хотел выпить хотя бы немного вина, чтобы расслабиться.
Машин возле дома стояло около десятка, что означало – гостей в доме много. И стоило им войти внутрь, как несколько пар, которые стояли рядом, тут же обратили на них своё внимание.
– Это семейный ужин? – с недовольством проговорила Рита.
– Кажется, да, – растерянно ответил Максим, осматривая присутствующих и тут же замечая несколько знакомых.
– Сынок! – услышали Рита и Максим где-то сбоку от себя, и на шее Макса тут же повисла Елена Станиславовна. – Как я рада, что вы уже пришли.
– Привет, мама! А почему столько народа? Ты же сказала, обычный семейный ужин, если мне не изменяет память.
– Ну, подумаешь, позвала чуть больше, чем хотела, – пожала плечами женщина.
– Рита! – тут же рядом раздался голос Юли, и Рита с облегчением вздохнула, услышав родной голос.
– Ты уже здесь, – Юля обняла сестру.
– Елена Станиславовна, здравствуйте. Спасибо за приглашение, – расплылась Юля в дружеской улыбке.
– Я всегда рада тебя видеть, Юленька.
Рите даже стало обидно. Вот что она сделала такое своей свекрови, что та её так ненавидит? Рита не могла понять. Зато вон как её младшую сестру боготворит. А её даже не поприветствовала.
– Вы не против, если я уведу Риту немного пообщаться?
– Нет, конечно, – равнодушно проговорила мама Максима, и Юля, взяв сестру под локоть, потащила её на улицу.
Девушки вышли на задний двор дома, который сейчас был пуст. Ярко светящиеся уличные фонари освещали ухоженный цветущий сад. Рита быстро спустилась по небольшим ступеням и тяжело опустилась на лавку, стоящую среди небольших пушистых елей.
– Спасибо, – произнесла она, с благодарностью глядя на сестру.
– Я, кажется, вовремя подошла, да?
– Не то слово. Мы с Максом уже одиннадцать лет знакомы, но я всё никак не пойму, почему Елена Станиславовна меня так недолюбливает. Я ей вроде ничего плохого не сделала, – пожала Рита плечами.
– Ой, да не обращай внимания! Она, мне кажется, кроме себя и Макса, никого не любит.
– Возможно, – Рита замолчала, смотря куда-то вдаль и думая о том, как бы побыстрее закончился этот вечер и она наконец-то поехала бы домой.
Максим стоял в просторном шумном зале, где собралось множество гостей, в том числе и незнакомых, и провожал взглядом уходящих Риту и Юлю. Рядом стояла мама и что-то активно ему рассказывала, но он все её слова пропускал мимо ушей, смотря, как за женой закрылась стеклянная дверь, отделяя её от него. И у Максима что-то нехорошее шевельнулось внутри. Казалось, что сегодня что-то должно случиться.
– Максим, ты вообще меня слушаешь? – ворвался голос его матери в сознание, и он вздрогнул, быстро выплывая из своих мыслей.
– Прости, задумался. Ты что-то сказала?
– Максюша, ты какой-то в последнее время уставший и расстроенный. У тебя всё хорошо?
– Да, мам, всё хорошо. В этом доме есть вино или что покрепче? – улыбнулся он матери, и та подарила ему в ответ улыбку.
– Пойдем, тебе бы поесть ещё нужно.
Елена Станиславовна повела сына к фуршетному столу, на котором стояли подносы с закусками, салатами, овощами и фруктами. Максим взял тарелку, положил на неё несколько бутербродов с красной икрой, корзиночки с мидиями и ещё пару каких-то замысловатых бутербродов и налил себе бокал красного вина.
